В Белграде рассчитывают, что в новом контракте с «Газпромом» снова получит самую лучшую цену на газ в Европе, поделился недавно в интервью каналу «Россия 24» своими ожиданиями Ненад Попович, отвечающий в правительстве Сербии за международное экономическое сотрудничество: «Цена на газ для нас очень важна. Наш контракт истекает в марте, и ваш президент Владимир Путин скоро будет разговаривать с нашим президентом Вучичем о новом контракте с 2025 по 2028 год. Мы действительно ожидаем, что снова получим наилучшую цену на газ». На 20-21 ноября в Санкт-Петербурге намечено заседание межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству, призванное придать сотрудничеству во всех областях значительный импульс.
Ранее, выступая в Праге на Форуме глобальной безопасности GLOBSEC 2024 в конце августа, президент Александр Вучич исключил, что его страна после вступления в Евросоюз «будет продвигать в блоке интересы России». «Я говорю открыто: да, мы хотим стать частью ЕС как можно скорее, и я знаю, что нам нужно делать», – сербский лидер, который, по собственному признанию, каждый день слышит, что его страна, якобы, хочет стать «троянским конём» России» в ЕС. Явно следуя принципу «выжить назло врагам» и сообразно зависимости от Запада, не в последнюю очередь диктуемой географическим расположением страны на карте Европы, сербский лидер призвал к «взаимному доверию», которого со стороны Запада как раз таки и нет – всё больше ультимативные требования, сплошь и рядом невыполнимые.
Оттого-то и глубокие сомнения Вучича в том, что Белград присоединится к ЕС до 2030 года. Соответствующая заявка была подана ещё в далёком 2009 году, а в 2012-м страна получила статус кандидата. А в 2021 г. Вучич заявлял, что «Сербия становится всё менее заинтересована во вхождении в блок, поскольку процесс затягивается», однако в Праге он предпочёл на эту тему не высказываться.
Очевидно, сдержанный характер высказываний сербского лидера дополняется более определёнными заявлениями первого вице-премьера Александра Вулина. «Сербия, несмотря на давление Запада, никогда не введет санкции в отношении России и не станет членом НАТО. Сербия – не только стратегический партнер России, но и союзник. Сербия никогда не позволит, чтобы с ее территории проводились какие-то антироссийские операции. Именно поэтому давление на нас со стороны Запада является огромным», – заверил он Президента России В. Путина в ходе их встречи на полях недавнего ВЭФ-2024 во Владивостоке. По его словам, «для Сербии БРИКС стал шансом и реальной альтернативой Европейскому союзу. БРИКС ничего не требует от Белграда и может предложить больше, чем мы просим. В то время как ЕС требует "всего", но нет уверенности, что Брюссель что-либо предложит в ответ. Я очень четко выступаю за то, чтобы Сербия очень хорошо рассмотрела все возможности БРИКС и как можно более тесное сотрудничество со странами-членами».
Александар Вучич и Владимир Путин
Можно предположить, что именно А. Вулин будет представлять Сербию на октябрьском саммите БРИКС в Казани, в то время как глава государства не может прибыть в Россию по причине рабочей загруженности. Рискнём предположить, что речь идёт вовсе не о разногласиях в руководстве Сербии, а об очередных проявлениях вынужденного прагматизма при достаточно узком коридоре возможностей.
Естественно, что в «треугольнике» ЕС – Сербия – Россия Брюссель активно использует «косовский» рычаг, ультимативно требуя от Белграда установления межгосударственных отношений с бандитским анклавом, представляя это решающим шагом для вступления Сербии с ЕС (при том, что уже давно запущены программы интеграции самого Косово в структуры НАТО и того же ЕС).
В контексте упомянутых факторов, взаимоотношения Сербии с Россией и, в целом, с ЕАЭС находятся, буквально, между молотом и наковальней. Не секрет, что транспортно-экономические связи Сербии с «ядром» ЕАЭС и вообще с внеевропейскими странами возможны только через сопредельные страны, входящие в ЕС и НАТО, либо же через бывшие югославские республики – БиГ и Северную Македонию – сотрудничающие с тем же Западом. Все соседи Сербии ужесточают транзитные санкции против РФ и Белоруссии, ежегодно повышая тарифы на транзит внешнеторговых грузов этих стран (среди региональных партнёров НАТО и ЕС такие транзитные меры применяет, в основном, БиГ). И это ещё более ущербно, так как у Сербии нет собственного морского порта. Всё это нельзя не учитывать с целью оптимального реагирования на внешнеполитические и внешнеэкономический прагматизм Белграда.
Напомним, с 2021 г. действует зона свободной торговли (ЗСТ) Сербии с РФ-ЕАЭС. Как отмечает Ненад Попович, «ЗСТ с ЕАЭС – геостратегический и геоэкономический выбор Белграда в пользу углубления сотрудничества с ЕАЭС». Благодаря ЗСТ, сербская экономика «получает возможность экспортировать без торговых пошлин товары на обширный рынок ЕАЭС», что является значимым конкурентным преимуществом в сравнении с другими странами Европы и мира. В то же время, функционирование ЗСТ, в рамках которой взаимные пошлины не взимаются на треть всего ассортимента обоюдных поставок, носит взаимовыгодный характер.
