Виктория Джэйн Шепсл-Беровна Нудельман, чей отец в Соединённых Государствах Америки назвался Шёрвин Бёрнард Нуланд, тридцать пять лет работает в министерстве иностранных дел. Дважды – заместителем министра. Похоже, скоро её уйдут.
По словам министра иностранных дел СГА Энтони Джона Доналдовича Блинкена, его заместитель по политическим делам дала ему понять, что намерена в ближайшие недели покинуть пост.
Открытым текстом полагаю: когда об уходе подчинённого первым сообщает начальник – не похоже на добровольность. Нудельман в январе в очередной раз была в Киеве, где встречалась с главарями террористической организации "Украина". Она десятилетие назад поддержала этих террористов словом и делом. И сейчас выказала готовность продолжать.
Пресс-секретарь президента Российской Федерации сказал, что Нуланд было бы полезнее применять свои таланты в мирных целях, и напомнил об её роли в перевороте на Украине. Глава пресс-службы нашего МИД сказала: "Да и в целом, я думаю, её личный вклад в подрыв доверия между нашими странами был колоссальным".
Открытым текстом уверен: Нудельман действительно вкладывает душу в разрушение. Хотя бы потому, что сами СГА уже давно не в состоянии развиваться быстрее остального мира и потому стараются его тормозить. Правда, уже и на торможение всего мира их не хватает. Приходится выбирать.
Вторым лицом в МИД СГА скорее всего станет ответственный за индо-тихоокеанское направление Кэмпбелл. Многие считают это признаком смены приоритетов СГА: Европа уходит на задний план, а важнейшей станет работа с востоком Евразии.
Открытым текстом предупреждаю наших нынешних и будущих партнёров: на новом направлении СГА постараются действовать как на прежнем – разделять и разрушать в надежде властвовать. И открытым же текстом спрашиваю: неужто после афганского позора СГА ещё кто-то надеется, что при очередном бегстве их пустят в транспортные самолёты, а если они успеют сбежать заблаговременно, то им позволят воспользоваться наворованным? Что же касается самой Нудельман, то её скорее всего выталкивают, чтобы не напоминала о коллективном преступлении, чьим символом стала.
