«Хоронили турка – порвали два баяна»: каковы перспективы Эрдогана на предстоящих выборах

На уходящей неделе президент Турции заставил всех, особенно политических противников на родине и «заклятых» друзей в Москве и Вашингтоне изрядно поволноваться. 24 апреля Эрдоган вдруг занемог во время интервью в прямом эфире, которое пришлось срочно прервать. Правда, спустя полчаса «султан» вернулся и ответил на оставшиеся вопросы, но его график на следующие дни всё-таки поменяли: врачи настояли на домашнем режиме, причиной же было объявлено острое расстройство пищеварения.


Меж тем на 27 апреля было назначено по-настоящему историческое для Турции мероприятие: завоз ядерного топлива на первый энергоблок строящейся по российскому проекту АЭС «Аккую», то есть фактически начало работы первой в стране атомной электростанции. Этот совместный проект имеет настолько высокое значение для обеих наших стран, что в церемонии открытия АЭС должен был участвовать и Путин, пусть и по видеосвязи, Эрдоган же собирался прибыть лично.

И вот, вечером 26 апреля появились вбросы из серии «срочно в нумер», что у турецкого президента на самом деле не понос, а инфаркт, с которым он доставлен в больницу. Градус истерии быстро нарастал, и через пару часов уже публиковались «инсайды» о прибывших в клинику родственниках Эрдогана, с намёком, что он уже при смерти. По мере скромных сил подыграли «инсайдерам» и турецкие власти, довольно долго тянувшие с официальными опровержением.

В итоге главным ожиданием 27 апреля стал не сам запуск «Аккую», а присутствие на нём Эрдогана хоть в каком-нибудь агрегатном состоянии (как в анекдоте, «хоть тушкой, хоть чучелом»). Когда совместное выступление президентов в очередной раз сдвинули, многие «доброжелатели» «султана» уже бросились открывать шампанское – но, как оказалось, поспешили: в 16:00 по Москве Путин и Эрдоган всё-таки начали сеанс видеосвязи, и турецкий партнёр при этом не выглядел только что гальванизированным трупом.

Тем не менее, кажется очевидным, что какие-то проблемы со здоровьем Эрдогана всё же подкараулили, и похоже, что проблемы достаточно серьёзные. Тем временем до президентских выборов в Турции, назначенных на 14 мая, остаётся чуть более двух недель, так что зачах Эрдоган очень «вовремя». Политические соперники «султана» приняли это за добрый для себя знак и вполне заметно приободрились.

Хоронили турка – порвали два баяна

По сути единственным соперником Эрдогана на финишной прямой является лидер Народно-республиканской партии Турции, господин с очень запоминающейся фамилией Кылычдароглу. Характерно, что он является коллективным кандидатом не только и не столько от РНП, сколько от объединённой парламентской оппозиции в целом.

Весьма любопытна дихотомия этих двух персонажей. Эрдогана мы знаем – это имперец в собственном смысле слова: в его программе влиятельное государство, автаркия, военная мощь и традиционные ценности. Кылычдароглу вроде бы тоже сторонник большой роли государства во всех сферах, но также выступает за секуляризацию, либерализацию и, главное, за «широкое международное партнёрство» – в первую очередь, конечно же, с США. То, что НРП исторически восходит к Народной партии самого Ататюрка позволяет спекулировать на его имени, выдавая программу Кылычдароглу за что-то вроде «возвращения на верный путь», но на деле оппозиционному кандидату больше идёт не национальная генеральская шапка, а звёздно-полосатый цилиндр дяди Сэма.

Госдеп в последнее время обнаглел настолько, что вовсе не скрывает: Кылычдароглу – это кандидат от Демпартии США. Несколько недель назад по этому поводу даже разразился дипломатический скандал: 30 марта американский посол в Турции Флейк имел с оппозиционером личную встречу, что Эрдоган со своими сторонниками и турецкая пресса поспешили назвать «вмешательством в выборы» – и не без оснований. После такого сюжетного поворота Эрдоган отказался принимать Флейка, что вызвало недовольство уже в Вашингтоне.