Товарооборот РФ и Сербии в 2023 г., составил 3 млрд. долл. – почти на 1 млрд. долл. меньше рекордного уровня годом ранее. По оценкам межправкомиссии, это обусловлено, прежде всего, усложнением и удорожанием транзита, как и логистики в обоюдных транспортно-экономических связях, о причинах чему было упомянуто выше. Также имело место некоторое снижение (примерно на пятую часть) взаимного торгового ассортимента. В текущем году обеими сторонами показатель прогнозируется не ниже уровня 2023 г. или выше его на 8-10 %. А в географической структуре торговли Сербии с ЕАЭС свыше 90 % приходится на РФ, 5-6 % – на Белоруссию.
«Всё же, РФ на 6-м месте в товарообороте Сербии, – уточняет Н. Попович. – Торговля с вами превышает объемы товарооборота Сербии с США, всем Африканским континентом, ненамного меньше, чем с Китаем». А в структуре обоюдной торговли весьма широкий ассортимент – «например, это энергоносители, прежде всего поставки газа из РФ; химикаты, продукты питания, лекарства, а также оборудование для оборонно-промышленного комплекса».
В то же время показатели торговли Сербии с РФ-ЕАЭС намного меньше соответствующих показателей Сербия – ЕС. Потому в Белграде опасаются, что более активное развитие взаимосвязей Сербии с РФ и ЕАЭС приведёт к введению Брюсселем ограничений на торговлю с балканской страной. Особо выделает Н. Попович «чрезвычайно выгодный Сербии долгосрочный контракт на поставки российского газа: ему нет альтернативы по ценам других поставщиков». Белград обсуждает с "Газпромом" «продление действующего контракта, истекающего в марте 2025 г., на прежних условиях, – сообщил гендиректор компании Srbijagas Душан Баятович в кулуарах недавнего форума "Российская энергетическая неделя". – Полагаю, останутся прежние условия, а "Турецкий поток" будет работать и в будущем. Самый главный вопрос – дополнительные объемы, которые нужны».
Представляется, что выгодные для Сербии условия нового газового контракта укрепят не только экономические, но и политические взаимоотношения Сербии с РФ и ЕАЭС в целом, что особенно важно в современных условиях, ибо ЗСТ Сербии с РФ-ЕАЭС – единственный внесанкционный ареал партнёрства России с европейскими странами.
Отметим также, что имеются косвенные признаки реэкспорта в РФ через Сербию товаров и услуг из ЕС, в связи с чем резонно предположить некоторую неофициальную «умеренность» требования Брюсселя относительно отношений Белграда с Москвой. Вероятно, и поэтому в Белграде сохраняют ЗСТ с РФ-ЕАЭС, не соглашаясь с официальными реляциями Брюсселя относительно необходимости полноформатного подключения Белграда к антироссийским санкциям…
Тезис о невозможности преференционной торговли с ЕАЭС в случае гипотетического вступления Сербии в ЕС представляются необоснованным. Помимо заинтересованности Москвы и Белграда, в том числе политической, в сохранении такой зоны, имеются примеры «перекрёстного» действия таких зон. Например, участники оформившейся в 1960-х годах Европейской ассоциации свободной торговли ЕАСТ (Норвегия, Исландия, Швейцария, Лихтенштейн) согласовывают друг с другом ассортимент и объёмы взаимных беспошлинных товаропоставок с учетом их соглашений с ЕС о взаимных торговых преференциях. Такое согласование нацелено на то, чтобы товары из ЕС не поставлялись в ЕАСТ беспошлинно в крупных объёмах, в т.ч. за счет реэкспорта между странами ЕАСТ. Разумеется, полностью эти поставки и «перепоставки» едва ли устранимы, но важен сам факт таких согласований в ЕАСТ, нацеленных на продолжение свободной торговли в рамках этого торгового блока.
Кстати, в 2014-м планировалось подписание соглашения о зоне свободной торговли ЕАСТ с ЕАЭС – соответствующие переговоры велись с 2009 года и к началу 2014 г. были согласованы почти все условия этого документа (!). Но Брюссель, Вашингтон и Лондон пролоббировали участие стран ЕАСТ в антироссийских санкциях после воссоединения с Россией Крыма и Севастополя. А с весны 2022 г. эти ограничения усилились. Одновременно действует соглашение (2011 г.) о свободной торговле Сербии с ЕАСТ, где не требуют подключения Белграда к антироссийским санкциям…
* * *
В целях политико-экономического укрепления российско-сербских отношений, в том числе зоны свободной торговли Сербия – РФ – ЕАЭС, целесообразно:
-
расширить ассортимент товаров, обоюдно не облагаемых пошлинами в рамках ЗСТ;
-
предоставить Сербии льготные постоянные тарифы на транзит её грузов через РФ / ЕАЭС;
-
сохранить выгодные Сербии условия поставок ей природного газа;
-
проработать оптимальную схему прямой взаимной конвертации динара и рубля, ввести взаимовыгодный спецкурс по этой конвертации (что практикуется, например, КНР, Белоруссией, Туркменистаном, Ираном, КНДР, Кубой, Алжиром, Сирией, странами АСЕАН, объединением CARICOM во внешней торговле с рядом стран);
-
сформировать сеть торговых домов Сербии в РФ / ЕАЭС;
-
поддерживать позицию Белграда в рамках Всемирной Торговой Организации.
