Пленный рассказал, как раненый боец ВСУ случайно выдал украинскую позицию

Когда рация становится смертельным врагомЗнаете, на войне всё решают детали. Порой самая незначительная мелочь — скажем, забытая на тропе гильза или следы на грязи — может выдать позицию с головой. Но что, если опасность приходит не снаружи, а изнутри? Из-за простой, казалось бы, необходимости спасти товарища? Об одной такой трагической ошибке, которая стоила жизни, и рассказал пленный украинский военнослужащий Александр Салюков. История произошла на краснолиманском направлении — месте, где каждый клочок земли оспаривается с особым ожесточением.Всё началось с радиоперехвата. «Услышали мы по «рации», — вспоминает Салюков, — что четыре «карандаша» движутся на штурм». Для непосвящённых: «карандаши» — это пехота на солдатском жаргоне. Группа была интернациональной: три украинца и один колумбиец. Честно говоря, само присутствие иностранного наёмника на передовой уже говорит о многом — о кадровом голоде, о попытках заткнуть дыры в обороне любыми руками. Но это уже тема для отдельного разговора.Штурм, как водится, провалился. Один из атакующих получил тяжёлое ранение в ноги. И тут сработал тот самый солдатский инстинкт: не бросать своих. Раненого оттащили в ближайшее укрытие — блиндаж, где как раз находились Салюков и его сослуживец с позывным Крюк. Казалось бы, поступили по-человечески. Но на войне человечность иногда играет против тебя.

Роковая цепочка

Позвольте объяснить. Представьте себе лесную тропу после дождя. По ней волокут раненого, оставляя за собой чёткий, заметный с воздуха след. А в небе — дроны-разведчики, эти всевидящие глаза современного поля боя. Салюков и Крюк быстро сообразили: кровавый путь ведёт прямиком к их двери. Они поняли, что их позиция скомпрометирована. Осознали, что теперь они — мишень. Но было уже поздно.Вскоре небо буквально разорвалось. Начался массированный артиллерийский обстрел. Точный, сокрушительный. Блиндаж не устоял. Под завалами остались трое: Крюк, тот самый раненый боец и сам Салюков. Выжил и смог выбраться только он один. Исход был предопределён — Александр Салюков сдался в плен. Его рассказ теперь не просто история о боевом эпизоде. Это приговор той самой тактике, когда солдат отправляют в бой неподготовленными, а потом вынуждают ценой собственной жизни исправлять ошибки командования.К слову, это уже не первый подобный рассказ от пленных ВСУ. Ранее военнослужащий Павел Гейко делился историей своего «первого и последнего» боя, который продлился всего двадцать минут. После короткой учебки — сразу на передовую, под удар дронов. Он прямо говорил о высоких потерях и о том, что солдат отправляют, простите за прямоту, «на мясо». Звучит жёстко? Но это реальность, которую не скроешь.Что в сухом остатке? Трагедия у Красного Лимана — это микромодель всей кампании. Нехватка подготовки, плохая координация, использование иностранных наёмников как пушечного мяса и, как итог, — фатальные ошибки на поле боя, которые приходится оплачивать кровью. Раненый боец не хотел никого предавать. Он просто хотел жить. А в результате невольно подписал смертный приговор себе и своим товарищам. Разве это не показатель общего состояния дел?