Чилийский физик Леопольдо Сото рассказал, что команда президента Борича уделяет большое внимание науке.
Президент Чили Габриэль Борич объявил о национализации лития, при этом призвав частные корпорации к «добродетельному сотрудничеству». Учитывая проблемы с индейцами на юге страны, северным племенам, живущим в пустыне Атакама, он пообещал «личную беседу» и сохранность существующих экосистем.
Напомним, что Чили является вторым после Австралии мировым производителем лития (18 тысяч тонн в год). Страна занимает перспективных место в мире по количеству перспективных отложений литиевых солей.
На вопросы специального корреспондента международной редакции Федерального агентства новостей про литий, его национализацию, и состояние сегодняшней чилийской науки ответил физик, основатель Лаборатории физики плазмы и термоядерных реакций, член Комиссии по ядерной энергетике Чили Леопольдо Сото.
Вклад сеньора Сото не ограничивается академической деятельностью. С его лёгкой руки в YouTube создан обучающий канал «Занимательная наука», на котором в игровой форме разъясняется суть сложнейших физических явлений.
ФАН: Известно, что сейчас литий больше всего используется для производства аккумуляторов. Так вот, — в рамках, так сказать, вашей просветительской деятельности — первый вопрос касается одного из самых прикладных аспектов нашей жизни. Как вы считаете, реально ли полностью перевести нынешний автопарк с двигателей внутреннего сгорания на литиевые батареи — в мировом масштабе?
Леопольдо Сото: Именно в этой теме я не специалист, но полагаю, что если не полностью, то в значительной степени. Однако я подразумеваю не только электромобили, но и машины, двигатели которых будут работать на водородном или натриевом топливе. Очень перспективным направлением является производство смешанного типа двигателей. Впрочем, будущее лития отнюдь не ограничивается производством моторов.
— Как раз это мне и хотелось бы уточнить. Многие обвиняют президента Борича в недальновидности: экономика Чили сейчас переживает не лучшие времена; рентабельно ли для государства отзывать средства из каких-то других областей, чтобы взвалить на себя тяжесть научных и производственных разработок, связанных с литием?
— Если мыслить в долгосрочной перспективе — то не просто рентабельно, а жизненно необходимо. И мы, ученые, настаиваем на этом.
В энергетике у лития есть иное применение. Литиевые соли способны удерживать тепло в течение очень длительного времени. Это позволило бы со временем усовершенствовать действие солнечных батарей и массово отапливать страну в зимнее время.
Кроме того, в сплаве с другими металлами теплоноситель «литий-7» используется в производстве охлаждающих покрытий для стен ядерных реакторов.
Для получения трития — радиоактивного изотопа водорода — тоже нужен литий. Не стоит забывать также, что в процессе превращения лития в тритий его цена повышается более чем в 100 раз.
Именно поэтому президент Борич сделал акцент на том, что Чили гораздо выгоднее экспортировать не сырье, а продукт с добавочной стоимостью. Сырья на земле достаточно много, а вот обработанный, или уже превратившийся в батарейку литий — это совсем другое дело.
— Но ведь это означает колоссальные вложения в науку, производственную сферу и подготовку специалистов.
— Да. В своем выступлении 20 апреля наш президент указал два основных вектора в литиевой сфере: создание государственного предприятия по типу CODELCO («Чилийская национальная медная корпорация») и научно-исследовательского института, где проводились бы разработки. В предприятии предусматривается участие частного бизнеса, но государство будет выступать в роли основного и единственного администратора. И это правильно, если учитывать высокую стоимость и важность лития для страны.
— То есть вы одобряете программу президента Борича?
— Безусловно. Именно государство финансирует в Чили научные исследования — в том числе в области ядерных исследований и геологии. Есть частные корпорации, которые вкладываются в наукоёмкие отрасли, но только в сугубо прикладных аспектах, когда прибыль можно получить быстро – по схеме, от прототипа к продукту. Проблема в том, что фундаментальная наука становится прибыльной только в средне- и долгосрочной перспективе. И тут дороги бизнеса и учёных расходятся…
— А есть ли какая-то конкретика по созданию будущего НИИ?
— Что касается НИИ, то у Чили уже есть определенный багаж наработок. Есть специалисты, есть исследования, но все это пока еще носит разрозненный характер. Смысл в том, чтобы свести все труды воедино в рамках ядерных исследований.
Создавать исследовательский центр будут на севере, в Антофагасте — в непосредственной близости от пустыни Атакама, где добывается чилийский литий. Очевидно также, что необходим междисциплинарный подход и привлечение самых разнообразных организаций. Например, подразумевается участие военных — как на уровне инфраструктуры, так и в рамках практической работы. Необходимо будет участие социологов и специалистов в области экологии, чтобы снизить опасность для окружающей среды и малых народов, которые проживают в регионе и чью культуру мы обязаны сохранить.
В первую очередь акцент следует сделать на усовершенствование нынешних методов добычи. Основным способом получения лития пока что является выпаривание, но у него слишком много минусов.
— Что о чилийском литии можно сказать сегодня?
— Чили вырабатывает 30% всего производимого на планете лития, и занимает второе место в мире после Австралии. В 2022 начался «литиевый бум», связанный с темой сплава с алюминием и производством аккумуляторов; так поступление в казну от роялти за добытую руду выросло в пять раз.
В настоящее время литий в Чили находится в руках двух иностранных концессий: это SQM, которая принадлежит китайцам (Tianqi Lithium Corp), и Albemarle Corporation, принадлежащая США. На SQM приходится 70% добываемого в стране лития, и концессия будет действительна до 2030 года. У Albemarle, в свою очередь, контракт заключен до 2043 года.
— Это должно быть достаточно проблематично для правительства… Как оно собирается договариваться с частным бизнесом?
— Этого я не знаю. Но страна от национализации лития однозначно выиграет. Не будем забывать, что у Чили уже есть опыт национализации меди…
— Однако «Чилийская национальная медная корпорация» (CODELCO) сегодня является объектом критики. Многие аналитики считают, что она малоэффективна и излишне политизирована, а штат слишком раздут.
— Это не соответствует истине. То, что наш основной экспортный ресурс находится под надзором государства, вовсе не означает, что предприятие неэффективно.
— А какое участие принимает государство в развитии науки? Как вы оцениваете вклад администрации президента Борича в эту сферу?
— Я оцениваю его вклад высоко. После нескольких лет застоя и запросов, которые оставались без ответа, бюджет на исследования значительно вырос. Появилось больше грантов и стипендий. Вы наверняка спросите, в каких именно сферах…
Это в первую очередь экология (наша страна слишком подвержена самым разным природным катаклизмам), космические исследования, искусственный интеллект и дисциплины, связанные с охраной и безопасностью… ну, вы понимаете, это связано с ростом преступности. И, конечно же, геология и горнодобывающая отрасль.
Мы, ученые Чили, много работаем, чтобы оправдать это доверие. Государство может на нас положиться.
