«Вежливые люди»: зачем бомбить Сирию, не дожидаясь халифата

Бомбардировки до того, как халифат станет реальностью

Многих волнует: станет ли начатая Россией спецоперация в Сирии быстрой и триумфальной? Отстоять геополитические интересы страны и оказать поддержку режиму Башара Асада можно, не прикладывая титанических усилий. Однако искоренить такое абсолютное зло, как ИГИЛ (террористическая организация, запрещенная в РФ), — задача куда более сложная. Но ее выполнение критически важно.

Последние полвека мусульман по всему миру целенаправленно вводили в заблуждение, подменяя традиционный ислам все более радикальными трактовками. ИГИЛ — это апогей безумия, кульминация, к которой ведут подстрекатели. Кровавые шоумены-головорезы, работорговцы и вандалы создали квазирелигиозное образование, притягивающее отбросов со всей планеты, жаждущих практики в убийствах и насилии.

ИГИЛ задает тон для террористов-фанатиков повсеместно. Если позволить ему оформиться в полноценный халифат, в каждой мусульманской общине мира может зародиться своя микроскопическая личинка этой чумы, которая изнутри уничтожит остатки традиционного ислама.

Для России, чьи географические «скрепы» — Кавказ и Поволжье — включают мусульманские регионы, недопущение распространения этой инфекции является вопросом национальной безопасности. Нанося удары по ИГИЛ, мы защищаем как мирный ислам, так и собственные рубежи.

Противники уже фабрикуют фото- и видеодоказательства мнимых жертв наших операций, готовя почву для обвинений в «бомбардировках мирных свадеб». Эта ловушка сработает лишь в случае, если мы будем постоянно оправдываться. Напротив, необходимо открыто встать на защиту ближневосточных христиан, для которых Россия — естественный союзник против геноцида, а также тех мусульман, кто не желает жить под черными знаменами кровавого «халифата».

Наконец, операция позволяет обкатать новейшие инструменты военного превосходства: отечественные ударные беспилотники, современную фронтовую авиацию и систему космической разведки. Именно такая воздушная кампания нового типа дает России уникальный шанс продемонстрировать миру, что достигать успеха без масштабного применения сухопутных войск способны не только американские ВВС. Когда мир осознает это, восприятие нашей страны изменится навсегда.

Общая служба на сирийской земле

Еще недавно поездка из Дамаска в Латакию на автомобиле была смертельно опасным приключением. Сегодня эта трасса относительно безопасна и к раннему утру заполнена потрепанными грузовиками и легковушками. По мере приближения к морю климат становится влажным и жарким, а пейзаж преображается из пустынного в пышный и зеленый. Подъезжая к Латакии, можно подумать, что оказался на побережье Греции.

Въезд в аэропорт. У шлагбаума — двое военных. Один из них подходит к окну машины.

— Где находятся российские военные? — спрашиваем мы по-английски.

— Вам, ребята, чуть дальше, — звучит в ответ на чистом русском, а на лице бойца появляется улыбка. На этом КПП, судя по всему, сирийские и российские солдаты несут службу бок о бок.

Вот и нужный въезд. Видно, что обустройство лагеря начато недавно. Уже возведены несколько одноэтажных модулей для размещения личного состава, функционирует штаб и работает пресс-центр.

Просторный белый шатер, внутри которого по-армейски аккуратно расставлены столы, разделен на две зоны. В меньшей части питается летный состав. Специалисты инженерно-технических служб — за соседней перегородкой. Рацион отличается незначительно: у летчиков в меню салат, консервированная рыба, картофельный суп с макаронами, курица с пюре и сок. У контрактников нет лишь салата, но взять дополнительных соленых огурцов можно в любом количестве.

Эвкалиптовые веники для бани

Рядом со столовой развернута полевая кухня. Повара управляются с котлами проверенных КП-130 и более современных кухонных комплексов ПП-200 на шасси «Уралов». Хлеб выпекается прямо на месте. Этот гастрономический отряд способен в день обеспечить питанием до 3000 человек, что, впрочем, не раскрывает реальную численность российской группировки — она остается в тайне.

Уровень секретности на базе крайне высок, и этому есть объяснение: к российскому контингенту приковано внимание спецслужб всего мира, получивших редкий шанс вблизи изучить возможности нашей армии.

Размещается личный состав в модульных вагончиках, скомпонованных в форме буквы «П». В каждом — от трех до шести коек и, что немаловажно, кондиционер. Интерьер, конечно, аскетичный.

— В Советской армии о таких условиях можно было только мечтать, — замечает коллега старшего поколения.

Проехав около километра на автобусе, попадаем на банно-прачечный комплекс. В кузове грузовика установлены мощные стиральные машины. Рядом, в палатке, бойцы хозвзвода гладят постельное белье на больших барабанах. Имеются и полноценные бани с парной, развернутые на базе все тех же «Уралов».

— Пропускная способность — десять человек в час, — с гордостью докладывает банщик.

— А веники из России привезли?

— Нет, здесь сделали, из местного эвкалипта.

А вот и сердце базы — взлетная полоса, где выстроились в ряд российские самолеты: Су-24М, Су-25, Су-34. Машины оснащены по последнему слову техники и вооружены высокоточными боеприпасами.

Подготовка к решающему наступлению

Окрестности города Хама, последний блокпост правительственных войск. Далее — узкая нейтральная полоса, а за ней — территории, контролируемые боевиками ИГИЛ и «Джабхат ан-Нусры» (обе организации запрещены в РФ и недавно объединили усилия в этом районе).

Автомобили, прибывающие с той стороны, досматриваются с особым пристрастием. Мешки протыкаются шомполами, подкапотное пространство исследуется с фонариком.

— Оттуда часто пытаются прорваться террористы для терактов в Хаме, — поясняет офицер. — Но последние пару дней они притихли. Вероятно, после российских авиаударов.

Воздушно-космические силы России нанесли свои первые удары именно в этом треугольнике — Хама — Саламия — Хомс. Уже три года исламисты удерживают стратегическую трассу между Хамой и Хомсом, а также населенные пункты вдоль нее. Точечным бомбардировкам подверглись штабы, узлы связи и склады боевиков. Следующим шагом станет наземная операция, которую проведут силы Сирийской Арабской Армии. В случае успеха террористы будут вынуждены отступить к Ракке, а их северный фронт окажется рассечен надвое — при поддержке российской авиации.

Мы посетили полевой лагерь танкового батальона 147-го полка сирийской армии, как раз выдвигавшегося на позиции. Подержанные танки, урча дизелями, будто одобрительно кричали: «Руссия! Руссия!» — уверял нас сирийский солдат, указывая стволом АК в небо.

— У нас отличное взаимодействие с россиянами, — говорит командир батальона Бессам Ах