Перед введением санкций экспорт галлия и германия из Китая подскочил на 22,7 %

Китайский экспорт галлия и германия в июле 2023 года достиг $121 млн, показав рост на 12,1% к предыдущему месяцу и на 22,7% в годовом исчислении. Однако за этими цифрами скрывается не рыночный успех, а ажиотажный спрос, спровоцированный введением с 1 августа жестких экспортных лицензий. Участники рынка, стремясь обезопасить себя от будущих ограничений, в спешке наращивали отгрузки, создав иллюзию бума, который, вероятно, сменится спадом.

Рекордные показатели на фоне грядущих ограничений

Официальная статистика, обнародованная на прошлой неделе, зафиксировала всплеск поставок стратегического сырья за пределы КНР. Согласно данным, за семь месяцев текущего года совокупный экспорт галлия и германия вырос на 17,3%, достигнув $696 млн. Ключевыми драйверами спроса стали азиатские рынки: Южная Корея, Япония, Индия, а также США и Тайвань. На эти пять стран пришлось 65,8% всех закупок. Особенно показателен случай Южной Кореи, где импорт китайского сырья взлетел на 122% — до $209 млн.

Гонка за галлием: кто успел до ввода лицензий

Наибольший интерес представляет динамика поставок галлия, который критически важен для производства силовой электроники, GaN-транзисторов и современных радаров. США, полностью зависящие от импорта этого металла, нарастили закупки на 60,2% — до $49,2 млн. Примечательно, что рекордсменом по темпам роста стала Австрия: объем поставок в эту страну увеличился в 22 раза, достигнув $13,6 млн. Россия, напротив, проявила сдержанность, увеличив импорт лишь на 10% (до $23,2 млн). Это говорит о том, что европейские и американские компании осознанно формировали страховочные запасы перед тем, как китайские власти начали требовать специальные разрешения на вывоз.

Германий: оптоволокно и оптика под ударом

В отличие от галлия, германий используется в более широком спектре гражданских отраслей: от инфракрасной оптики до оптоволоконных систем и светодиодов. Китай контролирует 67% мирового рынка этого металла. Июльский всплеск экспорта затронул и эту категорию, однако аналитики отмечают, что эффект от новых лицензий здесь будет более долгосрочным. Производители оптоволокна и солнечных панелей, не успевшие создать запасы, теперь столкнутся с необходимостью пересмотра логистических цепочек.

Китай, несмотря на отсутствие крупнейших мировых запасов, удерживает монопольное положение: по галлию доля достигает 95%, по германию — 67%. Это делает Пекин ключевым игроком, способным точечно влиять на рынки высоких технологий. Введение лицензий с 1 августа — это не просто бюрократическая процедура, а инструмент политического давления, направленный на ограничение доступа «недружественных стран» к сырью для оборонной и телекоммуникационной промышленности.

По итогам прошлого года Китай увеличил выручку от экспорта этих металлов на 7%. Однако текущие данные за июль, скорее всего, являются пиковыми. После вступления в силу новых правил объемы поставок неизбежно сократятся. Главный вопрос заключается в том, насколько быстро альтернативные производители (например, в Африке или Австралии) смогут нарастить добычу, чтобы компенсировать выпадение китайских объемов. Пока же очевидно одно: мировая электронная промышленность вступает в период дефицита критически важных материалов, и июльский ажиотаж был лишь прелюдией к этому сценарию.