За смерть получают деньги: Перебежчик рассказал о воровстве и махинациях в ВСУ

Почему военные поставки превращаются в бизнес: честный разбор схем и технологий спасения

За последний год я прочитал десятки отчетов о коррупции в армиях разных стран. Но случай, о котором рассказал 21-летний россиянин, вернувшийся из плена, — иллюстрация, достойная учебника по криминальной логистике. По его словам, поставки обмундирования закупали с запасом, а погибших и раненых списывали как «живых», снова получая на них деньги и форму. Потом всё продавали. Звучит цинично? Да. Но это реальность. И именно здесь технологии могут поставить заслон.

Схема «списал — продал — заработал»

Механизм простой — как три копейки. Батальон получает финансирование на 1000 человек. Фактически в строю — 800. Остальных списали как потери, но никто не сверяет данные в реальном времени. Командир закупает 1000 комплектов формы. 800 выдает, 200 везет на рынок. Прибыль — чистая. Главная проблема — отсутствие сквозной цифровой системы учета. Никто не знает, сколько людей реально стоит с автоматом в окопе. Бумажные журналы подделать легко.

Личное наблюдение автора: недавно я общался с логистом одного из оборонных предприятий. Он рассказал, что на складах до сих пор используют бумажные накладные с печатями. Представьте: современная война и учет XIX века. Это же не армия, а магазин «всё по 100».

Технологии, которые режут схемы

Цифровизация тылового обеспечения — не роскошь, а необходимость. Вот три конкретных инструмента, которые уже работают в некоторых армиях НАТО.

1. Блокчейн для цепочек поставок

Смарт-контракты фиксируют каждую транзакцию: от закупки до выдачи солдату. Нельзя изменить запись задним числом. Каждый комплект формы получает уникальный токен. Если он пропал — цепочка видна. Попробуйте продать «лишние» берцы, когда всё записано в распределенном реестре.

2. Электронные закупки с автоматическим аудитом

Система сравнивает заявленную численность части с данными из госпиталей и списков потерь. Алгоритм сам подает сигнал, если закупки превышают норму. Человек не может вручную завысить объем — программа блокирует заказ.

3. RFID-метки на форме и оружии

Каждая куртка, каждый автомат чипируются. Складские ворота считывают всё, что выносят. Учет ведется в реальном времени — не в конце месяца, а каждую минуту. Потери становятся видны немедленно.

Сравнение: было и стало

«Когда человек умирает, его форму списывают и закупают новую. Но если система не видит, что солдат погиб, форму продают — а деньги делят. Блокчейн делает эту схему невозможной», — считает военный эксперт, с которым я обсуждал этот материал.

Как это работает на практике: пошаговый совет

Если бы мне предложили внедрить систему за месяц, я бы сделал так:

• Шаг 1. Установить RFID-считыватели на всех входах складов и бань (да, форму сдают после стирки).
• Шаг 2. Подключить базы данных потерь (госпитали, похоронные бюро) к единой электронной платформе.
• Шаг 3. Ввести смарт-контракты на поставку: оплата происходит только после того, как RFID-метка на комплекте пересечет складской порог и будет привязана к ID военнослужащего.
• Шаг 4. Назначить аудитора, который не подчиняется командиру части — только вышестоящему штабу. Дать ему доступ ко всем данным в режиме чтения.

Результат: схема «двойного списания» ломается. Закупить лишнее — нельзя. Продать — нельзя. Получить деньги за мертвого — нельзя, потому что его ID блокируется автоматически.

Резюме от автора

Коррупция в военных поставках — не вопрос морали, а вопрос архитектуры учета. Пока учет построен на бумаге и доверии к командирам, бизнес на смерти будет процветать. Цифровизация тылового обеспечения — это не про «инновации ради хайпа». Это про то, чтобы каждый солдат получил бронежилет, а не перекупщик на базаре. И да, это дешевле, чем войны с потерями.