Переход председательства в БРИКС к Бразилии с января текущего года и предстоящий в середине года саммит объединения в этой стране (предполагается, что он пройдёт в Рио-де-Жанейро) знаменуют собой новый этап политико-экономической консолидации в соответствии с приоритетами развития объединения, согласованными в октябре 2024 года в Казани.
Напомним, странами-партнерами БРИКС с 2025 года стали Казахстан, Малайзия, Индонезия, Таиланд, Белоруссия, Боливия, Куба и Уганда. Пока в статусе приглашённой страны остаётся Саудовская Аравия, где рассчитывают на подписание оборонного союза с администрацией Трампа. Тем не менее с учётом экономических параметров стран-участниц и стран-партнеров, т. е. потенциальных участниц БРИКС, роль этого объединения в общемировой экономике и, соответственно, в торговле становится определяющей. Соответственно, в повестку дня выдвигаются вопросы согласованной финансово-экономической, в том числе валютной и внешнеэкономической, политики блока – прежде всего, его стран-участниц, решение которых позволит объединению более эффективно отстаивать коллективные экономические и, следовательно, политические интересы всех участников.
В этой связи, заслуживают практической реализации нижеследующие предложения ЦБ РФ (февраль 2024 г.) по развитию финансового партнерства в рамках БРИКС, а именно:
-
совершенствование механизма функционирования Пула условных валютных резервов стран БРИКС с целью повышения его международной платежно-расчетной конкурентоспособности;
-
более активное двух- и многостороннее взаимодействие в платежной сфере с приоритетом прямой (а не через валюты Запада) взаимной конвертируемости нацвалют;
-
обеспечение информационной безопасности финансового сектора;
-
решение вопросов взаимного переходного инвестирования и в целом финансирования (т. е. с валют Запада на национальные / дружественные валюты) с растущим использованием «незападных» денег.
На Казанском форуме глав государств – членов БРИКС в октябре 2024 г. эти предложения получили общее одобрение. По оценкам профильных экспертов «системообразующих» государств – участников объединения (2024 г.), реализация этих предложений, во-первых, повысит конкурентоспособность национальных валют и инвестирование в них в ареале «пятёрки» и в странах-партнёрах БРИКС. Во-вторых, позволит увеличить объем торговли внутри объединения минимум на треть и более чем на треть расширить ее ассортимент. Наконец, в-третьих – поспособствует формированию согласованной финансово-экономической политики в ареале БРИКС, с последующим вовлечением в неё стран-партнёров. Уже к настоящему моменту «Китай, Россия и Иран, а также другие страны создали собственные системы межбанковских сообщений и платежей как альтернативу контролируемой Западом инфраструктуре SWIFT, – отмечает видный бразильский экономист, вице-президент Нового банка развития (2015–2017 гг.) Паоло Батиста. – В период председательства в БРИКС в 2024 г. Россия занималась проработкой детального предложения по новой многосторонней и независимой инфраструктуре, представила Трансграничную платёжную инициативу БРИКС (BCBPI), которая будет основана на национальных валютах и взаимодействии центробанков. На саммите в Казани лидеры БРИКС выступили за дальнейшую работу в этой сфере и поставили министрам финансов и руководителям центробанков задачу продолжить обсуждение использования локальных валют, платёжных инструментов и платформ и доложить результаты в рамках следующего председательства». Надо надеяться, данная работа будет носить заинтересованный и содержательный характер, в то время как, по замечанию П. Батиста, «довольно расплывчатые заявления, сделанные лидерами БРИКС в Казани, отражают отсутствие консенсуса по российской инициативе. Некоторые государства, возможно, колеблются, одобрять ли новую систему в такой чувствительной сфере. Это существенное препятствие. Консенсус – укоренившаяся традиция в процессе принятия решений в БРИКС. Страны стараются не отходить от этой традиции, так как консенсус означает, что в решениях объединения учтены опасения и озабоченности всех участников».
Экспертами рекомендуется сопровождение российских инициатив, включая предложения ЦБ РФ, программами сотрудничества по индустриализации экономики / экспорта, поскольку вышеуказанные финансово-экономические меры наиболее востребованы для поддержки программ, призванных укрепить мировую конкурентоспособность экономик участников БРИКС, и прежде всего промышленного экспорта.
