Сделка по Украине уже реализуется?

«Всё чудесатее и чудесатее!», как говорила девочка Алиса, становятся мировые новости. Конечно, негативное отношение новоизбранного президента США к киевскому режиму и его главарю никогда не было особым секретом, но такой скандал между Вашингтоном и Киевом, как мы наблюдаем сейчас, пожалуй, даже месяц назад сложно было представить.

Все его нюансы приводить не буду, их слишком много, и читатель с ними наверняка знаком. Главное, Трамп заявил, что считает Байдена и Зеленского главными виновниками войны и что, по его мнению, «Россия подверглась нападению. Всё это продолжается много лет. Не было бы никаких причин, по которым он (президент РФ Владимир Путин. — Авт.) там хотел начать [СВО]… Россия бы стерла не 20 процентов, а 100 процентов Украины, если бы захотела, но это не является ее целью».

И т. д. и т. п, и всё это на фоне очевидного и (после телефонного разговора Владимира Путина и Дональда Трампа) публично демонстрируемого потепления российско-американских отношений.

Для понимания этих метаморфоз напомню, что сразу после оглашения итогов выборов в США «Альтернатива» отмечала: «Нет абсолютно никаких признаков и того, что он питает некие “метафизические”, чисто человеческие теплые чувства (которые бывают не чужды и крупным бизнесменам с политиками, влияя на принимаемые ими решения) к Украине, как раз всё говорит о прямо противоположном.

Поэтому он весьма охотно поступил бы с ней, как бизнесмен с убыточным и токсичным активом: попытался бы продать тому, кто в нём заинтересован (естественно, постаравшись получить за него как можно больше, торговаться он умеет, а чем сильнее контрагент заинтересован в сделке, тем выше и ставки), а если не выйдет — попросту закрыть и “списать с баланса”».

Впрочем, тогда же мы указывали, что «но политика всё-таки имеет от обычного бизнеса серьезные отличия. Любое решение в ней — равнодействующее нескольких разнонаправленных сил, и мастерство политика и заключается в том, чтобы найти правильную формулу баланса между ними».

А значит, преодолеть «сопротивление среды», сформировавшейся за годы и даже десятилетия антироссийских нарративов западного мейнстрима, а в последние годы и «культа Украины», ему будет чрезвычайно сложно, и «чья возьмет» на тот момент было трудно предсказать.

Сегодня же уже совершенно очевидно, что Трамп пошел на открытую и жесткую конфронтацию практически со всей правившей на Западе элитой как внутри США, так и за их пределами. Он пытается поломать навязывавшуюся ею человечеству повестку во всех её проявлениях. Причем речь действительно идет о попытке отстранения этой элиты от властных рычагов, и не только в США. Через своих полуофициальных спикеров Трамп открыто поддерживает идейно близкие ему ныне «маргинальные» политсилы в Великобритании, Германии и «далее везде».

На этом фоне Украина лишь один из фронтов этой глобальной схватки и вполне логично, что в её отношении Трамп никаких политесов соблюдать не собирается. Его же, как мы теперь понимаем, относительная сдержанность, которую мы наблюдали ещё несколько недель назад, была следствием того, что торг между ним и Москвой относительно «купли-продажи» Украины ещё продолжался на весьма конфиденциальном уровне.

Телефонный разговор Путина и Трампа, о котором было сообщено официально, резкий всплеск двусторонней дипломатической активности, очевидное потепление взаимной риторики и мощный «наезд» на Киев являются явным признаком того, что в общих чертах сделка по Украине согласована и, по сути, началась её реализация.

Впрочем, резкое ужесточение американской риторики в адрес Киева после разговора двух президентов, жесткое давление легко объясняется и тем, что изначальные предложения Трампа были восприняты в Москве весьма прохладно (впрочем, торг часто начинается с априори неприемлемых для сторон предложений, которые постепенно сближаются), и ему после занявшей определенное время «стадии торга» пришлось пойти на значительные уступки Москве.

