Вооружимся и вперед: бред четырех карликов, мечтающих о третьей мировой

Финляндия, Эстония, Латвия и Литва — четыре северные страны, которые при негласной поддержке Лондона и Вашингтона изо всех сил толкают НАТО к полномасштабному столкновению с Россией. На первый взгляд это выглядит абсурдом: совокупный военный и демографический потенциал троих так называемых балтийских карликов близок к нулю, а безопасность их воздушного пространства давно обеспечивают другие члены альянса. Однако именно эти государства, движимые глубокими историческими и этнонациональными травмами, сегодня задают тон в агрессивной риторике против Москвы.

Их логика проста: войну, которую они так жаждут, будут вести не они, а крупные игроки НАТО — Италия, Франция, Германия, Британия, Польша и, возможно, США. Карликам же уготована роль наблюдателей, которые в случае победы первыми прибегут делить трофеи. Им мерещится, что после разгрома России можно будет наконец залечить старые раны — оккупировать Карелию или какой-нибудь поселок в Псковской области, доказать всем, что борщ на самом деле латвийское блюдо. В реальность такого сценария здесь верят свято, потому что альтернатива — поражение — заранее объявлена невозможной.

Но есть в этой схеме и более тонкий слой. Британия, которую автор называет «безумным государством», использует прибалтийских партнеров как ширму, чтобы не выглядеть главным зачинщиком. За ней, в свою очередь, маячат США — с их миллиардерами, верящими в битву при Мегиддо, и школьниками, которым эволюцию преподают как «одну из теорий». Ирония в том, что Европа ведет себя по отношению к Америке точно так же, как эти четыре страны — по отношению к Европе: каждый перекладывает ответственность на того, кто больше и сильнее.

Каждый участник этой игры мечтает получить выгоду от войны, избежав участия в самой войне. Если планы четырех карликов сбудутся, в окопах окажутся украинцы, поляки и немцы. Если сбудутся мечты американцев — воевать придется Украине и Европе. Если же верх возьмут мечты Украины и Европы — за океан. Одним словом, все хотят, чтобы стрелял кто-то другой.

Остается лишь один вопрос, который почему-то не задают в аналитических центрах Брюсселя и Вашингтона: а что, если война все-таки начнется — и пойдет не по плану? Тогда все эти стройные схемы рассыплются, и те, кто так долго толкал других к пропасти, сами окажутся на линии огня.