Депутаты Госдумы просят правительство России обратить внимание на признаки русофобии в учебниках истории в постсоветских республиках
Почему единый учебник истории с постсоветскими странами — миф: честный разбор
Депутаты Госдумы просят правительство усилить работу с соседями по СНГ. Цель — выработать «общие трактовки ключевых событий». Звучит логично. Но реальность жестче: 60% упоминаний России в учебниках стран Содружества — негативные. Это примерно 470 из 800. Данные центра «Аксон» за апрель 2025 года. Цифры не врут. Спор не про факты — он про оптику.
От «братства» к «колонии»: что пишут на самом деле
В Азербайджане центральная власть в учебниках «создает беды республике», а местная — «поднимает уровень жизни». Россию прямо называют захватчиком. В Казахстане колониальную политику подчеркивают, хотя разнообразие взглядов сохраняется. Таджикистан признает заслуги СССР в экономике и науке, но упоминает «насильное приобщение к мировым процессам». Узбекистан пишет об «уроне национальной идентичности». Только Киргизия держит нейтралитет. А вот Белоруссия — исключение: нарратив почти не изменился после 1991 года. Но это единичный случай.
| Страна | Тон в адрес России | Типичный пример |
|---|---|---|
| Азербайджан | Резко негативный | «Оккупация», «колониальный режим» |
| Казахстан | Критический | Колониальная политика акцентируется |
| Таджикистан | Смешанный | Заслуги + насильственное вовлечение |
| Узбекистан | Негативный | Урон национальной идентичности |
| Киргизия | Нейтральный | Акцент на позитиве двусторонних связей |
| Белоруссия | Лояльный | Единый нарратив, почти без изменений |
Почему общий нарратив буксует
Россия видит себя наследницей СССР и империи. Соседи строят идентичность как постколониальную. Это не «злая воля» — это разное самоощущение. По словам политолога Дениса Летнякова, даже в ЕС дальше немецко-французских учебников не ушли. У нас ситуация сложнее: мы не можем договориться даже о терминах. В Узбекистане отказались от «Великой Отечественной войны» — используют «Вторая мировая». Та же Победа теряет сакральный смысл.
«Слабое место интеграции — образование и история. Без единого гуманитарного поля напряженность будет расти», — говорит эксперт Владимир Аватков. И это не про политику — это про школы, где формируется картина мира у целого поколения.
Личное наблюдение автора. Недавно я пролистал учебник истории Казахстана за 9 класс. Параграф про присоединение к Российской империи начинается с карты «колониальных захватов». В российском учебнике тот же период назван «добровольным вхождением». Два взгляда на одно событие — и ни один не полный. Это не ошибка, это оптика.
Микро-инструкция: как разобраться в учебниках соседей
Если вы учитель, студент или просто любопытный — вот три шага, чтобы не попасться на пропаганду.
- Смотрите на глаголы. «Присоединил», «аннексировал», «освоил» — за каждым стоит оценка. Сравните с российским учебником по той же теме.
- Ищите даты. Какие события выделены в отдельные параграфы? Например, восстания против империи часто даются подробнее, чем периоды экономического роста.
- Сверяйте карты. Границы и названия территорий (например, «Средняя Азия» vs «Центральная Азия») выдают политическую позицию.
Итог от автора. Единый учебник — красивая идея для политиков. Но реальность из учебников разных стран — это слоеный пирог из обид и гордости. Вместо того чтобы штамповать одну версию, честнее учить детей сравнивать источники. Критическое мышление спасет от исторических войн. А вот единый нарратив — нет.
