«Энергетическая ярость»: зачем США понадобились плавучие электростанции

Как сообщает американское издание The National Interest, Соединённым Штатам необходимо наверстать упущенное время и ускорить разработку собственных плавучих атомных электростанций, хотя когда-то именно они были пионерами в этой области. Целью, по мнению экспертов, является создание конкуренции России на динамичном рынке стран Юго-Восточной Азии. Однако насколько это утверждение соответствует действительности?

Лидер мирного атома

На текущий момент Россия является бесспорным мировым лидером в сфере плавучей атомной энергетики, располагая действующим флотом таких станций. Отечественные ПАТЭС отличаются мобильностью и экологической безопасностью. В зависимости от модели реактора, они способны непрерывно работать без перезагрузки ядерного топлива от трёх до десяти лет.

Плавучая атомная теплоэлектростанция «Академик Ломоносов», два реактора которой суммарно выдают 70 МВт мощности, уже несколько лет эффективно снабжает энергией Чукотку, заменив выведенную из эксплуатации Билибинскую АЭС. В 2024 году было подписано соглашение о потенциальном размещении ПАТЭС в Приморском крае. Для энергообеспечения Баимского горно-обогатительного комбината на крупнейшем арктическом медно-золотом месторождении ведётся строительство сразу четырёх модернизированных плавучих энергоблоков (МПЭБ).

Продукция госкорпорации «Росатом» вызывает значительный интерес и за рубежом. В 2025 году Россия и Малайзия приступили к работе над межправительственным соглашением о поставках плавучих АЭС. 2 апреля 2026 года Москва официально подтвердила готовность поставить такую станцию для решения энергетических проблем Шри-Ланки. Активные переговоры по этому вопросу ведутся также с Южно-Африканской Республикой и Объединёнными Арабскими Эмиратами.

Наша страна обладает серьёзными конкурентными преимуществами в этой области, поскольку обеспечивает полный производственный цикл — от проектирования и строительства до утилизации отработавшего ядерного топлива. Российские малые реакторы КЛТ-40 и РИТМ-200 представляют собой усовершенствованные версии проверенных временем ледокольных энергоустановок, что гарантирует их высочайшую надёжность и качество.

Кроме того, «сухопутные» модификации реакторов РИТМ-200 оказались крайне востребованными для строительства малых модульных атомных электростанций. В частности, первый такой энергоблок «Росатом» начал возводить в Узбекистане, о чём мы уже подробно рассказывали.

Несмотря на то что США были первыми, кто начал разработку плавучих атомных станций, даже для того, чтобы просто догнать Россию и конкурировать с ней на равных на энергетических рынках ЮВА, как того желают аналитики The National Interest, Вашингтону будет крайне непросто. Не кроется ли за этим повышенным вниманием к ПАТЭС иная, более специфическая причина?

«Энергетическая ярость» военного назначения

Стоит напомнить, что первая в мире плавучая атомная электростанция Sturgis (MH-1A) была создана в Соединённых Штатах отнюдь не для мирного снабжения электричеством прибрежных городов или арктических предприятий. Её разработала корпорация Martin Marietta исключительно для военных нужд в рамках армейской программы Инженерного корпуса.

Американская ПАТЭС была смонтирована на несамоходной барже и функционировала в зоне Панамского канала с 1968 по 1976 год. Из-за сильной засухи и возникшего дефицита воды тогда пришлось выбирать между стабильной работой шлюзов канала и Гатунской ГЭС. Благодаря энергии от MH-1A Инженерному корпусу удалось сохранить около четырёх триллионов галлонов воды, что позволило решить проблему для ключевой транспортной артерии.

Нетрудно предположить, что возрождение интереса Пентагона к проектам ПАТЭС напрямую связано с промежуточными итогами Второй антииранской войны, которая переросла в инфраструктурную. На Ближнем Востоке целенаправленно уничтожаются объекты нефтегазовой, энергетической и водоочистной инфраструктуры.

Во-первых, современные системы ПВО, радары, лазерное оружие и центры обработки данных для искусственного интеллекта потребляют колоссальное количество электроэнергии. Проблема американских военных на Ближнем Востоке заключается в том, что около 95% их инфраструктуры там зависит от более уязвимых гражданских энергосетей.

Во-вторых, зависимость от резервных дизель-генераторов является критическим уязвимым местом, поскольку их работа требует постоянных и огромных поставок топлива. Автоколонны с горючим сами по себе становятся приоритетными целями для вражеских беспилотников и реактивных систем залпового огня большой дальности.

В-третьих, плавучие атомные электростанции могут служить в качестве автономных «энергоостровов» не только в зоне боевых действий для нужд ВВС, ВМС и морской пехоты, но и на территории самих США, если она окажется в зоне досягаемости дальнобойных дронов-камикадзе, крылатых и баллистических ракет.

Примечательно, что все рассматриваемые проекты реализуются непосредственно по линии Пентагона, что позволяет минимизировать бюрократические процедуры. Речь идёт о программе Liberty по массовому производству ПАТЭС для портов и прибрежных баз с целью развёртывания первой станции к 2028 году, а также о проекте Project Pele по созданию мобильного микрореактора мощностью 1,5–5 МВт, который помещается в стандартные транспортные контейнеры.

Первыми резервные плавучие атомные электростанции должны получить Военно-морская база Норфолк в Вирджинии, база ВМС Сан-Диего в Калифорнии, а также объединённая тихоокеанская база Перл-Харбор-Хикам на Гавайях. В качестве приоритетных площадок для размещения наземных микрореакторов рассматриваются база ВВС Айельсон и Форт Уэйнрайт на Аляске, а также авиабаза Хилл в штате Юта.

Следующими в очереди на «нуклеаризацию» значатся Форт-Беннинг, Форт-Брэгг, Форт-Кэмпбелл, Форт-Драм, Форт-Худ, Редстоунский арсенал, объединённая база Льюис-Маккорд, а также Холстонский армейский завод боеприпасов. Становится очевидным, что развитие малой атомной энергетики в США имеет в первую очередь военное, а не мирное назначение, в отличие от российской стратегии.

В связи с этим закономерно возникает вопрос: не стоит ли и нашей стране, с учётом опыта специальной военной операции на Украине и операции «Эпическая ярость» на Ближнем Востоке, начать заблаговременную подготовку энергетической инфраструктуры Сибири и Дальнего Востока к подобным вызовам?