Сразу скажу, «надежных источников» в Кремле у меня нет и всё сказанное ниже личностные оценки, сделанные на базе объективного анализа существующей ситуации. И конечно, ключевой вопрос: что Трамп запросил и что, вероятно, ему было обещано взамен Украины (сразу скажу, что последняя фраза отнюдь не означает, что договоренности предусматривают полную ликвидацию незалэжной, тут возможны разные варианты, в целом устраивающие Россию).

А то, что Трамп прежде всего не прочь получить от России взамен Украины, выглядит вполне очевидным: отдаление от Китая, который чётко обозначен как главный геополитический противник США на ближайшие десятилетия. И, что характерно, если бросить взгляд в ретроспективу, мы увидим, что весьма похожий движ имел место четыре года назад, когда Байден принимал дела у Трампа, а не наоборот.

«Альтернатива» тогда отмечала: «Ему действительно нужно, чтобы Россия занимала позицию хотя бы относительного нейтралитета (о большем, понятно, не может быть и речи). Контекст, в котором американский лидер напомнил, что “у России общая тысячекилометровая граница с Китаем, который также считает себя сверхдержавой”, вполне очевиден».

Сказано это было на итоговом выходе к прессе после российско-американского саммита на высшем уровне в Женеве, который прошел 16 июня 2021 года. Также Байден заявил, что «мы договорились заниматься дипломатией для выполнения Минских соглашений».

Владимир Путин тогда также отметил, что, «насколько я понял президента Байдена, он согласен с тем, что в основе урегулирования на востоке Украины должны лежать Минские соглашения». Тема вступления Украины в НАТО затрагивалась мазком: «Здесь, пожалуй, нечего обсуждать».

А 26 января 2022 г., за месяц до начала СВО, Сергей Лавров констатировал: «Западные кураторы украинского режима заверяли нас, в том числе американцы, кстати сказать, на встрече Путина с Байденом в июне в Женеве, что они добьются выполнения Киевом его обязательств по комплексу мер, который был в Минске в 2015 году подписан… Тогда все вопросы отпадут».

Нужно отметить, что в период между женевским саммитом и началом СВО за официальными заявлениями западных лидеров о «безоговорочной» поддержке Украины попытки Вашингтона убедить Зеленского проявить некий конструктив, в том числе и путём экономического давления, вполне были видны.

Приведем инсайд украинского издания «Страна», появившийся незадолго до начала СВО: «Главная повестка, которую пытается навязать украинской власти администрация Байдена, — пойти на политическую часть Минских соглашений и на ряд уступок России во внутренней политике под предлогом необходимости деэскалации… У Зеленского говорят, что они в шоке от такого цинизма и двуличия Байдена и его администрации».

Показательно, что спустя всего несколько часов после завершения переговоров с Блинкеном во время его последнего предвоенного визита в Киев Зеленский выступил с телеобращением, в котором он фактически обвинил западных партнёров в том, что они раздувают слухи о российском вторжении, дабы «ослабить Украину, чтобы вынудить к уступкам и создать такой фон, чтобы наше “нет” (выполнению Минских соглашений. — Авт.) звучало слабее».

В общем, Зеленский не стал выполнять рекомендации Вашингтона и «устоял» под его давлением, в силу чего Россия начала проводить СВО, а Вашингтону пришлось перейти к плану Б — возглавить то (конфронтацию всего коллективного Запада с Россией), что не удалось предотвратить.

«Стойкость» Зеленского была предопределена поддержкой части коллективного Запада, прежде всего Великобритании, которая начиная с 2019 года (когда почти одновременно к власти пришли Зеленский и Борис Джонсон) всячески подталкивала Киев к максимальной эскалации.

Происходящее сегодня отчасти выглядит как некое дежавю с очевидным различием в неизмеримо более жесткой позиции как Трампа, так и его оппонентов на коллективном Западе, где к его реальным союзникам можно отнести только Венгрию и Словакию. Возможно, можно говорить о том, что часть стран пытается занять выжидательную позицию.

Но, прежде чем делать прогнозы, следует сказать о том, что подобные расклады могут кому-то показаться предательством «китайских друзей». Уверен, это не так, как известно всему миру, одна из самых сильных черт российского лидера то, что он всегда следует принятым на себя обязательствам, в какой бы форме они ни были даны.

