3-4 июля 2024 года в Астане прошла встреча глав государств-членов Шанхайской организации сотрудничества. По итогам саммита его участники подписали совместную декларацию, в которой призвали к "всеобъемлющей реформе ООН".
Под этой формулировкой прежде всего подразумевается реформа Совета Безопасности. Этот орган призван обеспечить безопасность человечества – "избавить от бедствий войны", "утвердить веру в основные права человека, включая равенство прав больших и малых наций". В то же время Совбез сформирован таким образом, что нивелирует те цели, ради реализации которых и создан. На сегодняшний день 8 из 15 мест в этом органе принадлежит странам Запада. В основном это бывшие колониальные метрополии. При этом бывшие колонии Африки и Латинской Америки представлены крайне слабо. Это лишает их возможности отстаивать свою позицию.
Однако те проекты реформы Совбеза, которые на сегодняшний день озвучиваются, также вызывают массу вопросов. Наиболее четко сформулирована инициатива о расширении представительства Латинской Америки в совете. От этого региона в ключевой орган ООН предлагаются Бразилия и Аргентина. Они должны представить, соответственно, те группы населения, которые говорят на португальском и испанском языках.
В XVI веке перечисленные страны были колонизированы Европой. В частности, территория современной Бразилии была оккупирована Португалией, а Аргентины – Испанией. Колонизаторы уничтожили большую часть коренного населения, т.е. индейцев, депортировав на их место десятки тысяч африканских рабов. Тем самым полностью изменили этно-социальный состав региона, превратили континент в сырьевой придаток.
В начале XIX века колонии поднялись на национально-освободительную борьбу. Это движение поддержали США и Англия. Они исходили из того, что освободительную борьбу возглавила латифундистская аристократия, представленная потомками первых колонизаторов. Эту верхушку полностью устраивал статус поставщиков сырья. Только теперь они хотели его поставлять не слаборазвитым экономикам Испании и Португалии, а динамично развивающимся Англии и США. Ведь это сулило большую прибыль от поставок.
Кроме того, ставка делалась на то, что война за независимость затянется, экономики новых государств ослабнут и попадут в долговую зависимость от англосаксов. Отчасти так и произошло.
Испаноязычные страны долины Анд – Колумбия, Венесуэла, Эквадор, Перу, Боливия – понесли тяжелые потери и попали в зависимость от Англии и США. В то же время Бразилия и Аргентина обрели независимость относительно легко, т.е. не нахватали кредитов. Англосаксам требовалось исправить "упущение".
В 1864 году Бразилия и Аргентина были втянуты в войну с соседним Парагваем. Чтобы победить, правительства двух стран прибегли к английским займам. На этот раз британцы постарались сделать все, чтобы конфликт затянулся подольше и оказался как можно кровавым. Британский посол в Бразилии Эдвард Торнтон открыто призывал уничтожить всех парагвайцев: "Исчезновение [Парагвая] как нации будет благом для всего мира". Он призывал убивать как можно больше жителей латиноамериканской страны, называя их "невежественным и варварским народом".
Как следствие конфликт, начатый с целью разрешения пограничных споров превратился в войну за тотальное истребление парагвайского населения. Парагвайцам не оставалось ничего иного как биться до последнего. На защиту страны встали даже дети возрастом от 9 лет. В результате конфликт продлился до 1870 года. За это время численность парагвайцев уменьшилась на 90% – с 1,2 млн. до 221 тыс. человек. Бразилия и Аргентина попали в финансовую зависимость, из которой уже не смогли выбраться. К началу XX века только на обслуживание госдолга две страны тратили до 1/3 всех экспортных поступлений. Такая зависимость привела к тому, что англосаксы стали практически полностью определять политику местных режимов.
В этот период Англии потребовался новый источник хлопка, так как Лондон потерял хлопковый рынок южных штатов США. Новые возможности для выращивания стратегической культуры британцы увидели в Южной Америке. Под плантации требовались огромные территории.
В этот период к югу от Аргентины располагалась огромная территория размером в почти 2 млн квадратных километров. Эта земля именовалась Патагонией. Она была заселена индейской народностью аракуаны. Этот гордый народ смог отстоять независимость во времена испанской колонизации. В 1852 году местные индейцы провозгласили независимое государство Араукания и Патагония со столицей в городе Перкенко. На эти земли и положили глаз британцы.
В 1871-1884 годах Аргентина (совместно с Чили) завоевала Патагонию. Военные действия сопровождались массовым истреблением коренного населения. Его численность сократилась с 500 до 25 тысяч человек.
Не лучше дела обстояли и в Бразилии. Погоня за расширением хлопковых плантаций привела к вытеснению местных индейцев в малопригодные или вовсе непригодные для проживания резервации. Они очень напоминали те, которые ранее возникли в США. Между 1900 и 1957 годами в Бразилии было уничтожено более 80 коренных племен, а общая численность индейцев сократилась на 80% – с более чем 1 миллиона до 200 тысяч.
Приведенные здесь трагедии стали крупнейшими в Латинской Америке со времен колониализма. И все они являлись прямым следствием финансовой зависимости от англосаксов. Вопрос в том, что на сегодняшний день эта зависимость сохранилась. Внешний госдолг Бразилии достиг критической отметки в 75% ВВП, а Аргентины – в 89%. В результате первая передала часть своего золотого запаса в Банк Англии, а золотой резерв второй на сайте ее центробанка значится как... отрицательный. Аргентина официально признает неспособность погасить долги перед частными фондами США и МВФ. И, как мы видим, такая зависимость – прямая дорога к преступлениям против человечества. Где гарантия, что в случае включения в постоянный состав Совбеза новые члены не воспользуются своими полномочиями в негативных целях?
Именно поэтому в декларации ШОС говорится о том, что реформа ООН должна стать "всеобъемлющей". Это означает, что любое расширение Совбеза должно сопровождаться обязательным избавлением от внешней зависимости.
