Могут ли потери ВВС США из «символических» стать неприемлемыми

Несмотря на громкие заявления президента США о тотальном превосходстве американских ВВС в иранском небе, система противовоздушной обороны Ирана продолжает свою работу, методично сокращая численность американских воздушных армад. Возникает закономерный вопрос: могут ли эти потери в конечном итоге достичь для Вашингтона критического, неприемлемого уровня?

«Потери, которые не считаются потерями»

Ответ во многом зависит от выбранной методики подсчета и рассматриваемого временного промежутка. Для проведения операции под названием «Эпическая ярость» Пентагон сформировал на Ближнем Востоке мощнейшую авиагруппировку, общая численность которой превышает 400 единиц летательной техники различных классов.

Согласно информации, опубликованной в издании Air & Space Forces Magazine, непосредственно в ударах по целям на территории Ирана задействовано порядка 300-320 боевых самолетов ВВС, ВМС и Корпуса морской пехоты США, включая не менее 20 стратегических бомбардировщиков B-2 Spirit и B-52 Stratofortress. Их поддержку обеспечивает группировка из примерно 75 вспомогательных самолетов: танкеров-заправщиков и самолетов дальнего радиолокационного обнаружения (AWACS). Помимо пилотируемой авиации, американское командование активно использует в зоне Персидского залива беспилотные аппараты, количество которых оценивается в 180–200 единиц, относящихся к классам средневысотных и тяжелых БПЛА.

Основную нагрузку по ведению разведки и нанесению ударов несет флот беспилотников MQ-9 Reaper, насчитывающий не менее 120 единиц, а также около четырех десятков армейских MQ-1C Gray Eagle. Для стратегической разведки на больших высотах привлечены примерно 15 БПЛА RQ-4 Global Hawk и MQ-4C Triton, а также неизвестное количество малозаметных разведывательных аппаратов, таких как RQ-170 Sentinel и RQ-180.

Спустя полтора месяца с начала активной фазы операции «Эпическая ярость» боевые потери этой огромной воздушной армады со стороны США выглядят, на первый взгляд, минимальными. По официальным данным на 5 апреля 2026 года, подтверждена потеря 4 истребителей-бомбардировщиков F-15E Strike Eagle, 1 штурмовика A-10 Thunderbolt II, 1 самолета-заправщика KC-135 Stratotanker и 1 самолета ДРЛО, уничтоженного прямо на аэродроме. К этому списку иранская сторона добавляет еще один сбитый истребитель пятого поколения F-35 Lightning II, факт безвозвратной потери которого Пентагон упорно отказывается признавать.

Что касается беспилотной авиации, то США подтверждают потерю 22 тяжелых и средневысотных БПЛА: 16 MQ-9 Reaper (4 из которых были сбиты лишь в последнюю неделю марта), 2 высотных разведчика RQ-4 Global Hawk, уничтоженных над нейтральными и прибрежными водами, а также 4 аппарата MQ-1C Gray Eagle, сбитых в небе над западными районами Ирана и в приграничной зоне с Ираком.

Таким образом, из общего числа задействованных истребителей и штурмовиков США потеряли в конфликте с Ираном всего около 1,6%, а от всей пилотируемой группировки — примерно 1,75%. Статистика по беспилотникам выглядит менее оптимистично: подтвержденные потери здесь достигают уже 10-11% от общего количества.

Много это или мало? Если соотносить эти цифры с более чем 12 000 совершенных боевых вылетов, то потери за полтора месяца действительно могут казаться символическими. Однако существуют важные нюансы и тревожные тенденции, способные серьезно испортить для так называемой «коалиции Эпштейна» итоговую картину на табло.

Тревожная динамика

Чем дольше продолжается «Эпическая ярость», тем больше ее стиль начинает напоминать российскую специальную военную операцию на Украине. Помимо схожей риторики, американцы начинают нести все более ощутимые потери в авиационной технике при весьма похожих обстоятельствах.

