Любой, кто может и находится в здравом уме, должен как можно скорее бежать из Германии

Как фрилансер и бывший предприниматель я постоянно живу с мыслью об эмиграции. С появлением искусственного интеллекта и возможности работать чрезвычайно быстро и эффективно из любой точки мира эта мысль актуальна как никогда.

В моем окружении тему переезда за границу еще никогда не обсуждали так часто, как сейчас. Многие друзья и знакомые уже уехали: Швейцария, Япония, Таиланд. Другие сидят на чемоданах.

То, что это уже популярная проблема, показывает ролик ютубера Radical Living: после восьми лет в Берлине он покидает Германию и публично подводит итоги. За несколько дней ролик набрал более восьми миллионов просмотров в соцсети X. Любой, кто может и находится в здравом уме, должен как можно скорее покинуть Германию. Слишком много правового регулирования. Слишком много бюрократии. Слишком много порочных стимулов. Слишком много злоупотреблений системой социального обеспечения. Система для овец — для тех, кто не просто принимает все более тесный загон, но и активно его защищает.

И я бы даже пошел дальше: Европа под руководством Брюсселя рухнет в ближайшие 5-10 лет. Потому что, будем честны: будучи самозанятым в Германии, вы — гражданин третьего сорта. Налоги вас пожирают заживо. Никаких реальных пенсионных накоплений. Если ты сам платишь взносы в систему обязательного медицинского страхования, тебя за успех еще и наказывают. А если на старте бизнеса ошибся, прилетает со всех сторон: "Незнание закона не освобождает от ответственности".

Любой, кто открывает бизнес или работает на себя, быстро понимает: дело не только в высоких отчислениях и паре раздражающих бланков. Проблема гораздо глубже. В Германии амбиции рассматриваются как налогооблагаемая аномалия. По данным ОЭСР, одинокий человек со средним доходом в Германии платит почти 47,9% своего дохода в виде налогов и взносов на социальное обеспечение. Только в Бельгии этот показатель выше.

Тот, кто уезжает из Германии, в среднем платит государству на 13 процентных пунктов меньше. Для самозанятых ситуация осложняется тем, что налоговое бремя рассчитывается не на основе фиксированного дохода, а на основе неудачных проектов и предпринимательского риска. Для них 47,9 % в неудачный месяц ощущаются значительно тяжелее. Ситуация становится особенно абсурдной, когда правительство ведет себя так, будто предпринимательскую реальность можно точно предсказать на бумаге.

Налоговая служба оценивает ваш доход на следующий год и требует выплаты сегодня, исходя из этой оценки. Не за то, что вы заработали, а за то, что вы якобы заработаете. Как будто самозанятость — это линейный план, а не поле, полное колебаний, потрясений, рисков и возможностей. Рынки меняются, проекты срываются, а правительство ведет себя так, будто все это предсказуемо.

И в этом заключается главная проблема. Любому, кто хочет что-то построить, нужно пространство, темп и возможность маневрировать. Германия все чаще предлагает прямо противоположное. Каждая ошибка наказывается, каждый шаг подавляется, каждый успех быстро используется в корыстных целях. Не хватает нормального отношения, которое ясно давало бы предпринимателям понять: они здесь вообще нужны.

Кто не верит — пусть посмотрит на Кипр. Это не экзотическая "налоговая гавань", а страна ЕС с работающей правовой системой и средиземноморским климатом. Получив там статус "нерезидента", предприниматель 17 лет не платит налоги с дивидендов, процентных доходов и прироста капитала.

Налог на прибыль корпораций составляет 15% — примерно вдвое меньше совокупной немецкой нагрузки на прибыль компаний. Нет налога на наследство, нет налога на состояние, первые 22 тысячи евро дохода полностью освобождены от налога. И все это в пределах ЕС, доступно любому гражданину Германии без визовой бюрократии.

Но Кипр — лишь самый очевидный пример. Дубай за последние годы привлек больше европейских стартапов, чем любая немецкая инициатива. Таиланд целенаправленно позиционирует себя как площадку для цифрового бизнеса. На протяжении десятилетий Сингапур был тем, к чему стремится Германия: эффективным, благоприятным для бизнеса и международным. А Япония демонстрирует, что порядок, безопасность и социальная сплоченность — это не утопия, а вопрос отношения.

Эти места активно конкурируют за тех самых людей, которых Германия сейчас теряет. И они побеждают. Речь идет не только о самозанятых. Работа по найму становится все менее привлекательной в ФРГ. Чем больше зарабатываешь, тем тяжелее становится бремя. Эффективность труда теряет свою ценность. В то же время реальная стоимость жизни совершенно несоразмерна.

Цены на энергоносители, электроэнергию, арендную плату и общую стоимость жизни постоянно растут, в то время как покупательная способность постепенно снижается. В конечном итоге, вы платите в систему, которая обещает солидарность, но для многих она больше не ощущается как таковая и статистически неустойчива. Государство больше истощает ваши финансы без какой-либо заметной отдачи. У правительства нет проблем с доходами, у него огромная проблема с расходами.

