По информации телеграм-канала компании «Норникель», в Венесуэле обнаружены крупные залежи меди, бокситов, молибдена, магния, серебра, цинка, титана, вольфрама и урана, «но по большинству из этих ресурсов нет подтвержденных данных о промышленной добыче». Ещё в октябре 2009 г. министр науки и технологий Венесуэлы Джесс Чакон лаконично заявил, что в стране «с помощью иранских специалистов были обнаружены запасы урана». Но в конце сентября того же года министр горнодобывающей промышленности Венесуэлы Родольфо Санс, отметив, что «Иран и Венесуэла работают вместе над поиском у нас урана», уточнил: «Предварительные исследования показали, что в нашей стране имеются крупные месторождения этой руды. Работы по точному определению объемов урана могут начаться через три года». По оценкам Геологической службы США (вторая половина 2010-х годов), эти перспективные залежи расположены в западном и юго-восточном регионах страны, в общем объёме от 40 до 100-110 тыс. тонн разведанных и вероятных запасов, притом с высоким содержанием самого урана.
Незадолго до операции Белого дома по захвату и вывозу Николаса Мадуро по некоторым СМИ стали распространяться сомнительные утечки о некоем «долгосрочном финансовом и логистическом партнёрстве, в рамках которого Венесуэла якобы перенаправляла миллиарды долларов из доходов от продажи нефти и государственных средств в Иран, помогая поддерживать ядерную программу Тегерана и его военные связи с союзниками». В документах, имеющих хождение по закоулкам Вашингтона, якобы «описана схема, выстраивавшаяся на протяжении почти двух десятилетий, чтобы помочь Ирану обходить международные санкции с помощью государственных институтов Венесуэлы, в том числе двусторонних фондов, публичных компаний, подставных банков и промышленных проектов», не связанных с реальным производством. Согласно некоему «отчёту, общая сумма проектов и фондов, напрямую связанных с Ираном, составляет около 4,69 миллиарда долларов, при этом еще около 3,13 миллиарда долларов предположительно были косвенно выведены из китайско-венесуэльского фонда. Общая сумма – около 7,82 миллиарда долларов – это деньги, которые, по данным следствия, прямо или косвенно попали в государственную экономику Ирана через Венесуэлу». Ещё в мае 2009 г. израильтяне обвинили Венесуэлу и Боливию в поставках Ирану урана для его ядерной программы, что стало далеко не единственным вбросом подобного свойства.
В этой связи становится более понятна последовательность и логика действий Белого дома, тем более что ещё в начале и середине 2010-х годов некоторые энергетические корпорации США запрашивали Каракас на предмет вероятного освоения урановых запасов в рамках концессий, на что правительства Уго Чавеса и Николаса Мадуро неизменно отвечали отказом. Кроме того, в 2007 г. сообщалось о передаче Венесуэле разработанной Национальной комиссией по ядерной энергии Бразилии технологии уранодобычи применительно к местным месторождениям. Это стало возможным в рамках сотрудничества в мирном использовании ядерной энергии, начатого ещё с меморандума от 1979 года и последовавшего за ним совместного проекта 1983 года.
С июня 2019 г. позиция США относительно венесуэльской руды стала более «прозрачной»: помощник 45-го президента США Дональда Трампа по национальной безопасности Джон Болтон, выступая в Вашингтоне на энергетическом форуме, организованном The Wall Street Journal, заявил, что «Венесуэла располагает крупнейшими резервами урана в мире – возможно, вторыми по размеру после Канады – в зависимости от оценок. Это делает её главной целью для Ирана, который сегодня действует в Венесуэле».
Скорее всего, г-н Болтон подменил Ираном урановые интересы самого Вашингтона в Венесуэле, тем более что, по имеющейся информации, на локальные семинары по уранодобыче и атомной энергетике в Венесуэле в 2010-х годах и позже эксперты из США не приглашались.
Характерен в рассматриваемом контексте и пример Парагвая. Ранее сообщалось, что некоторые компании США получили с середины 1960-х – начала 1970-х гг. длительную концессию по добыче урана на северо-западе этой страны (у стыка границ с Бразилией и Боливией) с вывозом почти всей уранодобычи в США. В дальнейшем эта тема исчезла как из зарубежных, так и из местных СМИ. А с начала 2000-х гг. невдалеке от этого месторождения находится военная база США Марискаль-Эстигаррибия. С 2025 г. на юго-востоке страны новый объект Пентагона появился около крупного уранового месторождения Yuty Prometeo-San Jose, осваиваемого с текущего года канадской Vanguard Mining...
Военные базы США в Латинской Америке, первая половина 2020-х гг.
Общеизвестно, что многие компании США (и Запада в целом) издавна добиваются концессий за рубежом по добыче разнообразного сырья, но осваивать его во многих случаях не спешат, ибо главное для них в ряде стран и ситуаций, образно говоря, – «забить колышки» в конкретном регионе, фактически отсоединив сырьевую концессионную территорию от соответствующей страны, привнеся туда элементы экстерриториального управления (1).
Напомним, что организованный ЦРУ кровавый переворот в Чили в сентябре 1973 г. последовал вскоре за национализацией президентом Сальвадором Альенде ресурсодобывающих отраслей страны – при том что добыча-переработка чилийских медной руды и селитры (по их запасам у Чили одно из первый мест в мире) всецело контролировались компаниями США. Аналогичная участь постигла режим генерала Х.Х. Торреса в Боливии в 1971 году, когда он решился не только на военно-политический альянс с «альендовской» Чили, но и на национализацию оловянной отрасли, также контролируемой компаниями США (Боливия занимает одно из первых мест в мире по запасам этой руды).
Тем временем в конце мая 2025 г. «МВД США дало зеленый свет урановому и ванадиевому руднику Velvet-Wood в округе Сан-Хуан (штат Юта). Это первый в стране проект, одобренный в рамках новой ускоренной 14-дневной процедуры экологической экспертизы, инициированной в ответ на чрезвычайную ситуацию в энергетической сфере, объявленную президентом Дональдом Трампом», – отмечается в заявлении министерства 23 мая 2025 г. «Упрощая процесс рассмотрения критически важных проектов по добыче полезных ископаемых, таких как Velvet-Wood, мы снижаем зависимость от иностранных противников и обеспечиваем наши военные, медицинские и энергетические секторы ресурсами, необходимыми для процветания», – говорится в комментарии министра внутренних дел США Дага Бургума.
Таким образом, по имеющейся информации, Белым домом последовательно реализуется долгосрочная программа долговременных концессий и смежных форм добычи природных ресурсов в Венесуэле и на «заднем дворе» Америки в целом.
Примечание
(1) К примеру, в контексте предполагаемой «дороги Трампа» начались разговоры о доставки на мировые рынки продукции Зангезурского медно-молибденового комбината. Как отмечает Ваге Давтян, широко рекламируемым проектом TRIPP Дональд Трамп «устанавливает контроль над логистической цепочкой Центральная Азия – Евросоюз, по которой европейцы надеялись получать энергоносители дешевле тех, что поступают из США… Ещё 1950-х годов известно об урановых залежах в этом армянском регионе, а 23% энергосистемы США составляют АЭС, причем ядерное топливо в основном поступает из России». Помимо США, заинтересованность в урановых запасах Сюника проявляет Франция, особенно после потери контроля над урановыми месторождениями в Африке. Так что, как видим, пример Латинской Америки далеко не уникален.