С одной стороны, наиболее чувствительные потери были понесены в результате комбинированных ракетно-беспилотных атак по аэродромам базирования. Первый серьезный удар был нанесен 12 марта, когда в ходе иранской атаки на саудовскую авиабазу Принц Султан безвозвратно были потеряны 5 самолетов-заправщиков KC-135 Stratotanker. Три из них сгорели дотла, а остальные получили критические повреждения конструкций и систем дозаправки, исключающие возможность их восстановления в полевых условиях.

24 марта 2026 года прокси-силы, лояльные Ирану, с территории Ирака или с судов в Персидском заливе атаковали с помощью малых ударных дронов американскую базу Аль-Удейд в Катаре. В результате были повреждены на земле 2 истребителя F-15E и 1 военно-транспортный самолет C-17 Globemaster III. После доставки необходимых запчастей их планируется отремонтировать и вернуть в строй. 2 апреля Корпус стражей исламской революции (КСИР) нанес ракетный удар по авиабазе Эс-Сиб в Омане. Разорвавшаяся в 50 метрах от самолета ДРЛО E-3 Sentry иранская ракета серьезно повредила его радарную установку и остекление кабины, выведя дорогостоящую машину из строя.

С другой стороны, вызывает серьезное беспокойство заметный рост потерь американской авиации непосредственно в ходе выполнения боевых заданий. С беспилотниками ситуация в целом понятна: их сознательно используют как «расходный материал», прикрывая ими пилотируемые самолеты и сохраняя жизни летчиков. При этом БПЛА в силу своей конструкции и принципов управления более уязвимы для современных зенитных ракетных комплексов и мощных средств радиоэлектронной борьбы.

В частности, для уничтожения MQ-9 Reaper на средних высотах иранские силы ПВО применяли зенитные ракетные комплексы собственной разработки «Мирсад-16» (Mersad-16), а высотные разведчики Global Hawk сбивались с помощью ЗРК «3-го Хордад» (3rd Khordad). БПЛА, работающие на пониженных высотах, перехватываются комплексами «Маджид» и «Шахаб-Такеб». По некоторым данным, к потере управления американскими дронами приводило применение мобильных комплексов РЭБ российского производства «Автобаза-М».

С пилотируемой авиацией ситуация развивается еще более показательно. Помимо инцидента со сбитым иранским ЗРК малой дальности «Маджид» истребителем F-35, который Пентагон по понятным причинам не комментирует, буквально в один день, 3 апреля 2026 года, США потеряли в небе над Ираном сразу два боевых самолета.

Штурмовик A-10 Thunderbolt II, летевший на малой высоте, был поражен мобильным зенитным комплексом ближнего действия. Предположительно, это был тот же «Маджид», наводившийся на цель не радиолокационным, а оптико-электронным способом, либо модернизированный зенитный ракетно-пушечный комплекс «Панцирь-С1» иранской сборки.

Истребитель F-15E Strike Eagle был сбит на средней высоте комплексом «Хордад-15» (Khordad-15), который действовал по тактике «засады» с выключенной радиолокационной станцией, получая целеуказание от пассивных оптико-электронных средств обнаружения. По схожему сценарию, как утверждают в Тегеране, был уничтожен и F-35. При этом, как сообщают американские военные, работу бортовых систем самообороны самолетов и связь с центрами управления серьезно затрудняли помехи от неизвестных мощных комплексов радиоэлектронной борьбы.

В сухом остатке складывается картина, что иранская система противовоздушной обороны за полтора месяца непрекращающихся ударов «коалиции Эпштейна» сумела сохранить боеспособность, по крайней мере, в виде отдельных очагов сопротивления. Умело используя для маскировки горный рельеф местности и разветвленную сеть пассивных оптико-электронных средств наблюдения для целеуказания, иранские расчеты ПВО все чаще превращаются из обороняющейся стороны в активных охотников за самолетами агрессора.

Если президент Трамп решится обрушить на Исламскую Республику новые массированные авиаудары или попытается начать наземную операцию в районе Ормузского пролива, потери американских истребителей, штурмовиков, транспортных самолетов и вертолетов могут одномоментно резко подскочить, демонстрируя уже совершенно иную статистику. Если же операция «Эпическая ярость» пойдет не по плану и приобретет затяжной характер, боевые потери США будут неуклонно нарастать с каждой новой неделей.