Монгольский гамбит – как не состоялся проект Великая Монголия
Свободу Маньчжурии!
По степени своего участия во Второй мировой войне Монголия в полной мере заслужила статус великой державы. Тем более что национальный вопрос при этом решился бы сам собой. Однако этому помешала ставка, сделанная Москвой на коммунистов Китая.
В Улан-Баторе, вскоре после капитуляции Японии, вполне обоснованно надеялись присоединить к МНР сопредельную китайскую Внутреннюю Монголию. Разумеется, с советской помощью и с учётом того, что вклад Монголии в нашу общую победу был поистине беспрецедентным (Помощь степей. Монголы – верные союзники СССР в Великой Отечественной войне).
Этот памятник в Парке Победы в Москве – лишь одно из скромных свидетельств монгольского вклада в общую победу
Территория китайской Внутренней Монголии – 1,2 млн кв. км – немногим уступает территории самой МНР (1,56 млн). И этот проект едва не состоялся, хотя мог привести к созданию мощного и реально дружественного соседа, способного влиять и на гигантский Китай.
10 августа 1945 года МНР объявила войну Японии. Оснащенные на 90 % советским вооружением монгольские войска (16 тыс. солдат и офицеров, 128 орудий и миномётов, 32 лёгких танка) были включены в советско-монгольскую конно-механизированную группу Забайкальского фронта, которым командовал маршал Р. Я. Малиновский.
Монгольская народно-революционная армия (МНРА), во-первых, участвовала в боях с японо-маньчжурскими войсками в ходе основной – Хингано-Мукденской наступательной операции советских войск. Точнее, монгольские части нанесли удар из пустыни Гоби в направлении крупного китайского города Чжанцзякоу северо-западнее Пекина.
И во-вторых – провели успешную операцию в оккупированной японской армией Внутренней Монголии. Части Монгольской народно-революционной армии вскоре овладели Чжанцзякоу и многими районами китайской Внутренней Монголии. В ходе боевых действий погибли 72 и получили ранения 125 солдат и офицеров МНРА.
Указами Президиума Верховного Совета СССР (третья декада августа – середина сентября 1945 года) 21 офицер и свыше 400 рядовых этой армии были награждены орденами Советского Союза. Ордена Суворова I степени был удостоен маршал Хорлогийн Чойбалсан (1895–1952), с 1938 года премьер-министр и главнокомандующий Монголии.
Внутреннее дело Внешней Монголии
МНР на международную авансцену вывело 11 февраля 1945 года соглашение СССР, США и Великобритании об условиях вступления Советского Союза в войну с Японией, подписанное на Ялтинской конференции. Оно предусматривало в том числе сохранение «статус-кво» Внешней Монголии (МНР).
Но 30 июня китайский премьер Сунь Цзывэнь в Москве предложил включить МНР в состав Китая в автономном статусе. Эту идею категорически отверг Сталин:
«...Монгольская народная республика не желает быть частью Китая. Если не будет подтверждена независимость Внешней Монголии, тогда мы не будем обсуждать другие вопросы. Тогда давайте прервём переговоры».
Гоминьдановский Китай был крайне заинтересован во вступлении СССР в войну с Японией. Поэтому китайский премьер не стал продолжать дискуссию о МНР, а 14 августа 1945 года, в ходе советско-китайских переговоров о совместных военных операциях против Японии, МИД Китая и СССР обменялись идентичными нотами «О признании независимости Внешней Монголии».
В июле 1945 года в Москву пригласили маршала Чойбалсана. Ему Сталин зачитал проект тех нот. Выслушав, Х. Чойбалсан ответил:
«Да, это то, что мы хотим. Но дружественного сотрудничества с китайцами у нас не будет. В Китае продолжают притеснять монгол во Внутренней Монголии, в Алашане, Ордосе (соседние с Внутренней Монголией районы Китая. – Прим. авт.). Мы предъявим свой счёт китайцам. Мы расскажем всему миру, как они издевались над нами, как они продолжают издеваться над монголами, которые остаются у них».
Маршал Х. Чойбалсан и генерал армии Г. К. Жуков, 1940 г.
Голос народа
Чойбалсан надеялся, что И. В. Сталин после разгрома Японии поддержит объединение «двух Монголий» в единое просоветское государство. Но такой проект не входил в тогдашние планы СССР. В результате по настоянию Москвы монгольские войска, вскоре после капитуляции японских войск, были выведены (сентябрь – октябрь 1945 года) из Внутренней Монголии и некоторых соседних районов Маньчжурии.
А 27 февраля 1946 года в Москве наркомом иностранных дел СССР Молотовым и маршалом Чойбалсаном был подписан новый советско-монгольский договор о дружбе и взаимной помощи сроком на 20 лет, с заявленной возможностью его дальнейшего продления.
До этого, 20 октября 1945 года в МНР состоялся плебисцит о сохранении её независимости: это было предложение Китая. Причём китайские наблюдатели, наряду с советскими, присутствовали в ходе плебисцита в столице и ряде районов МНР.
Как и предполагалось, 100 % его участников проголосовали за сохранение независимости МНР: в плебисците участвовали 97,5 % граждан, имеющих право голоса. Гоминьдану нечего было возразить: 5 января 1946 года Китай официально признал МНР, и 14 февраля они установили дипотношения.
Раздвоение Монголии
В то же время, на случай разгрома войск китайской компартии в войне (1946–1949 гг.) с Гоминьданом, распада Китая или вторжения войск США в континентальный Китай, Москва в конце 1946 года дала добро на пропагандистскую и «смежную» работу Улан-Батора во Внутренней Монголии по её объединению с МНР в статусе автономного района.
Это было подтверждено на переговорах Сталина с Чойбалсаном на сталинской даче на озере Рица 30 сентября – 1 октября 1949 года. Сталин уточнил, что это
«должно быть единое самостоятельное антиимпериалистическое государство, не входящее ни в состав СССР, ни Китая».
Было заявлено, что если, ввиду упомянутых внешних факторов, оно будет создано, СССР окажет ему разнообразную помощь. Но такой проект остался нереализованным. Ибо в Пекине 1 октября была провозглашена Китайская Народная Республика, а США не решились на военное вторжение для спасения гоминьдановского Китая.
Китайские аппетиты
Впрочем, китайские притязания на МНР отнюдь не прекратились. То есть дело было не столько в том, что и тайваньская – с 1950 года – «Китайская Республика» (КРТ) поныне официально считает отторгнутыми от Китая не только Внешнюю Монголию, но и российские Туву, Бурятию, Приморский и Забайкальский край.
В марте 1949 года ЦК ВКП (б) направил делегацию в китайский городок Сибэйпо (тогдашняя резиденция руководства КПК) для переговоров. Руководство китайской компартии подняло вопрос о статусе МНР, но советская делегация заявила, что это не подлежит обсуждению.
Как бы вскользь, тот же вопрос упомянул Мао Цзэдун на переговорах со Сталиным в январе 1950 года в Москве. Сталин же кратко ответил, что, может, целесообразнее обсудить возможность объединения МНР с китайской Внутренней Монголией?
Поэтому совсем неудивительно, что до кончины Сталина о претензиях на Внешнюю Монголию в Пекине как бы забыли. Зато «другой» Китай – Тайваньская республика в феврале 1953 года решила заявить об отказе от упомянутых советско-китайских нот 1945 года о признании независимости Внешней Монголии...
И никакого отката назад от этой позиции официального Тайбэя до сих пор не отмечено.
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
