Война, которая сожжет весь Восток

События этой недели развивались с пугающей быстротой. Начавшись 22 февраля как "точечная операция" пакистанских ВВС против баз группировки "Техрик-е-Талибан-Пакистан" (ТТП) в провинциях Хост и Пактика, конфликт мгновенно вышел из-под контроля.

В четверг, 26 февраля, Кабул предпринял то, что было впоследствии объявлено "актом возмездия за суверенитет", атаковав пакистанские пограничные позиции. По заявлениям официального представителя "Талибана" Забихуллы Муджахида, афганским силам удалось захватить 19 пакистанских постов. Исламабад ответил операцией "Газаб-лиль-Хак" ("Праведный гнев"), впервые за многие годы нанеся удары по штабам регулярных бригад Талибана в самом сердце Кабула.

То, что мы наблюдаем, — это окончательный крах многолетней стратегии Пакистана. Десятилетиями Исламабад поддерживал "Талибан", видя в нем инструмент обеспечения "стратегической глубины". Однако, вернувшись к власти в 2021 году, талибы отказались от унизительного статуса вассала.

Исламабад утверждает, что Афганистан стал безопасным убежищем для пакистанского "Талибана", боевики которого только за последний месяц убили сотни пакистанских силовиков. Кабул это отрицает, называя "Талибан" "внутренней проблемой Пакистана".

К тому же между государствами существуют очевидные противоречия, вылившиеся в пограничный спор. "Талибан" никогда официально не признавал линию Дюранда, справедливо считая её британским колониальным пережитком. Каждая попытка Пакистана достроить пограничный забор завершалась ожесточенными перестрелками.

Еще один немаловажный фактор, усугубивший конфликт между двумя странами. Пакистан, находясь в тяжелейшем экономическом кризисе, начал массовую депортацию афганских беженцев (более 1,5 миллионов человек), что Кабул воспринял как "нож в спину".

Для администрации Дональда Трампа, занятой внутренними реформами и иранским досье, этот конфликт стал неожиданным вызовом. Вашингтон оказался в парадоксальной ситуации: Пакистан, формальный союзник вне НАТО, наносит удары по Афганистану, который США покинули пять лет назад, оставив там горы оружия, теперь используемого талибами.

А в свою очередь союзник США и стратегический противник Пакистана — Индия — пристально следит за тем, как пакистанская армия, истощенная внутренним кризисом, втягивается в войну на два фронта.

В ужасе от региональной дестабилизации, в первую очередь Пекин, вложивший миллиарды в Китайско-пакистанский экономический коридор (CPEC). Если война перекроет торговые пути, геополитические амбиции Китая в регионе будут похоронены.

Вспыхнувшая война несет в себе и большой риск дестабилизации на годы вперед. Она создает вакуум, который мгновенно заполнит третья сила, выжидающая свой час: преследуемый Афганистаном "ИГИЛ-Хорасан*" использует хаос для вербовки разочарованных бойцов с обеих сторон.

В настоящий момент конфликт не перерастет в танковые сражения на равнинах, но грозит превратиться в бесконечную серию авиаударов и диверсий, что безусловно вызовет коллапс всей торговой жизни, протекающей через переходы Торкхам и Чаман, и окончательно разрушит экономику Афганистана, вызвав новый гуманитарный кризис мирового масштаба.

Могут ли международные посредники остановить кровопролитие? Переформатирование регионального порядка вывело в авангард Китай и Катар (Запад, безусловно, вне игры, в первую очередь с точки зрения влияния на правительство Талибана). Пекин с Дохой, конечно, пытаются вмешаться, предложив Исламабаду финансовую помощь в обмен на прекращение огня, а Кабулу — признание режима в обмен на выдачу лидеров пакистанского Талибана. Однако уровень личной вражды между генералами в Равалпинди и муллами в Кандагаре делает этот путь крайне сложным и мало прогнозируемым.

Затяжная война Пакистана с Афганистаном может вызвать внутриполитический взрыв в самом Исламабаде. Война с Кабулом крайне непопулярна среди пуштунского населения самого Пакистана. Продолжение ударов может спровоцировать восстание в провинции Хайбер-Пахтунхва, что приведет к непредсказуемым политическим последствиям.

Если Пакистан и Афганистан перейдут черту полноценной войны, последствия в виде миллионов беженцев и всплеска глобального терроризма докатятся до границ Европы и США быстрее, чем любая дипломатическая нота.

В Женеве сейчас говорят о мире с Ираном, но на востоке загорается костер, который может поглотить все надежды на стабильность на Востоке.