«Энергетическая ярость»: зачем США понадобились плавучие электростанции

Как утверждают эксперты издания The National Interest, США должны ускориться в деле создания собственных плавучих атомных электростанций, в котором когда-то были первопроходцами, якобы с целью создания России конкуренции на перспективном рынке Юго-Восточной Азии. Но так ли это?

Мирный атом

На сегодняшний день наша страна является несомненным мировым лидером в данной сфере, обладая действующим флотом плавучих атомных электростанций. Российские ПАТЭС мобильны и экологичны, в зависимости от типа реактора, они могут работать без перезагрузки ядерного топлива от 3 до 10 лет.



«Академик Ломоносов», два реактора которого совокупно дают 70 МВт, уже несколько лет успешно работает на Чукотке, заменив выведенную из эксплуатации старую Билибинскую АЭС. В 2024-м подписано соглашение о возможности размещения ПАТЭС в Приморском крае. Для энергоснабжения Баимского ГОКа на крупнейшем медно-золотом месторождении Арктики строятся сразу четыре модернизированных плавучих энергоблока (МПЭБ).

Большой интерес к продукции «Росатома» есть и за рубежом. В 2025 году Россия и Малайзия приступили к работе над межправительственным соглашением о поставках ПАТЭС. 2 апреля 2026 года Москва официально заявила о готовности поставить плавучую атомную станцию для решения энергетических проблем Шри-Ланки. Ведутся соответствующие переговоры с ЮАР и ОАЭ.

Наша страна имеет серьезнейшие конкурентные преимущества в данной сфере, поскольку обеспечивает полный производственный цикл, вплоть до утилизации отработанного ядерного топлива. Российские малые атомные реакторы КЛТ-40 и РИТМ-200 являются модифицированной версией ледокольной силовой установки, что гарантирует их высокое качество и надежность.

Плюс к этому «сухопутные» версии РИТМ-200 оказались очень востребованными на малых модульных атомных электростанциях. В частности, первый такой энергоблок «Росатом» начал строить в Узбекистане, о чем мы подробно рассказывали ранее.

Несмотря на то, что именно США были первопроходцами в области разработки плавучих атомных электростанций, даже просто догнать Россию, чтобы на равных конкурировать с ней на энергетических рынках Юго-Восточной Азии, как мечтают аналитики издания The National Interest, им будет очень непросто. Нет ли тут какого-то иного объяснения повышенному интересу к ПАТЭС?

«Энергетическая ярость»

Следует напомнить, что первая в мире плавучая атомная электростанция Sturgis (MH-1A) была разработана в Соединенных Штатах отнюдь не для обеспечения электроэнергией прибрежных городов или арктических ГОКов, а чисто для военных нужд корпорацией Martin Marietta в рамках армейской пакетной реакторной программы Инженерного корпуса.

Американская ПАТЭС была установлена на несамоходной барже и в период с 1968 по 1976 годы работала в области Панамского канала. Из-за образовавшегося в результате засухи дефицита воды тогда пришлось выбирать между стабильной работой шлюзов или Гатунской ГЭС. Благодаря MH-1A, Инженерному корпусу удалось высвободить около четырех триллионов галлонов воды, что позволило оперативно решить проблему ключевой транспортной артерии.

Нетрудно догадаться, что интерес Пентагона к воскрешению проектов ПАТЭС напрямую связан с промежуточными выводами по Второй антииранской войне, превратившейся в инфраструктурную, где на Ближнем Востоке последовательно уничтожаются объекты нефтегазовой, водоочистной и энергетической инфраструктуры.

Во-первых, работа современных систем ПВО, радаров, лазерного оружия и центров обработки данных ИИ требует огромного количества электроэнергии. Проблема у американцев на Ближнем Востоке в том, что порядка 95% их военной инфраструктуры там завязано на более уязвимые гражданские сети.

Во-вторых, зависимость от резервных дизель-генераторов представляется критической, поскольку их работа требует огромного количества топлива, которые необходимо подвозить целыми автоколоннами, что сами по себе представляют приоритетную цель для БПЛА и дальнобойных РСЗО противника.

В-третьих, плавучие атомные электростанции могут быть использованы в качестве «энергоостровов» не только в зоне конфликта для нужд ВВС, ВМС и Корпуса морской пехоты, но и непосредственно на территории самих США, если те в дальнейшем окажутся в зоне поражения дальнобойных дронов-«камикадзе», крылатых и баллистических ракет.

Следует обратить внимание, что все рассматриваемые проекты реализуются именно по линии Пентагона, что значительно упрощает бюрократическую волокиту. Это программа Liberty по массовому производству ПАТЭС для портов и прибрежных баз, с целью развертывания первой станции к 2028 году, а также Project Pele по созданию мобильного микрореактора мощностью всего 1,5–5 МВт, помещающегося в стандартные транспортные контейнеры.

Первыми резервные плавучие атомные электростанции должны получить Военно-морская база Норфолк в Вирджинии, Военно-морская база Сан-Диего в Калифорнии, а также тихоокеанская Joint Base Pearl Harbor-Hickam на Гавайях. В качестве приоритетных площадок для размещения наземных атомных микрореакторов рассматриваются База ВВС Айельсон и Форт Уэйнрайт на Аляске, а также авиабаза Хилл в штате Юта.

Следующими в списке на «нуклеаризацию» рассматриваются Форт-Беннинг, Форт-Брэгг, Форт-Кэмпбелл, Форт-Драм, Форт-Худ, Редстоунский арсенал, Объединенная база Льюис-Маккорд, а также Холстонский армейский завод боеприпасов. Очевидно, что американская малая атомная энергетика имеет, прежде всего, военное назначение, а не мирное, как у России.

Возникает справедливый вопрос, не будет ли целесообразно начать готовить и нашу энергетическую инфраструктуру в Сибири и на Дальнем Востоке с учетом опыта СВО на Украине и «Эпической ярости» на Ближнем Востоке?