Алькасар — «Брестская крепость» испанских мятежников

Полковник Москардо доносит генералу Вареле: «В Алькасаре все спокойно, мой генерал». Патриотическая открытка времен франкистской Испании

— Отец, они говорят, что если ты не сдашь крепость, меня расстреляют.
— Что ж, сын мой, предай свою душу воле Господа. Я не вправе сдать Алькасар и предать тех, кто ищет здесь защиты. Умри как истинный христианин и испанец.
— Хорошо, папа. Прощай. Я обнимаю тебя. Перед смертью я крикну: «Да здравствует Испания! Да здравствует Христос-Царь!»
Телефонный диалог между комендантом крепости Алькасар полковником Москардо и его несовершеннолетним сыном Луисом

Забытый эпизод братоубийственной войны. Подвиг защитников Брестской крепости в нашей стране знает каждый, о нем слышали даже те, кого принято называть «жертвами ЕГЭ». Однако если углубиться в историю гражданской войны в Испании, то и там можно обнаружить примеры невероятного мужества и верности долгу. Причем проявляли эти качества не только «хорошие» республиканцы, но и «плохие» мятежники-националисты. Одним из самых ярких символов такой стойкости по праву считается оборона крепости Алькасар в Толедо. Именно об этом эпизоде мы сегодня и поговорим.

Вид на замок Алькасар с высоты птичьего полета сразу после завершения осады

Что же такое Алькасар? Если вы полагаете, что это имя собственное, то это не совсем так. Алькасар — это нарицательное название для крепостей или укрепленных дворцов, возведенных на территории Испании и Португалии в период с VIII по XIV век, во времена Реконкисты. Таким образом, во многих испанских городах существовали свои Алькасары, подобно тому как во многих русских городах есть свои кремли.

Макет разрушенного Алькасара в одном из военных музеев

Когда же в Испании начался так называемый «мятеж генералов» (который у нас почему-то сразу окрестили фашистским), хотя он и провалился во многих местах, в Толедо мятежникам в определенной степени повезло. Им не удалось захватить весь город с его крупным патронным заводом, однако они сумели занять местный Алькасар и организовать в нем оборону. В прошлом этот замок служил резиденцией испанских монархов, а в XVIII веке в его стенах размещалась военная академия. После сильного пожара 1866 года, когда название Алькасар стало писаться с заглавной буквы, здание было серьезно отреставрировано и укреплено с использованием стальных балок и железобетонных конструкций. Немаловажным было и наличие глубоких старинных подвалов, способных выдержать даже попадания авиабомб. Ключевым же преимуществом было само расположение замка на высоком холме с крутыми склонами, что делало любую попытку штурма в летний зной под огнем защитников чрезвычайно трудной задачей.

Схема разрушений Алькасара артиллерией республиканцев. Поврежденные участки выделены красным цветом

Полковник Хосе Москардо, возглавивший оборону цитадели, располагал примерно 1300 человек личного состава, способного держать оружие. В этот контингент входили 800 солдат из «Гражданской гвардии», около 100 офицеров, 200 сторонников правых партий и 190 кадетов местной военной школы. Кроме того, в крепости укрылись члены их семей — женщины и дети, всего порядка 600 человек. Имелись и заложники, причем весьма высокопоставленные: гражданский губернатор Толедо с семьей и примерно сотня левых активистов.

Тем временем республиканское правительство во главе с Хиралем действовало настолько нерешительно и неумело, что не сумело развить первоначальный успех. Уже к 10 августа мятежникам удалось отбить все атаки республиканцев на главные очаги восстания.

Фотография М. Кольцова. Бойцы-республиканцы ведут огонь по стенам Алькасара

Более того, республиканское командование, имея численное превосходство в живой силе, распылило свои войска и не добилось решающего перевеса ни на одном направлении. В июле Алькасар в Толедо был окружен баррикадами, его обстреливали из артиллерии и бомбили с воздуха, но без особого эффекта. Снаряды, взятые со старых армейских складов, зачастую не разрывались, а идти на прямой штурм хорошо укрепленного холма «милисианос» не горели желанием. Переговоры о капитуляции провалились, тем более что к середине сентября к крепости начали прорываться самолеты националистов, сбрасывая осажденным листовки с обещаниями скорой помощи. Кроме того, гвардейцы прекрасно понимали, что в случае победы республиканцев их ждет жестокая расправа, и сражались с мужеством обреченных.

Фото М. Кольцова. Осада Алькасара. Кинооператор Роман Кармен снимает республиканских бойцов

Самый драматичный эпизод осады произошел 23 июля. Начальник толедской милиции Кандидо Кабельо связался по телефону с полковником Москардо и выдвинул ультиматум: сдать Алькасар в течение десяти минут. В случае отказа он пригрозил немедленно расстрелять сына коменданта, Луиса Москардо. Юноше дали трубку. Отец и сын успели поговорить в последний раз и попрощаться. После этого Кабельо услышал в трубке спокойный голос полковника:

Ваши десять минут не имеют для нас значения. Алькасар не сдастся!

