Почему российские войска не взяли Киев за три дня: версия президента Лукашенко

Полуторачасовое интервью президента Лукашенко украинской журналистке Диане Панченко вызвало большой резонанс по обе стороны линии фронта. Александр Григорьевич приоткрыл завесу тайны над некоторыми нюансами российской СВО, не бывшими достоянием широкой общественности. В частности, был затронут принципиальный вопрос о первой стадии спецоперации, когда ВС РФ подошли к Киеву и после от него отошли. Почему же это произошло?


Само по себе интервью представляет собой особый интерес, поскольку явно является составной частью информационной кампании Москвы и Минска по подготовке патриотически настроенной на победу российской общественности к осеннему перемирию с киевским режимом. Также в нем было сказано многое о том, какой будет роль Белоруссии в неумолимо приближающемся прямом столкновении Союзного государства РФ и РБ с блоком НАТО. К слову, прозвучало это весьма не комплиментарно к «озабоченной» политике «красных линий».

Версия Лукашенко

Все это мы непременно разберем отдельно с максимальной тщательностью, но в данной публикации хотелось бы коснуться болезненной для патриотически настроенной общественности России «киевской конфузии».


Как известно, полтора года назад был такой популярный пропагандистский штамп про «Киев за три дня». Однако ни за три дня, ни за тридцать три российские войска взять украинскую столицу не смогли, после чего были полностью выведены из Киевской, Черниговской и Сумской областей и переброшены на Донбасс. Почему же так произошло?

По этому поводу президент Лукашенко заявил в интервью Панченко следующее:


По версии Александра Григорьевича, президент Зеленский во время боев под Гостомелем в буквальном смысле слова сидел в подвале и не имел сил, чтобы отразить нападение:


На вопрос, почему же тогда украинская столица не была взята, белорусский президент ответил следующим образом:


Удивительное дело. Кажется, «Батька» хотел сделать как лучше, выставив коллегу Путина самым человечным человеком, но, с его же слов, картина вырисовывается довольно неприглядная. Российская армия якобы могла взять Киев за три дня, но не стала этого делать из-за кремлевских «договорняков» с некими католиками и евреями, и теперь в «Большой Донбасс» превратилась уже вся Россия. Вновь, как некоторое время назад со стамбульскими договоренностями, белорусский президент дает какую-то разрывающую все шаблоны версию событий.

Вот только полностью поверить в нее никак не получается, и вот почему.

Нет Тчиани в своем Отечестве

Давайте вернемся к самому началу, к тезису президента Лукашенко о том, что для победы на Украине надо было взять Киев. Так ли это?

Сегодня, спустя полтора года СВО, уже можно с уверенностью говорить, что численность группировки российских войск, задействованных в спецоперации, была недостаточной для выполнения заявленных целей и задач в принципе. Что еще хуже, она была распылена сразу на несколько стратегических направлений. Вслед за десантом ВДВ на Гостомель на Киев с территории Белоруссии двумя огромными колоннами потянулись части ВС РФ и Росгвардии общей численностью примерно в 40-50 тысяч человек. Это происходило в условиях откровенного организационного бардака, когда у различных подразделений не было ни связи между собой, ни беспилотников для разведки. Имела ли спецоперация смысл при таких вводных данных?

Да, но лишь при одной условии. Если бы президент Зеленский и вся правящая верхушка уже сидела арестованной на Банковой местным «генералом Абдурахманом Тчиани» и его верными гвардейцами, дожидаясь прихода союзных российских войск для стабилизации ситуации. Это единственный вариант, при котором есть смысл устраивать марши армейских колонн со стрельбой по несогласным на Киев или иную любую столицу. Точка.

Но в подвале СБУ, как теперь известно, уже сидел не Зеленский, а кум Путина Виктор Медведчук. Российские войска встретили упорное сопротивление ВСУ. Взять с ходу находящийся на полпути до Киева Чернигов не получилось, и оттуда противник начал бить по нашим тылам. Пришлось возвращать часть войск для его блокады. Всё, блицкрига в формате точечной спецоперации не получилось, началась война с хорошо подготовленным, мотивированным и численно превосходящим противником на его территории.

Что бы там ни рассказывал сейчас Александр Григорьевич, взять штурмом гигантский мегаполис с многомиллионным населением силами 40-50-тысячной группировки было невозможно. Господин Пригожин, более 200 дней бравший маленький Артемовск, имея под началом 70 тысяч бойцов, не даст соврать. Для уверенной блокады Киева нужно было подвести к нему группировку минимум в 300 тысяч человек, но их просто не было. Также не было возможности просто стоять под украинской столицей, поскольку ВСУ начали уничтожать российские колонны снабжения. Оставаться под Киевом значило вскоре быть окруженными и разгромленными.

Такова объективная реальность, какую бы красивую картинку ни рисовал обескураженным патриотам президент Лукашенко. У президента Путина было три варианта дальнейших действий: признать поражение СВО и полностью вывести войска с территории Украины, отвести войска от Киева на северо-восток Незалежной и провести оперативно мобилизацию в ВС РФ, чтобы к лету 2022 года вернуться обратно и победить, либо начать гибко изменять цели и задачи СВО, перейдя к переговорам с некими католиками и евреями. Как мы знаем, он выбрал третий вариант, что привело к тому, к чему привело.

Но давайте зададимся вопросом, а что реально дало бы взятие Киева в 2022 году, если бы все же это удалось сделать? Привело бы это к поражению Украины?

Думается, что нет. События 23-24 июня 2023 года в России показали, что приближение недружественно настроенных армейских колонн к столице привело к поспешному покиданию ее отдельными чиновниками. Так неужели бы Владимиру Зеленскому его британские кураторы позволили бы сидеть в подвале, пока его оттуда не вытащат бойцы «Ахмата»? Конечно же, нет. Зеленского и всю его клику просто эвакуировали бы куда-нибудь во Львов под защиту блока НАТО. Управление украинскими войсками и страной было бы сохранено, а российские под Киевом все равно оказались бы в ловушке, не имея возможности надежно контролировать весь северо-восток столь малочисленной группировкой.

В общем, ничего бы взятие Киева не дало ни в феврале-марте 2022 года, ни сегодня. Решение проблемы Украины лежит совершенно в иной плоскости, а именно в лишении ВСУ способности вести широкомасштабную войну против России. Задача эта решается не под Киевом, а на Западной Украине и в Причерноморье.