Точечная работа: как дроны-сапёры помогают российским войскам выполнять задачи в зоне СВО
- БПЛА «Пиранья-13»
- © СКБ «Пиранья»
Представитель Симбирского конструкторского бюро (СКБ) «Пиранья» сообщил RT о начавшихся поставках в войска нового FPV-дрона повышенной грузоподъёмности. Беспилотник должен облегчить выполнение задач по дистанционному минированию местности.
«Аппарат получил название «Пиранья-13». Он поставляется в российские войска, и мы уже получаем положительную обратную связь. Этот FPV-дрон отличается солидной грузоподъёмностью — 15 кг. Она необходима для установки противотанковых мин ТМ-62, которые весят более 9 кг», — рассказали в СКБ.
Беспилотник — октокоптер с восемью пропеллерами, расположенными в два яруса. Благодаря такой схеме дрон обладает значительной подъёмной силой. Дальность полёта «Пираньи-13» может достигать 10—15 км.
«Такого дрона, как «Пиранья-13», в войсках не хватало. Дистанционное минирование — это крайне актуальная задача. Мы понимаем, что дронами невозможно создать целое минное поле, но точечно заминировать отдельные участки местности или дороги более чем реально. Это можно сделать даже одним БПЛА, и достаточно быстро», — пояснили в СКБ.
- Демонстрация лётных возможностей БПЛА «Пиранья-13»
Помимо минирования, «Пиранья-13» способна применяться для сброса ВОГ (выстрелов осколочных гранатомётных), кассетных боеприпасов, как носитель термобарических снарядов и доставщик различных грузов.
«Пиранья-13» больше предназначена для дистанционного минирования. Вместе с тем её можно назвать универсальным дроном. Полезная нагрузка 15 кг позволяет выполнять ударные и, конечно же, транспортные задачи на ЛБС — доставка воды, припасов на позиции. Это тоже очень актуально», — добавил представитель СКБ.
В ближнем тылу
Как неоднократно сообщало Минобороны РФ, российские сапёры на передовой активно используют беспилотники для установки взрывных устройств в глубине обороны противника. Например, такую тактику применяет специальный инженерный батальон группировки войск «Центр».
«Также военнослужащие выслеживают технику ВСУ и осуществляют минирование дорог и различных участков местности в тылу противника, осуществляя сбросы взрывных устройств на пути движения техники и личного состава. Батальон имеет свою лабораторию, где военнослужащие разрабатывают и совершенствуют дроны, системы сбросов к ним и подготавливают к применению различные типы боеприпасов», — говорится на сайте военного ведомства.
«Наносит противнику существенный урон»: чем уникальна машина дистанционного минирования «Земледелие»
Кроме того, в зоне СВО действует рота специального минирования. Одной из её важнейших задач является дистанционное минирование коммуникаций противника. По словам командира подразделения с позывным Стержень, постановка минных заграждений с помощью БПЛА способна сорвать ротацию войск неприятеля.
Также рота спецминирования занимается уничтожением огневых точек, живой силы ВСУ в окопах и блиндажах. Удары наносятся по координатам от разведки, но иногда специалисты беспилотной авиации выходят на так называемую свободную охоту.
Ещё одной задачей инженеров является снабжение малых боевых отрядов на передовой. Применение БПЛА позволяет доставлять штурмовикам продовольствие, медикаменты, воду и боеприпасы.
По информации газеты «Красная звезда», в арсенал роты спецминирования входят FPV-дроны «Изделие 1-390», «Бумеранг», «Химера». Эти беспилотники позволяют операторам уверенно действовать в ближнем тылу противника и минировать его коммуникации в нескольких километрах от передовых позиций.
Для этого используются противопехотные осколочные мины натяжного действия ПОМ-2 «Отёк». Детонация такого взрывного устройства происходит при обрыве любого из четырёх проводов. Радиус сплошного поражения осколками может достигать 16 м.
- Дистанционное минирование с помощью БПЛА в зоне СВО
- © Минобороны России
Один из операторов роты смог установить ПОМ-2 почти на 10 км в глубину украинских позиций. Для увеличения радиуса действия используются воздушные ретрансляторы, установленные на других БПЛА.
В мае военкор RT Александр Симонов побывал в инженерном подразделении 1-й танковой армии, которое занимается адаптацией коптеров под задачи дистанционного минирования. Военнослужащие организовали мастерскую, где дорабатывают БПЛА для сброса ПОМ-2 и противотанковых мин ПТМ-3с. Минирование осуществляется на расстоянии около 5 км.
