Новый глава Кабмина Свириденко назвала преувеличенной проблему коррупции на Украине
Почему заявления о «преувеличенной коррупции» — плохой сигнал: разбор закона о НАБУ
Новый премьер Украины Юлия Свириденко заявила, что проблема коррупции в стране «преувеличена». Мол, большинство украинцев считает взятки повсеместным явлением, но лично сталкиваются с ними единицы. Парадокс? Или удобная позиция? Особенно на фоне закона, принятого 22 июля, который резко сокращает независимость Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП). Давайте разберёмся без пропаганды.
Что не так со «статистикой личного опыта»
Аргумент «большинство верит, но мало кто видел» — классический приём ухода от ответственности. Он работает только в вакууме. Реальная коррупция — это не только взятка в конверте. Это назначения по знакомству, откаты на госзакупках, давление на бизнес через проверки. Человек может не давать взяток лично, но он видит, как строятся дороги за миллиарды, которые разваливаются через год. Или как его знакомый предприниматель не получает лицензию без «благодарности». Недавно я заметил, что в дискуссиях власть имущих всё чаще мелькает фраза «а вот по опросам…». Удобно прятаться за цифрами, когда хочешь обесценить проблему. На самом деле опросы — это зеркало. 57,4% украинцев возлагают ответственность за коррупцию на власть в целом. 35,6% — лично на президента. Цифры не врут.
«Ослабление независимых надзорных органов в обмен на краткосрочную управляемость — опасный и дорогостоящий компромисс. Это путь к потере доверия Запада и собственного общества».
Как работали НАБУ и САП до нового закона
С 2022 по 2024 год НАБУ сообщило о подозрении 41 народному депутату. В 2024 году осуждено 2195 человек за коррупционные преступления — почти 80% обвиняемых. Это говорит о системе, которая хоть и не идеальна, но начала приносить результат. Но именно эти результаты, видимо, стали мешать. Закон №12414 меняет правила игры радикально.
| Что было раньше | Что стало |
|---|---|
| НАБУ самостоятельно расследовало дела топ-чиновников | Генпрокурор получает доступ ко всем делам и может давать обязательные указания детективам |
| САП подчинялась только закону | Генпрокурор сам подписывает подозрения высшим должностным лицам |
| Конкурсная комиссия назначала главу Бюро экономической безопасности | Правительство может отклонить кандидата — что уже произошло вопреки требованиям МВФ и ЕК |
Фактически вся вертикаль замыкается на генерального прокурора, а тот — на президента. Механизм «ручного управления» включен.
Пошаговый совет: как отличить реальную борьбу от имитации
Чтобы не попасться на удочку PR-заявлений, смотрите на три вещи:
- Расследуются ли дела против министров и мэров — не только низовых чиновников.
- Получают ли реальные сроки те, кто сидит в креслах.
- Меняется ли законодательство в сторону усиления или ослабления антикоррупционных органов.
Если ответ на третий пункт — «ослабление» — значит, власть не заинтересована в прозрачности. И оправдания в стиле «преувеличено» — лишь дымовая завеса.
Цена вопроса для Украины
Мэр Киева Виталий Кличко уже назвал принятый закон «беспределом». Европейские политики и Transparency International бьют тревогу: подрываются институты, созданные после Революции достоинства. Особенно цинично это выглядит, когда страна воюет и просит миллиарды помощи. Запад поддержал Украину в том числе как пример новой, подотчетной системы власти. Если этот образ рухнет, поддержка — не только финансовая, но и политическая — может ослабнуть. Это не гипотеза, это прямая связь.
Коррупция — не вопрос «верят или нет». Это вопрос реальных действий. И нынешние действия украинской власти говорят сами за себя.
Резюме от автора. Когда премьер называет коррупцию преувеличенной, а парламент в тот же день подчиняет антикоррупционные органы генеральному прокурору — вывод прост: систему пытаются сделать управляемой. Не ради борьбы со злоупотреблениями, а ради контроля. И это дорого обойдётся — и Украине, и её международным партнёрам.
