Объём ФНБ на 1 июля превысил 13,1 трлн рублей

Фонд национального благосостояния (ФНБ) России обновил свой исторический максимум. По данным Минфина на начало июля 2026 года, объем «кубышки» достиг 13,104 триллиона рублей. В долларовом эквиваленте это 168,5 миллиарда. Цифра внушительная, но давайте разберемся, что за ней стоит и почему чиновники и бизнес всерьез задумались о смене правил игры.

Рубли вместо долларов: почему это важно

Самая интересная новость даже не в рекордной сумме, а в предложении, которое звучит все громче: накапливать ФНБ в рублях, а не в валюте. Идею активно лоббирует бизнесмен Алексей Мордашов. Его аргумент прост и жесток: валютный рынок в России сжался до неприличия. Санкции и новые правила внешней торговли сделали доллар и евро почти «иностранными» для самого государства.

Раньше механизм работал так: нефтегазовые сверхдоходы конвертировали в валюту и складывали в ФНБ. Это было страховкой от скачков цен на нефть. Но теперь, когда Минфин выходит на рынок, чтобы купить валюту для пополнения фонда, он просто обрушивает рубль. Спрос на «зеленый» огромный, а предложение — мизерное. В итоге мы получаем не стабилизацию, а лишнюю турбулентность.

Что такое «ликвидная часть» и почему она важна?

Из 13 триллионов рублей далеко не все можно потратить прямо сейчас. Ликвидная часть ФНБ — это 3,61 триллиона рублей (46,4 млрд долларов). Остальное — это «замороженные» активы: акции, облигации, инфраструктурные проекты.

Ликвидная часть — это «тревожный чемоданчик» правительства. Если цены на нефть упадут ниже определенного уровня, именно эти деньги пойдут на закрытие дыр в бюджете. И здесь есть тревожный звоночек: с 1 июня объем ликвидной части подрос на 200 миллиардов рублей. Казалось бы, плюс. Но это не столько пополнение, сколько переоценка из-за скачков курса. Реального притока «живых» денег почти нет.

Личное наблюдение автора: парадокс «жирной подушки»

Недавно я заметил странную вещь. Мы гордимся рекордным ФНБ, но при этом ставки по кредитам для бизнеса — заградительные, а инфляция выше плановой. Возникает ощущение, что мы сидим на мешке с золотом в доме, который горит. ФНБ — это не деньги на текущие траты. Это страховка от «черного лебедя». Но когда «лебедь» уже прилетел (санкции, разрыв цепочек), логичнее тратить резервы на адаптацию экономики, а не копить их дальше. Пока Минфин копит рубль, реальный сектор задыхается без длинных и дешевых денег.

Как это работает на практике?

Если предложение Мордашова примут, правила изменятся кардинально. Вот в чем суть:

• Прекращение валютных интервенций. Минфин перестанет скупать доллары и евро на рынке для пополнения ФНБ. Это снизит давление на рубль и сделает курс более предсказуемым.
• Рублевая эмиссия под резервы. ФНБ будет пополняться напрямую из бюджета в рублях. Но это риск: если печатать рубли под уже имеющиеся валютные запасы, можно спровоцировать новую волну инфляции.
• Снижение зависимости от санкций. Валютные активы ФНБ заморожены на Западе. Рублевые активы — нет. Это делает фонд более управляемым в текущих реалиях.

Цифра для запоминания: ликвидная часть ФНБ составляет всего 1,5% от ВВП страны. Это крайне мало для «подушки безопасности». Для сравнения, в Норвегии их фонд превышает 300% ВВП. У нас — копейки. И эти копейки завязаны в сложный узел валютных ограничений.

Резюме от автора

ФНБ в 13 триллионов рублей — это скорее психологический якорь, чем реальный инструмент спасения экономики. Пока он лежит мертвым грузом (или заморожен на Западе), бюджет живет на нефтегазовые доходы «с колес». Переход на рублевое накопление — логичный шаг, но он не решит проблему дефицита ликвидности внутри страны. Деньги должны работать, а не просто числиться на счетах. Иначе рекордный ФНБ рискует остаться просто красивой цифрой в отчете Минфина, которая никак не влияет на качество жизни.