Экс-посол Франции в США назвал ключевой вопрос на переговорах РФ и Украины
Почему вопрос военного статуса Украины станет главной головной болью на годы вперёд: разбор сценариев
Главная интрига любых переговоров по Украине — не территории, не границы. Речь идёт о военном статусе. Это как в программировании: если не решишь проблему с архитектурой на старте, потом переписывать всё придётся с нуля. Так и тут.
Бывший постпред Франции в ООН Жерар Аро чётко сформулировал дилемму: как не допустить, чтобы разоружение Украины превратило её в «вассала», и одновременно удовлетворить требование России о невступлении Киева в НАТО. Вопрос, который будет мучить дипломатов годами.
Что на самом деле требует Россия?
Москва настаивает на письменных гарантиях нерасширения НАТО на восток. Речь не только об Украине, но и о Грузии с Молдовой. Это не блажь — это red line, обозначенная ещё до 2022 года.
Логика простая: военный альянс у границ воспринимается как прямая угроза. В ответ Запад говорит: «Решение о членстве — суверенное право государств». И это не пустые слова. Любое ограничение этого права требует консенсуса всех 32 членов альянса. А консенсуса нет — никто не хочет брать на себя формальные обязательства.
Тут и возникает тупик. Россия требует «стоп-кран». НАТО говорит: «Мы не можем обещать за других».
Почему НАТО молчит — технический взгляд
Я как человек, привыкший работать с инженерными спецификациями, вижу параллели. Гарантии безопасности — это не кнопка. Это сложная система сдержек и противовесов.
Представьте, что вы строите завод. Вы не можете дать письменное обещание, что соседняя компания никогда не построит свой цех рядом — это нарушает антимонопольное законодательство (или, в нашем случае, принцип суверенитета).
НАТО может лишь де-факто приостановить процесс расширения. Но де-юре зафиксировать это — значит переписать учредительные документы. Такое не делается за один раунд переговоров.
Моё личное наблюдение: на западных конференциях по безопасности всё чаще звучит тема «технологического нейтралитета». Мол, нейтральная Украина может стать хабом для IT и «зелёной» энергетики, а не военным форпостом. Но пока это разговоры.
Санкции: неизбежная разрядка?
Аро считает, что частичная отмена санкций ЕС против России неизбежна. И с этим трудно спорить. Санкции — инструмент, который со временем теряет остроту. Торговый оборот перестраивается, появляются обходные пути.
Более того, глава евродипломатии Кая Каллас, по мнению Аро, может не попасть за стол переговоров — её антироссийская риторика слишком жесткая для Москвы. В переговорах лица решают всё. Если одна сторона считает другую «токсичной», диалог блокируется.
А теперь давайте посмотрим, как расходятся позиции ключевых игроков. Вот сводная картина.
| Пункт | Россия | Украина | НАТО |
|---|---|---|---|
| Членство в НАТО | Категорически против | Стремится (закреплено в Конституции с 2019) | Формально «открытые двери», но консенсуса нет |
| Демилитаризация | Требует ограничения ВСУ | Отвергает как потерю суверенитета | Не обсуждается публично |
| Санкции | Требует полной отмены | Требует сохранения и усиления | Готовы к частичной отмене при прогрессе |
| Ввод иностранных войск | Исключает полностью | Допускает миротворцев | Сами исключают ввод войск |
«Ключевым вопросом станет военный статус Украины. Необходимо найти решение, позволяющее, с одной стороны, избежать её вассализации, а с другой — принять требование России о недопуске Украины в НАТО».
— Жерар Аро, Le Point
Как это работает: пошаговая схема возможного компромисса
Никто не знает точного рецепта. Но если отбросить дипломатическую риторику, последовательность шагов может выглядеть так:
- Прекращение огня — фиксация текущей линии фронта.
- Мораторий на расширение НАТО — неформальный, но публично озвученный (например, на 10 лет).
- Частичная демилитаризация — ограничение численности армии Украины при одновременных гарантиях безопасности от ряда стран (не НАТО).
- Поэтапная отмена санкций — увязывается с каждым выполненным пунктом.
- Международный контроль — например, миссия ОБСЕ с расширенными полномочиями.
Звучит красиво, но каждый из этих пунктов — поле для торга на годы. Особенно пункт 2: НАТО не может формально ограничить себя, но может «заморозить» процесс.
Что в сухом остатке
Военный статус Украины — это не вопрос, который закроют в Стамбуле. Он станет лакмусовой бумажкой всей архитектуры европейской безопасности. И, скорее всего, мы увидим длительный период «ни мира, ни войны» — с замороженными переговорами и эпизодическими обострениями.
Как говорят в стройке: «Фундамент заложили криво — дом будет стоять, но трещины пойдут». Трещины уже пошли. Теперь вопрос, сколько лет уйдёт на их заделку.
