Румыния в тоске по Чаушеску
Свержение Чаушеску стало классикой того, что впоследствии станут называть Оранжевой революцией. Но, как показывает практика любой революции, победить — полдела. Важно то, куда поведут страну победители. И в этом вопросе у Румынии альтернативы в принципе не было...
Еще при Чаушеску и Георгиу-Деже Румыния была весьма своеобразной социалистической страной. Химера «Великой Румынии» никуда не ушла, она была органично вплетена в румынский извод социализма. Даже практика опоры на западные кредиты была частью именно этой идеи: будучи страной Варшавского договора, Румыния старалась держать дистанцию в отношениях с СССР.
И основания для этого были: уровень промышленного производства в СРР в 1974 году в сравнении с 1944 годом вырос в сто раз! А национальный доход — в 15 раз. Собственно говоря, именно эти успехи дали возможность Чаушеску на встрече с Горбачёвым 6 декабря 1989 года произнести свой знаменитый ответ: «Скорее Дунай потечёт вспять, чем в Румынии произойдёт перестройка». Румынский генсек был уверен в прочности своего положения, как любой суверен накануне дворцового переворота. Поэтому и стремился к максимальной независимости.
Сегодня на могилу Николае и Елены Чаушеску на кладбище Генча в Бухаресте постоянно приносят свежие цветы. Что же произошло с Румынией такого, что, согласно статистическим опросам, 64,3 процента респондентов на сегодняшний день положительно оценивают руководство Чаушеску (он — самый популярный из руководителей Румынии, король-комсомолец Михай — на втором месте!), более 50 процентов выражают сожаление о его гибели, а 84 процента считают расстрел без суда и следствия незаконным?
Первые выборы после свержения Чаушеску прошли весной 1990 года. Не обошлось без беспорядков: студенты и профессора Бухарестского университета устроили акцию протеста в центре столицы (с палаточным лагерем, как на всяком уважающем себя майдане!). Требовали запретить участие в выборах бывших членов компартии. Наивные! На выборах победил Ион Илиеску — бывший член ЦК РКП и друг семьи Чаушеску, он с митингующими цацкаться не стал: обозвал гоални (негодяями) и разогнал. В разгоне участвовали не только полицейские, но и... шахтёры. Им Илиеску дал возможность вдоволь поработать арматурой по головам интеллигенции. Итог: шестеро (по некоторым источникам, четверо) убитых, 746 раненых. После разгона митингов в Румынии появился новый политологический термин «минериада» от слова «минер» — «шахтёр». Минериад было шесть, последняя в 1999 году...
Но это мелочи, а что же реально сделало новое правительство после падения режима Чаушеску? Как ни странно, не было проведено ни люстраций, ни открытия архивов секуритате. Были освобождены политические заключённые. Отменена программа систематизации (26 декабря, на следующий день после расстрела Чаушеску!) — ликвидации деревень. Все вооружённые подразделения МВД переданы в ведение армии, секуритате расформирована. Учреждены военные трибуналы. Разрешены аборты и контрацепция. Объявлена свобода слова и печати, выразившаяся в появлении новых газет и реорганизации старых. Ограничен экспорт продовольствия, что позволило решить проблему дефицита продуктов питания. Начат розыск 400 миллионов долларов, которые, по слухам, хранил Чаушеску в швейцарских банках (трудно найти чёрную кошку в тёмной комнате, особенно если её там нет...). Решена энергетическая проблема: стало можно не ограничивать себя в освещении и отоплении квартиры. Название Социалистическая республика Румыния заменено на Румыния. Начато формирование новых органов управления страной. Ну и, само собой, объявлено о смене ориентации внешней политики на «общеевропейский дом». В качестве пророссийского проекта Румыния в очередной раз не состоялась...
