В защиту Черноморского флота Российской Федерации
Почему Черноморский флот «бездействует»? Честный разбор пяти главных мифов и одной неудобной правды.
Любители военной аналитики часто пишут: «ЧФ потерял флагман, сбежал из Севастополя и теперь прячется в Новороссийске». Звучит эффектно. Но это — взгляд с одной стороны. Давайте посмотрим на ситуацию глазами человека, который понимает, что флот — это не футбольная команда, которая должна постоянно забивать голы. Это инструмент. И если инструмент не используют, это не значит, что он сломан. Это значит, что задача — другая.
Парадокс №1: Противника нет, а воевать надо
Первая и главная задача любого флота — уничтожение военно-морских сил противника. Звучит логично. Но вот факт: на начало СВО у ВМСУ не было подводных лодок. Крупные надводные корабли они либо затопили сами, либо бросили в портах. Морская авиация Украины — это несколько транспортников и пара «Байрактаров», которые давно воюют на суше.
Вывод простой: флота у противника нет. БЭКи (безэкипажные катера) и крылатые ракеты — это не флот. Это боеприпасы. Как артиллерийский снаряд или ПТУР. Вы же не упрекаете артиллеристов, что они не ведут бой с вражеской гаубицей? Они уничтожают цели на поле боя. Так и здесь: ЧФ не может сражаться с тем, чего не существует. Это не бездействие. Это реальность.
Парадокс №2: «Зона запрета» для своих же
Вторая задача — создать зону A2/AD (anti-access and area denial). Простыми словами: сделать так, чтобы враг не мог даже сунуться в наши воды. Звучит красиво. На деле — упирается в три стены.
Стена первая: расстояния на Черном море крошечные. Украинские БЭКи и ракеты запускаются из зоны, которую мы должны контролировать не кораблями, а самими средствами поражения. Но у них заметность ниже, чем у утюга. Обнаружить их вовремя — задача со звездочкой.
Стена вторая: у нас нет нужной техники. Мы делали ставку на боевые корабли и истребители, но забыли про самолеты ДРЛО (дальнего радиолокационного обнаружения), разведывательные БПЛА и спутниковую группировку. Как контролировать море, если у тебя нет «глаз»? Никак.
Стена третья, главная: над нами летают разведчики НАТО. Они видят всё. Они передают данные ВСУ в реальном времени. И мы не можем их сбить. Это меняет правила игры полностью. Выстроить зону A2/AD, когда враг видит твои карты, — невозможно. Даже американцы в Ормузском проливе с их авианосцами не смогли решить эту задачу. А у них никто над головой не летает безнаказанно.
Парадокс №3: Десант — это не цель, а средство. И оно устарело
Десантная операция — это не про «высадились и пошли». Это про то, чтобы ударить во фланг, окружить, отвлечь. Всё это работает в маневренной войне. Но сейчас война — позиционная. «Тысяча порезов», медленное продвижение, никаких крупных котлов.
Личное наблюдение автора: недавно я изучал карты боев в Херсонской области и понял, что даже небольшой плацдарм на том берегу — это ад. Чтобы его удержать, нужно снабжать войска под постоянными ударами дронов. Высадка десанта сейчас — это не «удар в спину», а «подарок врагу». Мы потратим больше ресурсов, чем потеряет он. ЧФ это понимает. И не лезет на рожон.
Парадокс №4: Ракеты можно запускать и с пирса
ЧФ наносит удары «Калибрами» по инфраструктуре Украины. Но зачем гонять корабль в море, если ракету можно выпустить хоть из Новороссийска, хоть из Азовского моря? Дальность позволяет.
В чем суть: выход в море — это дорого. Это риск. Это расход ресурсов. Если задачу можно решить, не выходя из базы, — её решают так. Морская авиация ЧФ воюет каждый день. Но её работа не так заметна, как хотелось бы. Она не эффектна. Она эффективна.
Парадокс №5: Блокада — это политика, а не война
Морская блокада Украины — это не про «не можем», а про «не имеем права». Одесса находится в 20 километрах от румынской границы. Любое судно идет вдоль берега Румынии, потом ныряет в украинские воды — и всё. Досмотреть его нельзя. А если наши корабли сунутся туда, они попадут под удар береговых ракетных комплексов.
Чтобы блокировать порты, нужно объявить зону боевых действий и топить всё, что туда заходит. Это — эскалация. Это — объявление войны нейтральным странам. Наше руководство выбрало другой путь: бить по портовой инфраструктуре, а не по судам. Можно спорить, насколько это эффективно. Но это — решение не флота, а политиков.
Резюме от автора
Черноморский флот — это не безвольная масса, которая «проиграла войну». Это инструмент, который оказался в стратегическом тупике. Противника нет. Разведка НАТО видит всё. Десанты неэффективны. Ракеты дешевле запускать с берега. Блокада запрещена политически.
Можно критиковать флот за медленную реакцию на БЭКи в начале войны. Это справедливо. Но упрекать его в бездействии сегодня — глупость. ЧФ делает то, что может, в тех рамках, которые ему заданы. И эти рамки — не его вина.