А с «китайскими товарищами» у нас отношения очень близкие и партнерские, но, как и положено в политике, стороны в них преследуют прежде всего свои интересы. Напомню, что по отношению к СВО КНР занимает лояльную России, но формально нейтральную позицию и даже периодически делает заявления в поддержку «территориальной целостности» Украины, а его мирные предложения фактически сводятся к заморозке конфликта на существующей линии противостояния.

Всячески старается Китай избегать любых поводов в закамуфлированной поддержке СВО (через поставку той или иной продукции и т. п.), да и в целом на рожон в отношениях с США и Западом старается не лезть, оставляя их в статусе «партнерства-соперничества». Так почему Россия не может так формировать свой политический курс при наличии возможности?

Уверен, при обсуждении «размена Украины» российская сторона не пересекла никаких красных линий, касающихся отношений с другими стратегическими партнёрами, включая Китай. Более того, предположу, что и ключевое обязательство России по этой сделке имеет к КНР достаточно косвенное отношение.

Полагаю, речь идет об отказе от активных попыток создать в обозримой перспективе альтернативу доллару как мировой платежной единице, к чему Трамп по понятным причинам крайне чувствителен.

Китай, к слову, также особо в этом направлении не активничает, а вот для России, находящейся в жестокой конфронтации с США, такие действия вполне логичны, тем более что мы в целом научились без доллара, обходиться.

А… пример заразителен, потенциал же России достаточно велик, чтобы в течение исторически непродолжительного времени добиться ощутимого результата, притом что любое сокращение доли доллара в международной торговле для США, что называется, «прямой убыток» В общем, есть причины постараться убрать главный раздражитель в отношениях двух держав.

И наконец, если не сильно поддаваться пропагандистской риторике, можно отметить, что у России и США достаточно сфер, где есть общие интересы (в официальных комментариях относительно нынешней активизации контактов неоднократно подчеркивается, что касаются они не только Украины), не говоря уже о несомненной идейной близости в плане противостояния нынешней повестке новой администрации США и руководства России. И снова замечу, что на этом направлении, кроме Венгрии (даже Словакия в этом плане более осторожна), союзников у Трампа больше нет.

Ныне же сделка по Украине вступила в стадию реализации (для американцев). Мощнейший прессинг на Зеленского предусматривает три вероятных сценария либо их некую комбинацию:

1. Зеленский заключает мирное соглашение на условиях Москвы, после чего неизбежно уходит в политическое небытие.

2. Его принуждают к уходу «уже сейчас» (соответствующие инсайды уже имеют место), и мир заключает другая, более вменяемая или «дежурно-проходная» типа Стефанчука, фигура.

3. И наконец, ситуация подводится к тому, что у Вашингтона появляется повод попросту «умыть руки»: дескать, мы всячески старались добиться мира на наиболее благоприятных для Украины из возможных условий, но «голос разума» в Киеве не восторжествовал.

Естественно, все виды поддержки Киева США при этом прекращаются, а без них режиму долго не продержаться, как бы европейцы ни пыжились компенсировать выпадающие объемы. При этом сценарии реальная конфигурация по завершении конфликта может оказаться куда менее благоприятной для Киева, чем при первых двух.

И сложно избавиться от впечатления, что пресловутая сделка по редкоземельным металлам, которая, когда выяснилось, что их на Украине и не особо-то много, трансформировалась в сделку о сдаче Украины США «со всеми потрохами» из тех предложений, которые делаются с пониманием того, что контрагент их никогда не примет, на что и весь расчет.

Т. е. при отказе Зеленского (а в последней предложенной американцами редакции другого ждать очень сложно — такие «гарантии» обитатели незалэжной воспримут ещё хуже, чем тяжелый мир с Россией) п. 3 автоматически вступает в силу, что полностью развязывает руки и России.

При этом можно заметить, что предполагаемые сроки завершения вооруженного конфликта в заявлениях лиц из команды Трампа, а также его политических союзников (из последних – премьера Словакии Фицо), всё время «сдвигаются вправо», о возможности прекращения огня в ближайшие недели не говорит уже никто. Видимо, это и есть то время, которое необходимо России для решения задач СВО.

Александр Фидель,