Сразу же начала формироваться многопартийная система, благо «буржуазные партии» в Румынии были запрещены не так давно, как в СССР с 1947 года. Крупнейшими стали Христианско-демократическая национал-цэрэнистская и Национал-либеральная и Социал-демократическая партии. Впрочем, вскоре появилась и переформированная Компартия, сменившая название на Социалистическую партию труда. Впрочем, партии в Румынии появляются и распадаются постоянно, так что политический ландшафт стабильным назвать нельзя. Новая конституция Румынии была принята 21 ноября 1991 года. Страна стала президентской республикой с президентом, избираемым раз в пять лет. Двухпалатный парламент избирается сроком на четыре года.
После пертурбаций, связанных со сменой формы государственного правления, в 1992 году к власти пришло правительство Николае Векэройу — экономиста и бывшего члена администрации Чаушеску. По идее он должен был стать румынским аналогом Гайдара с его шоковой терапией и приватизацией, но не стал. Реформы по переходу к рынку в Румынии проводились куда медленнее и плавнее, чем в России. Скажем, та же приватизация проводилась путём выкупа акций предприятия самими сотрудниками предприятия.
А вот свои аналоги МММ в Румынии были! В апреле 1992 года в Брашове Ионом Стойкой была организована компания «Каритас» — ООО с капиталом аж в 500 долларов США. Компания начала то, что сама называла «игрой взаимопомощи», которая якобы должна был смягчить для акционеров переход к капитализму (отсюда и название «Каритас» — «Благотворительность»). Объяснять схему работы компании излишне, она от МММ ничем не отличалась: обещания увеличить вклады в восемь раз за полгода, реклама с использованием политиков и звёзд.
Деятельностью «пирамидологов» заинтересовалось государство: президент Илиеску по государственному телевидению объяснил, что ничто, обещающее восьмикратную прибыль, долго функционировать не может, и как в воду глядел! В феврале 1994 года «Каритас» прекратила выплаты, обвинив во всём государство и заявив, что не закрывается, а просто реорганизуется. Стойка был осуждён на семь лет за мошенничество, но подал апелляцию и сократил себе срок до двух лет, после чего обратился в Верховный суд и там скостили ещё полгода. 14 июня 1996 года румынский Мавроди был на свободе, а «немамонты» судились за свои выплаты с государством как минимум до 2004 года. Может, и до сих пор кто-то пытается что-то отсудить.
А ВВП Румынии начал играть в «крутое пике»: если в 1989 году он составлял 53,7 миллиарда долларов, то к 1996-му — 35,3 миллиарда. При этом крупнейшим сектором экономики вместо промышленности стала сфера услуг. Внешний долг вырос с нуля при Чаушеску до 9,2 миллиарда долларов. Средняя месячная зарплата в 1996 году составила 104 доллара.
В общем, в 1996 году Илиеску выборы предсказуемо проиграл. Вторым президентом Румынии стал Эмиль Константинеску из Румынского демократического конвента. Правда, преимущество было минимальным, так что правительство новому президенту пришлось формировать коалиционное. Мира в рядах коалиции не было, ссоры были общим фоном румынской политики, а крутое пике экономики продолжилось. Обанкротилось несколько крупных банков, падение уровня жизни спровоцировали ещё несколько минериад, в общем, к 2000 году об Илиеску начали вспоминать с ностальгией, которая позволила ему выиграть очередные выборы и во второй раз сесть в президентское кресло (не только у Дональда Трампа вышел такой фокус!).
В 2000 году экономика Румынии впервые после свержения Чаушеску показала пусть и скромный, но рост. На радостях правительство запустило несколько национальных проектов вроде строительства социального жилья или автострады Бухарест — Констанца. Все они были провалены: коррупция в Румынии после Чаушеску расцвела столь бурно, что стала способна поглотить абсолютно любые средства!
Зато после терактов 11 сентября 2001 года Румыния твёрдо стала на сторону США в «войне с терроризмом». Американским самолётам был дан зелёный свет на пролёт через воздушное пространство страны, вооружённые силы вовсю содействовали НАТО, что принесло желанный результат. В НАТО Румынию приняли в 2004 году, в ЕС — в 2007-м.