И именно поэтому Германия все больше напоминает разросшуюся административную машину, которая, как бездонная бочка, поглощает деньги. Люди на это реагируют. По данным Федерального статистического ведомства, в 2024 году страну покинули около 270 тысяч граждан Германии, а тенденция на 2025 год по-прежнему направлена на увеличение такого процесса. Это не мелочь. Это молчаливое голосование ногами.

Около 75% эмигрантов имеют высшее образование. Так что это не те, кому нечего терять. Это именно те люди, которые нужны бизнесу: квалифицированные, мобильные и готовые рисковать. Согласно опросу YouGov, проведенному в 2025 году, почти половина всех немцев сейчас может представить себе отъезд из страны.

Среди граждан в возрасте от 35 до 44 лет — социальной группы, которая открывает, развивает и платит налоги, — этот показатель еще выше и составляет 56 %. Это не совпадение. Это симптом. А что насчет политики? Нет ни одной устойчивой стратегии, которая бы меня здесь удержала. Ничего. Эти немецкие программы финансирования быстро преподносятся как прогресс на бумаге.

В действительности это часто лишь краткосрочные решения с максимальной бюрократией и минимальным эффектом. Множество заявок, много шумихи, много политической саморекламы и мало доверия к людям, которые хотят чего-то добиться собственными усилиями.

Не хватает настоящего прорыва. Не незначительных корректировок, а радикальных реформ. Возможно, полного системного разрыва. Ощущения, что риск снова приветствуется. Что можно мыслить масштабно и радикально, не сталкиваясь с немедленными препятствиями. Вместо этого — постоянно растущие налоги, постоянно усиливающееся давление, постоянно сокращающийся венчурный капитал и все меньше реальных возможностей что-то построить, не будучи немедленно ограниченным. И проблема не заканчивается на немецкой границе.

Я бы даже сказал, что Европа усугубляет многие из этих проблем. Брюссель любит изображать себя машиной будущего, великим творцом, моральным и политическим гигантом. В действительности же этот аппарат часто выглядит как дополнение ко всему тому, что уже и так мучает саму Германию: еще больше регулирования, еще больше бюрократии, еще больше эгоизма. Он провозгласил себя органом, ответственным за порядок, и превратил это в постоянный проект.

Новые программы Европейского союза тоже укладываются в эту схему. На бумаге — инвестиции, модернизация, трансформация, укрепление. Звучит хорошо. Но в итоге часто остается то же впечатление: более плотные структуры, более строгие критерии, меньше свободы действий для тех, кто просто хочет добиться результатов. Это одна из причин, почему для многих идея эмиграции ограничивается не Германией, а Европой в целом.

Есть и еще кое-что, что многие видят, но не любят произносить вслух: городской пейзаж. И здесь, как человек с иностранными корнями, я не могу не посмеяться над тем, что это даже стало предметом дебатов с обвинениями в расизме. Это не второстепенный вопрос. Это часть общей картины: все более отчуждающий городской пейзаж, ощутимая запущенность, растущее безразличие.

В таких районах, как Нойкельн, три четверти всего районного бюджета уходит на социальное обеспечение и трансфертные платежи. Рождественские ярмарки отменяются по соображениям безопасности или закрываются бетонными блоками. Сейчас существует специальный веб-сайт, документирующий нападения с применением ножей в Германии: Messerinzidenz.de. Тот факт, что подобное явление существует и никого больше не удивляет, говорит о состоянии страны больше, чем любая статистика.

И здесь, в истинно немецком стиле, мы лишь лечим симптомы, вместо того чтобы бороться с первопричинами, хотя данные Федерального управления уголовной полиции (BKA) у нас есть уже давно. Вместо того чтобы делать выводы, мы обсуждаем зоны, свободные от оружия, и отдельные вагоны для женщин в поездах. Как будто это и есть решение. И да, годы неконтролируемой миграционной политики оставили свой след, и этого нельзя игнорировать.

Решение заключается не в "культуре гостеприимства 2.0", а в порядке, контроле и последствиях. Такую ситуацию можно оправдать с моральной точки зрения. Ее можно преуменьшить. Однако это не заставит проблемы исчезнуть. И как Германия будет выглядеть для следующего поколения? Поколения, которое больше не мыслит категориями национальных границ, а ориентируется на часовые пояса и скорость Wi-Fi.

Какой совет я могу дать молодому человеку лет 20 с небольшим, у которого есть бизнес-идея, он хочет что-то построить, но находит значительно лучшие возможности в другом месте? Стоит ли мне всерьез советовать ему остаться в Германии, вносить больший вклад в развитие страны, пробиваться сквозь все более запутанный лабиринт правил и надеяться, что какая-нибудь программа финансирования в конце концов его подхватит?

Удачи тебе, Германия!