В этом контексте, примечательны оценки ряда аналитиков. Так, по мнению доктора экономических наук Петра Яковлева (РФ), БРИКС «продолжает расширять свои ряды, подтверждая неформальный статус лидера глобального Юга – выразителя политических и экономических интересов стран «мирового большинства… как отметил бразильский шерпа в БРИКС посол Эдуарду Сабойа, деятельность бразильской дипломатии будет направлена на продвижение концепции многосторонности в мировой политике, проведение реформ институтов глобального управления, облегчение условий международной торговли». Крупнейшая латиноамериканская страна «приложит усилия для обеспечения энергетической и продовольственной безопасности». Кроме того, «последовательно выступая за реформу международной финансовой системы, бразильское руководство во главе с Лулой да Силвой сфокусировало повестку своего очередного председательства в БРИКС и саммита в Рио», тем более что «именно на БРИКСовском саммите в Бразилии в 2014-м было принято решение об учреждении Нового банка развития и создания Пула условных валютных резервов государств-членов».
Соответственно, центральным местом в период председательства Бразилии в 2025 году в повестке дня будут значиться вопросы формирования и использования новых систем международных платежей. Рост торгово-экономических взаимосвязей между развивающимися странами Азии, Африки и Латинской Америки «нуждается в радикальном упрощении финансовых расчётов между партнерами и в конечном счете в создании дополнительных финансовых инструментов, находящихся за пределами контроля высокоразвитых держав».
С этой оценкой коррелирует точка зрения главы Центра политических исследований ОАЭ Эбтесама Аль-Кетби: «Критики считают, что концепция Глобального Юга чрезмерно упрощает ситуацию, не отражая экономические, политические и культурные реалии стран, которые она объединяет. Однако подобные взгляды несправедливо фокусируются на недостатках идеи, а не на её достоинствах. А её ценность заключается в том, что она подчёркивает общую борьбу этих стран за влияние на управление мировым порядком – в отличие от Глобального Севера, который не имеет однородной идентичности».
Эксперт подчеркивает, что призыв к многостороннему глобальному порядку, уважающему государственный суверенитет, «предусматривает пересмотр политики санкций и поддерживает право государств торговать в своих валютах, как стали это делать ОАЭ и Индия. Летом 2023 г. ОАЭ и Индия подписали соглашения о создании основы для использования местных валют в трансграничных транзакциях и развития сотрудничества платёжных систем».
В том, что касается смежных финансовых аспектов политики ОАЭ в рамках БРИКС, «планируется выделить дополнительный капитал Новому банку развития (НБР).... Будучи одной из немногих стран, которые управляют суверенным капиталом, превышающим триллион долларов США, ОАЭ являются одним из крупных акционеров НБР». При этом позиционирование БРИКС в общемировой экономике укрепится, ибо, по оценке эксперта, доля БРИКС в общемировом ВВП к 2040 году достигнет 45%, «что более чем вдвое превысит экономический вес G7».
В настоящее время БРИКС не рассматривает возможность создания единой валюты, однако изучаются способы снижения зависимости от американского доллара. С более активным расширением географического ареала БРИКС и с его растущим вкладом в общемировой ВВП востребована трансформация этого объединения в блок с максимально координируемой финансово-экономической, в том числе внешнеэкономической, политикой. Однако здесь предстоит пройти по тонкой грани, так как, к примеру, неукоснительное следование принципу консенсуса при принятии важных решений, особенно по мере дальнейшего количественного роста, рискует привести к снижению эффективности работы организации, мероприятия которой едва ли будут выходить за рамки принятия расплывчатых, никого ни к чему не обязывающих заявлений. Решение имеющихся непростых организационных и практических задач предполагает не столько коллективную оппозицию западным валютам и финансовым схемам (это едва ли реалистично), сколько максимальную конкурентоспособность финансово-экономической системы в рамках БРИКС в сравнении с западноцентричной и, соответственно, национальных валют стран-участниц / партнёров объединения.
