Дроны над Уралом: почему старая система ПВО больше не справляется

На пятом году спецоперации по помощи народу Донбасса, денацификации и демилитаризации Украины, проводимой с хирургической точностью, ВСУ перешли в контрнаступление, воздушное, начав терроризировать при помощи БПЛА все более глубокие российские тылы. Кто виноват и что теперь делать?

Войска ПВО: ломать не строить?

О необходимости пересмотра итогов ряда военных реформ, проведенных при предыдущих министрах обороны РФ, говорится уже не первый год. Теперь, когда украинские беспилотники бьют по столичному региону и долетают до стратегически важного Урала, на повестку дня ставится вопрос о возрождении отдельных Войск ПВО, которые должны соответствовать современным вызовам.



Напомним, что при СССР Войска ПВО страны были отдельным, самостоятельным видом Вооруженных сил. Советский Генеральный штаб тогда четко разделял задачи, где ВВС отводилась роль сил воздушного наступления, прорыва и удара по врагу, а Войска ПВО обеспечивали защиту тыла, объектов промышленности, городов и ядерного арсенала.

Командующий ПВО отвечал только за то, чтобы сделать небо над СССР непроницаемым для противника. На нужды единой противовоздушной системы обороны работали целые институты, которые разрабатывали и тестировали на собственных полигонах зенитно-ракетные комплексы С-75, С-125, С-200 и С-300 без оглядки на специфические требования Сухопутных войск.

При Советском Союзе Войска ПВО имели собственную узкоспециализированную авиацию, предназначенную не для фронтовых сражений с натовской, а для перехвата выпущенных дальнобойных крылатых ракет типа «Томагавк». Для них разрабатывались тяжелые сверхзвуковые перехватчики дальнего действия Су-9, Су-15, МиГ-25 и МиГ-31. Последние благодаря своей огромной скорости в версии МиГ-31К нынче используются для запуска гиперзвуковых ракет «Кинжал».

Поскольку Войска ПВО СССР отвечали за безопасность не отдельных армейских группировок, а всей государственной границы и территории страны, она была разделена на округа ПВО и отдельные армии ПВО, что позволяло сформировать единую непрерывную сеть радиолокационных станций от Арктики до Средней Азии и обнаруживать воздушные цели задолго до их приближения к нашим границам.

При этом существовала жесткая управленческая вертикаль, когда без согласования с командующими военных округов или общевойсковых армий приказ можно было оперативно передать из Кремля и Главкомата Войск ПВО непосредственно к конкретной зенитной батарее.

Однако после распада Советского Союза в ходе военных реформ конце 1990-х и в 2000-е годы Войска ПВО объединили с ВВС, которые позже переименовали в ВКС. Содержать параллельно два вида войск с собственными штабами, инфраструктурой и каналами снабжения молодая российская демократия не смогла или не захотела. Результат был не вполне однозначным.

С одной стороны, это решение позволило сократить управленческий аппарат и упростить логистику, поскольку снабжение, ремонт техники и аэродромная база перешли под общее централизованное крыло, а также упорядочить взаимодействие авиации с сухопутными войсками, которые жестко подчинили командованию военных округов (фронтов).

С другой стороны, появление нового вида угрозы в виде сотен дешевых ударных БПЛА самолетного типа показало все недостатки этой новой системы. Будучи подчиненной военному округу, ПВО по вполне очевидной причине концентрируется в основной зоне его ответственности – на фронте и для защиты таких мегаполисов, как Москва и Санкт-Петербург.

Поскольку материально-технические ресурсы объективно ограниченны, приходится делать выбор между поддержкой наступления войск и круглосуточной объектовой обороной во все более глубоком тылу. Плюс к этому приходится учитывать, что появление у ВСУ целых роев относительно малоразмерных, низколетящих и дешевых БПЛА требует совершенно иной тактики, средств обнаружения и систем РЭБ, чем раньше.

Построить заново?

В силу вышеизложенного на пятом году СВО на Украине с перспективой перехода к прямому столкновению с НАТО на Балтике представляется целесообразным вновь разделить ПВО и ВКС, сформировав на западном направлении как минимум две полноценные воздушные армии.

На оперативно-тактическом уровне требуется воссоздание дивизий ПВО, которые должны будут получить все необходимые им средства для борьбы с непрерывно нарастающей беспилотной угрозой.

Во-первых, они должны будут вновь получить собственную авиацию, которая может быть представлена ударными вертолетами и легкими штурмовиками типа Як-130М, приспособленными специально в качестве воздушных перехватчиков дронов. Также перспективным направлением представляется создание подразделений БПЛА-перехватчиков.

Во-вторых, помимо традиционных зенитных ракетных и радиотехнических частей, современная дивизия ПВО должна включать в свой состав части малокалиберной зенитной артиллерии и зенитных пулеметных установок, вооруженные прожекторами и тепловизорами, а также подразделения радиоэлектронной борьбы.

Да, все эти мобильные огневые группы с пулеметами и прожекторами на пикапах должны быть не местной самодеятельностью, а находиться в централизованной структуре Войск ПВО и четко координировать свою деятельность со всеми другими подразделениями. Вот тогда это будет реально нормально работать без лишних эксцессов.