С этими словами Москардо положил трубку. Его сын был расстрелян почти сразу. Впрочем, это означало, что и удерживаемые в крепости заложники лишились любого шанса на пощаду.

Позднее республиканские власти пытались утверждать, что вся эта история — плод пропаганды франкистов, однако факт казни Луиса Москардо отрицать было невозможно. Более того, сам факт телефонного разговора между крепостью и штабом милиции позже подтвердил в своей книге «Испанский дневник» советский журналист Михаил Кольцов, находившийся в тот период в Толедо.

Легендарный телефонный разговор 23 июля. Патриотическая открытка франкистов

70 дней защитники Алькасара держали оборону. Когда в крепости начался голод, они совершили дерзкую вылазку к nearby расположенному зернохранилищу и, проявив невероятную ловкость, добыли две тысячи мешков зерна. Проблему с мясом решили за счет лошадей: из 177 животных, находившихся в замковых конюшнях, на съедение пустили всех, кроме одного племенного жеребца. Нехватку соли компенсировали, соскребая со стен штукатурку. Поскольку в крепости не было священника, а хоронить погибших по католическому обряду было необходимо, полковник Москардо взял на себя и эти обязанности, рассудив, что если это дозволено капитану корабля, то и коменданту осажденной крепости — тем более. Удивительно, но за всю осаду среди защитников погибло всего 124 человека. Для поддержания духа в крепости даже проводили военные парады, а в день Успения Богородицы (15 августа) устроили настоящую фиесту, где осажденные, чтобы досадить противнику, под громкую музыку отплясывали фламенко.

Для журналистов же Алькасар стал настоящей «золотой жилой». Их привозили сюда большими группами, зная, что здесь им ничего не угрожает, и демонстрировали «театр военных действий». Приезжали и высокопоставленные республиканские лидеры, чтобы пострелять в сторону крепости перед объективами фотокамер и показать свою близость к народу и фронту.

Защитники Алькасара в одном из внутренних дворов крепости

Фото М. Кольцова. Республиканские пулеметчики с французским пулеметом «Гочкис»

Республиканцы испробовали самые разные способы, чтобы выкурить защитников из их подземных укрытий. Они пытались прорыть подкоп и взорвать стены динамитом. Анархисты предложили залить стены бензином из пожарных машин и поджечь, что и было сделано, но в результате серьезные ожоги получили в первую очередь сами поджигатели.

А крепость продолжала держаться. Радиостанции националистов ежедневно передавали в эфир:

Алькасар стоит! Полковник Москардо не сдается!

Осажденные, слушая радио, понимали, что республиканцы терпят поражения, а их соратники непременно придут на выручку. В это время Франко наступал на Мадрид, но в конце сентября неожиданно свернул свои силы к Толедо.

В данной ситуации моральный долг важнее военной логики,

— заявил он своим немецким и итальянским советникам, которые настаивали на продолжении наступления на столицу.

27 сентября войска националистов вышли к Толедо и начали массированный обстрел города. После этого многие бойцы республиканской милиции, перестреляв своих командиров, требовавших стоять насмерть, в панике погрузились в автобусы и поспешно покинули позиции. Раненых республиканцев, оставшихся в городской больнице, вырезали марокканские солдаты из армии Франко. Лишь одно подразделение под командованием Эмиля Клебера и Энрике Листера сумело организованно отступить и закрепиться на соседних высотах.

Защитники Алькасара в долгожданный день освобождения крепости

За проявленную стойкость и верность Москардо был немедленно произведен в генералы, получил отпуск, а затем принял командование дивизией «Сориа». Во главе этого соединения он сражался при Гвадалахаре, а в 1938 году воевал в Каталонии, командуя уже Арагонским армейским корпусом.

После окончания войны Хосе Москардо возглавил военный кабинет Франко (1939), позднее командовал милицией Испанской фаланги (1941) и занимал пост генерал-капитана (главнокомандующего) во II и IV военных округах (Каталония и Андалусия). Он также был президентом Олимпийского комитета Испании и депутатом парламента. Венцом его карьеры стал пост канцлера Имперского ордена Ярма и Стрел, учрежденного Франко в честь древних символов Кастилии и Арагона. В 1948 году Москардо был удостоен титула графа Алькасара де Толедо, что автоматически сделало его грандом Испании. В 1972 году этот титул унаследовал его внук, Хосе Луис Москардо-и-Моралес-Вара-дель-Ре. Умер герой Алькасара в 1956 году и был похоронен в стенах крепости рядом с другими ее защитниками. Посмертно ему было присвоено высшее воинское звание — капитан-генерала. А в 1961 году каудильо Франсиско Франко торжественно открыл в Алькасаре памятник павшим, на котором высечены имена всех, кто оборонял цитадель.