В июне газета «Известия» опубликовала материал о работе взвода спецминирования инженерно-сапёрного батальона имени Карбышева, который широко применяет БПЛА. Дроны-минёры относятся к классу FPV. Они помогают доставлять взрывные устройства в нужную точку на расстояние 2—6 км от линии боевого соприкосновения (ЛБС).
Сапёр-беспилотник: в «Ростехе» рассматривают возможность создания новой машины разминирования
«Выбор точек сброса зависит от задач, которые перед нами ставит разведка. Чаще всего это пересечение дорог, входы и выходы из леса, нахоженные тропы, пути, по которым происходит подвоз БК (боекомплекта. — RT) или ротация (ВСУ. — RT)», — цитирует газета командира взвода с позывным Легат.
По его словам, операторы БПЛА стремятся регулярно устанавливать взрывные устройства в неожиданных для противника локациях, что приводит к потерям, вынужденной смене логистики и маршрутов перемещения войск.
Простота и удобство
Как заявил в комментарии RT генеральный директор КБ «АвиаНовации» кандидат технических наук Сергей Товкач, в условиях СВО минирование с помощью БПЛА нередко является единственным способом установки таких заграждений. По словам экспертов, из-за обилия малоразмерных разведывательных и ударных дронов у сапёров нет возможности заходить в тыл.
«СВО отчётливо показала, что минирование в глубине обороны противника — задача, которая вряд ли теперь может выполняться классическим способом. С высокой долей вероятности расчёт сапёров на транспорте или без него будет обнаружен и уничтожен. Таким образом, без беспилотной техники не обойтись. Она может быть как наземной, так и воздушной. БПЛА гораздо проще в изготовлении, и поэтому они получили широкое распространение в зоне боевых действий», — пояснил Товкач.
- Коптер концерна «Калашников», способный выполнять дистанционное минирование
- © Минобороны России
Как он полагает, дистанционное минирование могут выполнять и обычные FPV-дроны, оснащённые механизмами, которые позволяют крепить и сбрасывать боеприпасы. Однако в ближайшей перспективе у российской армии могут появиться специализированные БПЛА с взрывными устройствами, которые будут лучше приспособлены под такие задачи, чем штатные снаряды.
«В зоне СВО сначала использовались различные противопехотные мины, потом, по мере повышения грузоподъёмности БПЛА, стали применяться более тяжёлые — противотанковые. Но все эти боеприпасы изначально не приспособлены для сбросов с дронов. В связи с этим возникает вопрос обеспечения безопасности дистанционного минирования. В этом контексте главными задачами на ближайшее время являются разработка дронов с надёжными механизмами установки и сброса (мин. — RT) и создание специализированных боеприпасов», — говорит Товкач.
Один из таких БПЛА концерн «Калашников» ранее представил руководству Минобороны РФ. По информации военного ведомства, предприятие разработало перспективный ударный квадрокоптер, который оснащён универсальными сбросами для различных боеприпасов и приспособлен для дистанционного минирования в условиях низкой видимости.
Групповой удар: как развивается программа по созданию дронов-камикадзе «Куб»
«Повышенная помехозащищённость каналов управления и передачи данных позволяет применять данный дрон в условиях постановки противником помех. Простота эксплуатации и удобный программный интерфейс позволяют осуществлять подготовку операторов данного типа БПЛА в течение двух недель», — рассказали в Минобороны России.
В беседе с RT военный обозреватель Александр Зимовский отметил, что в России интенсивно совершенствуются дроны для дистанционного минирования. Сейчас отечественная инженерная мысль приблизилась к тому, чтобы создавать БПЛА грузоподъёмностью 20—50 кг, что даёт возможность переносить даже несколько противотанковых мин и быстро создавать танкоопасную полосу.
«Основное новшество СВО — это установка противотанковых мин воздушным способом. Конечно, минное поле в классическом понимании этого слова дронами не создать. Однако вполне реально сделать танкоопасную полосу. Да, она будет заметна противнику, потому что дроны ещё не могут закапывать в грунт ТМ-62 и другие мины такого рода. Но продвижение врага всё равно можно сдержать: ему в любом случае придётся что-то делать с полосой из мин — например, отправить сапёров, которые попадут под удар артиллеристов или дроноводов», — рассказал Зимовский.
Как он отметил, в зоне спецоперации расширяется применение дронов-минёров ещё и для сброса боеприпасов на укреплённые позиции ВСУ.
«Грамотное применение БПЛА повышенной грузоподъёмности помогает не только практически без риска для жизни военных точечно устанавливать минные заграждения: при незначительной доработке мины могут использоваться как фугасы, которые сбрасываются на позиции ВСУ. В таком исполнении мина превращается в миниатюрную авиационную бомбу, а беспилотник становится бомбардировщиком», — заключил Зимовский.
