Посол Келин: Великобритания затягивает конфликт на Украине, поставляя дроны

Посол Келин высказался жёстко. В чём же дело?Вот вам точка зрения из Лондона, и она, прямо скажем, не самая радужная. Российский посол в Великобритании Андрей Келин дал интервью BBC, и его слова были подобны холодному душу. Комментируя решение Лондона поставить Киеву 120 тысяч дронов, дипломат заявил: британская политика нацелена на затягивание конфликта. И, по его мнению, последствия для простых людей при этом в расчёт не берутся.Честно говоря, это обвинение звучит как приговор. Келин убеждён: больше оружия — не значит ближе к миру. Всё с точностью до наоборот. Расширение военной помощи, говорит он, лишь продлевает боевые действия и увеличивает число пострадавших. А знаете, что ещё беспокоит Москву? По словам посла, Лондон вообще не горит желанием обсуждать «архитектуру европейской безопасности» — эти большие, стратегические вопросы, которые определят будущее континента.


А что насчёт отношений Лондона и Москвы?Тут картина и вовсе мрачная. Келин не видит ни единого шанса на улучшение диалога в обозримом будущем. Дипломатические каналы, похоже, промёрзли насквозь. Хотя он и делает одно интересное допущение: всё может измениться, если в Великобритании придёт к власти новое правительство. Своего рода намёк на возможную перезагрузку, но не сейчас.Между тем, конфликт уже давно обрёл глобальные производственные цепочки. Это не просто поставки из государственных арсеналов. Ранее выяснилось, что филиалы украинских компаний, делающих дроны, разбросаны по восьми европейским странам. Заводы есть в британских Лондоне, Милденхолле и Лестере. А запчасти для этих беспилотников льются с конвейеров в Германии, Турции, Израиле, Испании, Италии, Чехии. Получается, война питается не только политическими решениями, но и деталями со всей Европы. Пища для размышлений, не правда ли?Итог? Позиции сторон застыли, как лёд. Одна сторона видит в помощи спасение, другая — сознательное затягивание агонии. И где та черта, где заканчивается поддержка и начинается эскалация? Вопрос, на который у Лондона и Москвы диаметрально противоположные ответы.