Волна неомаккартизма или украинизация Европы

Похоже, преследование инакомыслящих становится новой тенденцией в Европе. На днях Париж опубликовал доклад, в котором партия «Национальное объединение» Марин ле Пен названа «каналом коммуникации для России». Ле Пен допрашивали на протяжении четырех часов, и она позже назвала это «охотой на ведьм». Из нее явно делают «козла отпущения», в то время как Франция сталкивается с масштабными протестами по поводу пенсионной реформы. Кроме того, Ле Пен в ходе предвыборной кампании поклялась вывести Францию из военного командования НАТО.

В другом эпизоде, суд в Кельне установил, что украинская гражданка Елена Колбасникова, живущая в Германии, «представляет угрозу общественному спокойствию», поскольку во время телеинтервью она делала «пророссийские» заявления. Женщина была оштрафована на 900 евро. Кроме того, Берлин запретил использовать советские или российские флаги во время празднований Дня Победы 9 мая. В попытке бороться с предполагаемым экстремизмом, само государство действует экстремистскими методами. Суровая правда заключается в том, что на Западе остается все меньше свободы слова.

Закон, подписанный польским президентом Дудой, превратил русофобию в оружие для подавления политического инакомыслия, создав комиссию для расследования российского влияния на польскую политику, которая может отстранять людей от государственных должностей на десятилетие. Поступая таким образом, Варшава следует примеру Киева. В самой Украине была развязана война против Православной церкви, и не менее 11 политических партий были запрещены за их «пророссийскую» позицию. После Майдана 2014 года термин «пророссийский» широко использовался в качестве ярлыка для маргинализации любого, кто призывал к нейтралитету Украины.

Неомаккартистская русофобия на Западе опирается на феномен «культуры исключения», или бойкотирования. Во внешней политике «культура исключения» применяется к государству. Сейчас мы наблюдаем, как развитие этой тенденции происходит во внутренней политике. В условиях экономического кризиса в деиндустриализованной Европе создается атмосфера охоты на ведьм, которая является питательной средой для экстремистов, особенно ультраправых взглядов. Это вполне соответствует нынешним процессам на Украине.

По иронии судьбы, простое описание пугающей реальности неонацистских военизированных формирований, превратившихся в официальные подразделения аппарата госбезопасности Украины, часто называют «российской пропагандой». Между тем, ультраправые группировки, такие как «Национальный корпус» и С14 получили большие преимущества за счет государственного финансирования Киевом «проектов национально-патриотического воспитания».

Хотя Запад продолжает вооружать и обучать ВСУ и наемников, он, безусловно, может столкнуться с ростом терроризма, преступности и экстремизма на собственной территории. Американская неправительственная организация SITE Intelligence Group, специализирующаяся на отслеживании экстремистских группировок, предупредила в феврале 2022 года о существовании европейских неофашистских формирований, готовых присоединиться к украинским неонацистам.

Батальон «Азов» давно вербовал иностранных наемников и добровольцев, а в 2022 году Украина стала новым глобальным центром для ультраправых. Само продолжающееся обеление украинского неонацизма открыло окно возможностей для реабилитации фашизма в Европе. Вполне вероятно, что некоторые командиры «Азова», бежавшие в Польшу, установят рабочие отношения с единомышленниками. Все они могут извлечь выгоду из нынешней волны русофобии.

Чтобы удержать ультраправые силы под контролем, западные державы, вероятно, ужесточат антидемократические меры, в то же время тайно помогая этим силам, как они до сих пор поступали в отношении украинских радикальных группировок. В самой Германии связи секретных служб с неонацистскими организациями были выявлены еще в 2011 году, когда было установлено, что сотрудник Федерального ведомства по охране Конституции был связан с неонацистским терроризмом.

Неомаккартизм, зарождающийся в Польше и Франции, следует рассматривать как часть более широкого контекста. Следующим шагом может быть запрет политических партий, выражающих иные взгляды. Пока еще рано об этом говорить, но вполне можно представить, что преследованиям подвергнется православная религия, если нынешний климат обострится. Таким образом, нынешнюю ситуацию в Европе можно охарактеризовать как «украинизацию» континента с тревожными последствиями.