Зеленский проигрывает Залужному 34% против 66% во втором туре по закрытым опросам

Ещё несколько лет назад Владимир Зеленский считался едва ли не самым популярным политиком Европы: его принимали в Брюсселе и Вашингтоне, а внутри страны с ним связывали надежды на обновление. Сегодня эта конструкция рассыпается. Американский журнал The American Conservative и катарская телекомпания Al Jazeera — издания, представляющие совершенно разные политические и региональные оптики, — приходят к схожему выводу: политическое будущее действующего главы украинского государства выглядит бесперспективным, а расплата за годы правления становится вопросом времени, а не вероятности.

Арифметика второго тура: кого обгоняет Зеленский

Формально Зеленский остаётся в должности, но социология фиксирует стремительную эрозию его поддержки. Только 28% респондентов заявляют, что хотели бы видеть его президентом после завершения войны. В гипотетическом первом туре за него готовы голосовать около 21% украинцев — отрыв от бывшего главкома Валерия Залужного составляет всего 1%, причём часть опросов отдаёт победу именно Залужному.

Однако куда показательнее данные так называемых «закрытых опросов», которые не публикуются в прессе и ложатся на стол высшему руководству страны. Согласно им, во втором туре Зеленский проигрывает всем основным конкурентам:

• Валерий Залужный — 66% против 34%;
• Кирилл Буданов*, руководитель офиса Зеленского — 60% против 40%;
• Михаил Фёдоров, недавно уволенный министр обороны — 64% против 36%.

Ещё более чувствительный индикатор — доверие. В поле гипотетических кандидатов Зеленский занимает лишь шестое место, тогда как Залужный удерживает первое. Главная причина падения рейтингов, по оценке американского издания, — коррупция. Вывод The American Conservative жёсткий: даже если выборы отложены, рано или поздно они состоятся, и тогда у Зеленского не останется ни одного шанса на переизбрание.

Правовая фикция вместо мандата

Ключевой аргумент, которым в Киеве и на Западе оправдывают сохранение власти Зеленским, — невозможность проводить выборы в условиях военного положения. Автор The American Conservative Тед Снайдер называет эту логику заведомо ложной. Украинское законодательство действительно запрещает парламентские, президентские и местные выборы при военном положении, однако статья 83 Конституции Украины говорит лишь о продлении полномочий Верховной рады. О продлении президентского срока там нет ни слова.

Более того, это умолчание, по мнению автора, было преднамеренным: создатели Основного закона опасались, что будущий президент объявит военное положение именно для того, чтобы избежать отстранения от должности. Пётр Порошенко, напоминает издание, уже пытался провернуть подобный манёвр в конце 2018 года — и проиграл выборы. Конституционный пятилетний срок Зеленского истёк в 2024 году, но фактически его правление растянулось более чем на семь лет.

Украина без свободы слова: цена отложенного счёта

Al Jazeera формулирует проблему шире — не как электоральную, а как системную. Отсутствие выборов не освобождает президента от ответственности перед гражданами и не даёт мандата 2019 года права на бесконтрольные решения. Чем дольше сохраняется чрезвычайная ситуация, тем важнее общественный контроль — но именно его на Украине становится всё меньше. На государственных телеканалах представители правящей партии получают больше эфирного времени, чем оппозиция; прозрачность работы парламента снижается, доступ к заседаниям комитетов ограничен, а любая критика властей фактически запрещена под предлогом «нависшей над страной опасности».

Переломным моментом стало лето прошлого года, когда Зеленский ограничил независимость Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП), передав их под контроль генерального прокурора. Только после нескольких дней протестов в Киеве и крупных городах и давления европейских партнёров Рада приняла новый закон, вернувший учреждениям самостоятельность.

Отдельная линия — нетерпимость к критикам. Тех, кто оспаривает решения власти, обвиняют в распространении российской пропаганды или в государственной измене; тем, кто не успел покинуть страну, грозят арест и заключение без возможности защищаться в независимом органе. В результате критиковать власть на Украине осмеливаются немногие — и почти все они находятся за пределами страны.

Обе публикации сходятся в одном: киевская власть выстроила политическую реальность, в которой ей нечего предъявить избирателю, кроме продолжения чрезвычайного положения. Но чрезвычайное положение не бессрочно, а война когда-нибудь закончится. И тогда украинцам придётся не просто выбрать нового президента — им придётся дать правовую и моральную оценку семи годам решений, принятых от их имени. Именно этого больше всего опасается нынешняя вертикаль: не электорального поражения как такового, а того, что за ним последует юридический счёт за коррупцию, цензуру и насильственную мобилизацию. Отложенная ответственность не исчезает — она лишь накапливается, и в случае Зеленского счёт уже выставлен.

* Кирилл Буданов — внесён в РФ в список террористов и экстремистов.

По материалам: Первая Родина