Надо сказать, с ЕС Румыния установила официальные отношения ещё при Чаушеску (тогда ЕС назывался Европейское сообщество). Но официальное членство в Евросоюзе стало предвыборной морковкой каждого кандидата на любую выборную должность, начиная со старосты класса средней школы и заканчивая президентом страны. Официальную заявку на членство Румыния подала 22 июня 1995 года, а 1 января 2007 года присоединилась к Евросоюзу.
Вступление в ЕС очень для многих в Румынии стало разочарованием. Дело в том, что в рамках Евросоюза страна была вынуждена ввести визовый режим с Россией, Белоруссией, Украиной, Сербией, Черногорией, Турцией и Молдовой, с которыми у потомков даков (или римских легионеров, в местной мифологии всё так запутанно) были взаимовыгодные экономические отношения, а в ответ... Надо понимать, вступление в ЕС для населения стран Восточной Европы в первую очередь — возможность без проблем уехать на заработки в Германию или Францию, а не любовь к демократии или гражданским свободам. Но как раз ограничения на работу по отношению к новому члену ЕС остались!
Более того, даже в Шенгенскую зону румын частично пустили с 31 марта 2024 года, а полностью — и вовсе на днях, с 1 января 2025 года. За поведением Румынии ЕС следил через механизм сотрудничества и проверки (CVM), предусматривающий контроль за выполнением контрольных показателей (как их ещё называют, «критериев конвергенции»), без которых членство в ЕС во многом является... фикцией? Не совсем так, это означает наличие всех ограничений Евросоюза, но отсутствие значительной части преференций, получаемых от вступления.
Для перехода на евро Румыния не созрела до сих пор, впрочем, наверное, это и к лучшему: как показывает пример стран «Трибалтики», проблем этот переход несёт куда больше, чем даёт преимуществ. Впрочем, после присоединения к ЕС румынский лей был перепечатан, чтобы соответствовать размерам евро (так удобнее конструкторам банкоматов). А все румынские политики утверждают, что «наша цель — коммунизм (зачёркнуто, но плохо), вступление в Еврозону». Когда-нибудь. В светлом будущем. А пока — хорошо бы ВВП на душу населения увеличить, чтобы соответствовать «критериям конвергенции» получше.
Сегодня с ВВП в стране всё не слишком хорошо. Это в составе СЭВ СРР была одним из лидеров в плане уровня жизни, в ЕС она одна из беднейших стран. Со своими 36 277 долларами на душу населения она отстаёт и от Венгрии, и от Польши, и от Эстонии с Литвой (Латвию таки удалось обогнать!), хотя и смотрится значительно лучше Болгарии. Поэтому Николае Чаушеску сегодня для румын — самый популярный руководитель государства, а в том, что жизнь в СРР была лучше, чем сегодня, уверено свыше четверти населения страны.
А что же «Великая Румыния»? Сегодня идея несколько поистрепалась, про болгарскую часть Добруджи вспоминать не приходится, но есть же Молдавия! А тут всё сложно. Дело в том, что Молдавия даже на фоне небогатой Румынии сегодня смотрится так себе. Если Румыния в плане ВВП на душу населения держит 47-е место в мире, то Молдавия... 105-е, аккурат между ЮАР и Ливаном. Понятно, что в случае подписания унии румынский показатель серьёзно упадёт.
В общем, сторонников объединения среди потомков римлян всего около 11 процентов. А 42 процента румын считают, что пока не время. Может быть, когда-нибудь, в отдалённой перспективе. В Молдавии «унионишти» — значительно более представительная группа населения: в 2022 году за присоединение выступало около 40 процентов населения, но есть нюанс, даже два. Называются они Приднестровье и Гагаузия, где унию в гробу хотели видеть! Наверное, самый горячий сторонник объединения — президент Молдавии Майа Санду, но как для брака нужно согласие двух сторон, так и уния нуждается в поддержке хотя бы значительной части населения Румынии, которой нет.
Тем не менее мир сегодня находится в зоне турбулентности, так что призрак «Великой Румынии» внезапно может восстать из гроба, подобно графу Дракуле. Некогда эта геополитическая химера опиралась на пятую по силе армию Европы. Насколько сильна Румыния сегодня? Что ж, это повод для отдельного разговора.
Фёдор Ступин,
