Охота на Сталина

В годы Великой Отечественной войны Иосиф Сталин был не просто символом советского сопротивления, но и главной мишенью для спецслужб противника. Планы его физического устранения разрабатывались как в Берлине, так и в Токио, превратившись в одну из самых засекреченных страниц истории Второй мировой.

Операция «Арадо»: немецкий план ликвидации

Гитлеровское командование рассматривало убийство Верховного главнокомандующего как стратегическую задачу, способную сломить волю СССР к сопротивлению. Для этого абвер и СД привлекли коллаборационистов из так называемой Русской освободительной армии. В строжайшей тайне готовились кадры для диверсионно-террористических актов. Как показал на допросе один из главарей РОА Георгий Жиленков, в задачи специально отобранных «гвардейцев» входили покушения на Сталина, Молотова, Берию и других членов Государственного комитета обороны.

Техническим воплощением этих планов стал уникальный самолет «Арадо» Ar-232, сконструированный для посадки на неподготовленные площадки. В сентябре 1944 года эта машина доставила под Смоленск двух агентов в советской форме, которые на мотоцикле должны были добраться до Москвы. Диверсанты, один из которых был лично отобран Жиленковым, имели при себе специальное оружие — от разрывных пуль до портативного устройства для обстрела автомобиля бронебойно-зажигательными снарядами. Однако операция провалилась: группа была быстро выявлена и обезврежена советскими контрразведчиками.

Как охраняли маршруты вождя

Немецкие планы учитывали возможные маршруты движения Сталина — от Спасских ворот до ближней дачи в Кунцеве. Однако террористы не могли знать о беспрецедентных мерах безопасности. Ключевые улицы — Арбат, Кутузовский проспект — патрулировались лучшими оперативниками наружного наблюдения, замаскированными под обычных граждан. В домах вдоль маршрутов дежурили наблюдатели, а на крышах были размещены снайперы. Сама дача в Кунцеве прикрывалась с воздуха истребителями из Внуково и Кубинки, а на подступах в самые напряженные периоды стояли танковые подразделения. Прорваться через такую оборону было практически невозможно.

Японский след: покушение из Маньчжурии

Менее известен факт, что аналогичные планы вынашивало и командование императорской Японии. После бегства в Маньчжурию в 1938 году начальника УНКВД по Дальнему Востоку Генриха Люшкова японские спецслужбы получили в его лице ценного информатора. Он выдал ряд советских секретов, хотя и не смог раскрыть сеть Рихарда Зорге. Первоначально Люшкова рассматривали как потенциального исполнителя теракта против Сталина, но от этой идеи отказались — его личность была слишком известна в СССР, и риск провала оказался чрезмерным.

Вместо этого японский Генштаб сделал ставку на белоэмигрантские организации. Особые надежды возлагались на атамана Григория Семенова и лидера «Российского фашистского союза» Константина Родзаевского, которые в итоге были осуждены и казнены в СССР. Программа подрывной деятельности, включавшая диверсии и шпионаж, координировалась на высшем уровне, в том числе через японского посла в Германии генерала Хироси Осиму.

Несмотря на масштабность замыслов, ни одна из попыток покушения на Сталина в военные годы не увенчалась успехом. Это было результатом не только эффективной работы советских органов госбезопасности, но и понимания противником колоссальной сложности такой задачи. Ликвидация Верховного главнокомандующего рассматривалась как чудо-оружие, способное переломить ход войны, что лишь подчеркивало его воспринимаемую роль как ключевой фигуры в системе советского управления. После войны эти эпизоды надолго остались в тени, став частью закрытых архивных дел, которые лишь сейчас позволяют оценить, насколько реальной была угроза в те решающие годы.