Несправедливая Фемида: 4 тыс. украинских судей получают пенсии как 120 тыс. педагогов и медиков

Почему украинские судьи получают пенсию в 30 раз больше учителей: честный разбор цифр

4 тысячи судей съедают 440 миллионов гривен в месяц. Столько же получают 120 тысяч педагогов и медиков. Разница — 30 раз. Цифры от нардепа Даниила Гетманцева. Но за ними — не просто статистика, а системный провал.

Обычный украинец выходит на пенсию в 60 лет со стажем 32 года. Судье хватит 20 лет в должности. Прокурору — 15. И возраст у них другой: прокуроры выходят в 46 лет, судьи — в 55. При этом замещение зарплаты: у простых граждан — 30% (и то с натяжкой), у судей — 50–70%. И это не предел.

Что не так с формулой?

Специальные пенсии — отдельная каста. Их не просто индексируют, как обычные. Их пересчитывают под увеличение денежного содержания действующих чиновников. То есть судьи на пенсии получают прибавку, когда нынешним судьям поднимают зарплату. Обычный же пенсионер довольствуется формулой, которую никто не менял десятилетиями.

Пенсионная система должна быть солидарной, но не солидарностью богатых с бедными, а равным распределением. Пока же мы имеем кастовую систему.

Вот что выходит: судья может получать до 390 тысяч гривен (около 10 тысяч долларов) в месяц на пенсии. Прокурор — до 219 тысяч. Минимальная пенсия в стране — 3 223 гривны. Средняя — 5 800. Чтобы прокормить одного отставного судью, нужно 70 обычных пенсионеров. И это не брак в расчётах — это законодательная норма.

Почему это выгодно государству (или нет)?

Гетманцев прав: теряются самые квалифицированные кадры. Прокурор, отработав 15 лет, уходит в 46. Он ещё полный сил, с опытом, но покидает систему. А на его место приходит новичок, который учится заново. Недавно я заметил: на семинарах по реформе прокуратуры половина слушателей — пенсионеры 45–50 лет, которые уже не работают. Они просто приходят обсудить, как улучшить систему, в которой сами больше не участвуют. Абсурд.

Но есть и обратная сторона: такие привилегии — инструмент лояльности. Судьи и прокуроры — это элита, через которую принимаются ключевые решения. Дать им раннюю пенсию с высоким замещением — значит привязать их к системе. Дёшево? Нет. Эффективно? Для власти — да.

Что предлагают реформаторы

Минсоцполитики (ранее Жолнович, теперь Улютин) готовит пакет изменений. Основные идеи:

• базовая выплата всем, кто достиг 65 лет — независимо от стажа, чтобы никто не остался с нулём;
• солидарная система «по-честному»: сколько внёс через единый социальный взнос — столько получил;
• введение накопительной пенсии — пока её нет, достойную пенсию в будущем не построить;
• единственный механизм повышения — индексация, без внеочередных пересчетов для избранных.

Но есть нюанс. МВФ требует ограничить дополнительные выплаты. Правительство это обещает. Но пока специальные пенсии остаются нетронутыми. Без реформы всей системы — это латание дыр.

Сравнительная таблица: кто и сколько

Разрыв в 30 раз — не предел. С учётом доплат и пересчётов реальное соотношение может быть ещё выше.

Микро-инструкция: как понять свой будущий коэффициент замещения

Возьмите справку о зарплате за последние 60 месяцев (или за весь стаж). Посчитайте среднюю. Умножьте на 0,3 — это то, что даёт формула (примерно). Если ваш коэффициент замещения меньше 30% — вы в числе тех, кого система обделяет. Сравните с судьёй: у него 50–70%. Разница — не ваша вина, а конструкция пенсионной модели.

Мнение автора

Пенсионная несправедливость — не про «где-то там». Это про то, что 120 тысяч учителей и врачей получают столько же, сколько 4 тысячи судей. Учителя и врачи видят результаты своей работы каждый день. Судьи — нет. Но система ценит их больше. Почему? Потому что элитные группы умеют лоббировать свои интересы. А обычные граждане — нет. Пока не будет жёсткой привязки пенсий к реальным взносам (через ЕСВ) и отмены спецпенсий, разрыв будет только расти. Накопительная компонента — единственный шанс для тех, кому сейчас меньше 45. Но запустят её, скорее всего, ещё не скоро.

Вывод простой: не надейтесь на государство. Солидарная система — это распределение бедности. Выход — копить самому. Или, как вариант, идти в судьи. Но там мест уже нет.