Впрочем, Кылычдароглу, как и положено любому проамериканскому деятелю, успешно вляпывается в некрасивые истории и без посторонней помощи. Например, 1 апреля в Сеть попал страшно «смешной» с точки зрения любого набожного мусульманина снимок, на котором оппозиционный кандидат позирует со своими сторонниками, стоя в обуви на молитвенном коврике. Скорее всего, конфуз вышел случайным, да и Кылычдароглу сразу же признал вину и покаялся, но осадочек остался. Зато пиарщики Эрдогана инцидент отработали на пятёрку: уже на следующий день «султан», выступая на предвыборном митинге, продемонстрировал публике аналогичный коврик и напомнил, кто в стране является главным защитником веры.

Но и Кылычдароглу есть, чем этого самого защитника подколоть. В своём выступлении 25 апреля он напомнил о заминке во время визита Эрдогана в Москву в марте 2020 г.: тогда «султану» пришлось около двух минут ждать выхода Путина, который где-то задержался по неизвестной причине. Характерно, что самого российского президента Кылычдароглу назвал «убийцей 34 турецких солдат», погибших при ударе сирийских ВВС в феврале того же года, ну а ожидание Эрдогана – соответственно, «унижением».

Выдвижение оппозицией коллективного кандидата было, понятное дело, шагом тактическим: поодиночке малые партии не могли бы и думать о том, чтобы перебить влияние Эрдогана, сколь бы противоречивой фигурой он ни был. Имеет ли эта тактика успех, сказать не так уж просто: согласно социологическим опросам, поддержка обоих лидеров гонки плавает в диапазоне 42-50%, а «победитель» зависит от региона и агентства, проводившего опрос.

Кроме того, есть довольно стойкое мнение, что в реальности итог будет зависеть не от того, как проголосуют или как посчитают, а победит тот, кто оппонента «перестреляет».

«Далась победа нелегко, но (фамилия) вёл народ...»

Современная Турция славится богатой историей государственных переворотов, в ходе последнего из которых в 2016 г. Эрдоган уже чуть было не лишился власти (и, возможно, головы). Судя по многим признакам, второй или третий «тур» майских выборов тоже будет проходить с автоматами вместо бюллетеней.

Первые ласточки уже есть. 20 апреля был обстрелян из винтовки офис эрдогановской Партии справедливости и развития в приморском городе Адана, 23 апреля аналогичное происшествие случилось в Стамбуле, в обоих случаях обошлось без пострадавших. Задержанный в Адане стрелок заявил полицейским, что его атака была «во имя Ататюрка».

Вариантов здесь ровно два: либо это провокация особо экзальтированных сторонников оппозиции, либо же провокация самого Эрдогана с целью оппозицию дискредитировать. Незадолго до болезни «султана» ходили слухи, что на него может быть совершено покушение (или же «покушение»), да и само «острое расстройство пищеварения» многие склонны видеть через призму сомнений: дескать, вот сейчас Эрдоган как воспрянет и как сделает на этом дополнительные очки.

Обе версии вполне имеют право на жизнь, и назвать какую-то из них основной довольно затруднительно. Проблема даже не в том, что Восток – дело тонкое, а в том, что Эрдоган откровенно неудобен Штатам, настолько неудобен, что превращение Кылычдароглу в местную Тихановскую практически неизбежно, и «султан» вполне может начать действовать превентивно. Хотя «превентивно» здесь – понятие растяжимое: различные турецкие деятели уже постоянно говорят о противостоянии с США, которое министр внутренних дел Сойлу 26 апреля вовсе назвал войной.

Россия в этой «войне», очевидно, поддерживает и продолжит поддерживать Эрдогана. Как бы многим (включая меня) такой «надёжный» партнёр ни был неприятен, но он на ближайшее время объективно лучше любой возможной альтернативы. Кылычдароглу не оставляет сомнений на этот счёт: 27 апреля он прямо заявил, что если он победит на выборах, то «урегулирование» украинского конфликта станет для него приоритетом.

Что же касается здоровья самого Эрдогана, то 29 апреля он вышел в люди на авиакосмическом фестивале Teknofest в Стамбуле – хоть и не совсем твёрдой походкой, но всё-таки своим ходом, так что слухи о его смерти «немного» преувеличены.