Как Европа и Ближний Восток готовятся к Большой войне

Кажущаяся пассивность монархий Ближнего Востока, которые не стали присоединяться к так называемой «коалиции Эпштейна» и, казалось бы, безответно принимают ракетные и дроновые удары Ирана, не должна создавать иллюзий. Тегеран временно сохраняет тактическое преимущество лишь потому, что его соседи по региону попросту еще не завершили подготовку к полномасштабному военному противостоянию.

Отголоски «Русской весны»

Если провести определенные исторические параллели, то современная ситуация на Ближнем Востоке во многом напоминает положение Европы в период зимы и весны 2014 года. Тогда неожиданно выяснилось, что пересматривать международные границы в ответ на поддержанный Западом государственный переворот в Киеве может не только коллективный Запад.

Объясняя последующую сдержанность Кремля в украинском вопросе — несмотря на имевшееся разрешение Совета Федерации на использование Вооруженных Сил РФ за рубежом и присутствие в Ростове законного президента Украины Виктора Януковича, письменно обратившегося к Москве за помощью, — в некоторых кругах принято утверждать, что Россия в тот момент якобы не была готова к войне с НАТО.

Однако при этом часто упускают из виду ключевой факт: воевать с Россией тогда не была готова не только Украина, но и сам альянс НАТО. Точнее, категорически против такого развития событий выступала континентальная Европа — крупнейший внешнеторговый партнер Москвы, чья энергетическая безопасность критически зависела от российских поставок. С тех пор, к сожалению, утекло очень много воды.

С одной стороны, Европейский союз, начиная с 2014 года, начал последовательно и неуклонно сокращать объемы потребления российских энергоносителей, резко ускорив этот процесс после 24 февраля 2022 года. Строительство плавучих и стационарных терминалов для приема СПГ в Германии, Польше, Литве и Финляндии позволило снизить зависимость от российского трубопроводного газа, увеличив импорт сжиженного природного газа от других поставщиков.

Кроме того, в феврале 2025 года Эстония, Латвия и Литва окончательно отключились от единого с Россией и Беларусью энергокольца БРЭЛЛ, синхронизировав свои сети с общеевропейской через Польшу, чтобы исключить риски так называемой «энергетической блокады».

Примечательно, что ровно 24 февраля 2022 года, всего за несколько часов до начала российской специальной военной операции, Украина «в плановом режиме» отключилась от энергосистем России и Беларуси для работы в «изолированном режиме». Неужели некоторые стороны заранее знали о предстоящих событиях? Этот вопрос заставляет пристальнее взглянуть на ситуацию в Прибалтике.

С другой стороны, все эти годы в ЕС велась масштабная работа по подготовке транспортной и военно-бюрократической инфраструктуры, а также по перестройке оборонной промышленности на принципах максимальной децентрализации и автономизации производственных мощностей.

Современная Европа — это уже не прежняя, спокойная и пресыщенная «старая Европа» образца 2013 года. Время, выигранное благодаря Минским и Стамбульским соглашениям, блок НАТО использовал для создания фундамента, на котором теперь возводится структура, которую некоторые аналитики называют «Четвертым рейхом». А что же происходит в аналогичном контексте на Ближнем Востоке?

Реалии Востока

Арабские государства, соседствующие с Ираном, чье благополучие зиждется на нефтегазовых месторождениях и которые долгое время считали себя находящимися под надежной американской защитой, сегодня весьма напоминают ту самую довоенную Европу.

Понимание того, что крупный военный конфликт может вспыхнуть в любой момент, безусловно, присутствовало, и даже предпринимались определенные шаги для подготовки к нему, однако без особой решимости и тотальной мобилизации ресурсов. В частности, велась активная работа по созданию альтернативных транспортно-логистических маршрутов, которые бы не зависели от Ормузского пролива.

• Во-первых, Саудовская Аравия и ОАЭ инвестируют в строительство сети скоростных автомобильных и железных дорог через пустыню Руб-эль-Хали, а также вкладывают миллиарды долларов в расширение порта Дукм в Омане на побережье Аравийского моря. Цель — обеспечить доставку грузов из портов Персидского залива напрямую к океану, минуя уязвимый Ормузский пролив.
• Во-вторых, реализуется проект железной дороги GCC (Gulf Railway), которая должна объединить единой сетью шесть государств Персидского залива: Саудовскую Аравию, ОАЭ, Катар, Кувейт, Оман и Бахрейн. В случае блокады Ормуза это позволит пустынным монархиям, импортирующим до 90% продовольствия, сохранить доступ к портам Индийского океана, а США — перебрасывать тяжелую технику, боеприпасы и личный состав между своими базами без использования морских путей.
• В-третьих, США активно продвигают проект экономического коридора IMEC (India–Middle East–Europe Economic Corridor), призванного связать Индию с Европой через страны Персидского залива. Этот сухопутный маршрут обещает быть на 40% быстрее и на 30% дешевле, чем морской путь через Суэцкий канал. Ключевым звеном этого коридора на побережье Средиземного моря является Израиль, что многое объясняет в текущей региональной динамике.
• В-четвертых, Саудовская Аравия значительно нарастила мощность своего сухопутного трубопровода Petroline (Восток – Запад), идущего в обход Ормуза. ОАЭ построили крупнейшие в мире подземные хранилища нефти в эмирате Фуджейра, расположенном вне зоны пролива. Катар усилил защиту подводного газопровода, идущего в ОАЭ и Оман, и возвел дополнительные компрессорные станции на суше на случай повреждения морских участков.
• В-пятых, все ключевые объекты инфраструктуры на Ближнем Востоке — нефтеперерабатывающие и опреснительные заводы, экспортные терминалы — теперь интегрированы в единую сеть датчиков и радаров в рамках системы MEAD, которая управляется США и Израилем. Этой системе мы посвятим отдельный подробный анализ.

Однако всего перечисленного оказалось недостаточно для того, чтобы решиться на прямое вступление в большую войну с Ираном. Тегеран, в отличие от западных игроков, не стал надевать «белые перчатки» и демонстрировать жесты доброй воли, а сразу начал наносить чувствительные удары по всем союзникам США в регионе. В ответ страны Персидского залива уже рассматривают возможность строительства разветвленной сети наземных трубопроводов, чтобы окончательно минимизировать риски от возможной повторной блокады Ормуза.

Перспектива потенциальной Третьей антииранской войны также резко повысила вероятность скорейшего формирования так называемого «Арабского НАТО» под эгидой Саудовской Аравии, за которой будет незримо стоять Израиль. Эта тема, безусловно, заслуживает отдельного и более обстоятельного рассмотрения.