Новые суда для будущих войн
Концепция корабля-арсенала, десятилетиями считавшаяся маргинальной, вновь выходит на первый план в военно-морской стратегии. Толчком к этому послужил опыт современных конфликтов, где массированные ракетные удары с моря выявили ключевую проблему флотов: ограниченный боезапас даже самых современных эсминцев и подлодок. Американские адмиралы вновь изучают проект плавучей ракетной батареи, способной кардинально изменить баланс сил на море.
Возрождение забытой концепции: от Крекича до наших дней
Идея специализированного судна с огромным ракетным арсеналом родилась в США в конце 1980-х по инициативе адмирала Александра Крекича. Он справедливо указал на низкую эффективность универсальных кораблей в ударных операциях: неся разнородное вооружение, они применяют лишь малую его часть, а их главный недостаток — небольшой запас крылатых ракет. Ответом должен был стать дешевый, слабо защищенный и максимально автоматизированный корабль-носитель, несущий до 500 пусковых установок. Его задача — получать целеуказание от других единиц флота и наносить сокрушительные залповые удары.
Проект был закрыт в 1996 году в пользу амбициозных эсминцев типа «Замволт», однако их дорогостоящая и проблемная история заставила Пентагон вернуться к старой, но простой идее. События последних лет наглядно показали, что плотность и продолжительность ракетного огня часто важнее технологической изощренности отдельного носителя.
«Судно первого удара»: гипотетический облик морского арсенала
Развитие концепции может привести к появлению принципиально нового класса — «суда первого удара». Его цель в гипотетическом конфликте будущего — обеспечить внезапное и тотальное поражение критической инфраструктуры противника: систем ПВО, энергосетей, узлов связи, складов. Для этого требуется корабль с беспрецедентной ударной мощью.
Эксперты предполагают, что такой корабль может иметь гладкопалубную архитектуру с двумя отдельными надстройками-«островами» в носу и корме, между которыми расположен огромный ангар с вертикальными пусковыми установками. Их число может исчисляться сотнями, а боекомплект — включать ракеты всех типов: крылатые, зенитные, противолодочные, гиперзвуковые. Оборонительное вооружение свелось бы к скорострельным системам ближнего радиуса, а защита обеспечивалась бы за счет технологий снижения заметности и разнесенной брони.
Полуподводность и симметрия: революционные решения для выживаемости
Главным отличием такого судна от традиционных кораблей могла бы стать его полуподводность. В опасной зоне корабль, приняв балласт, погружался бы так, что над водой оставались лишь надстройки. Это не мешает пуску ракет, но радикально усложняет задачу для противокорабельных ракет противника, наводящихся обычно на ватерлинию. Дополнительную защиту дает полная симметрия корпуса и надстроек, что сбивает с толку головки самонаведения.
Движительная система также могла бы быть нетрадиционной. Электродвигатели, спрятанные в центральных тоннелях корпуса, позволили бы отказаться от внешних винтов, уменьшив шумность и сделав ход вперед и назад равноценным. Такая компоновка повышает живучесть, защищая силовую установку бронепалубой и рядами ракетных контейнеров.
Хотя подобные проекты пока остаются в области концептов, их потенциальная мощь заставляет серьезно относиться к этой идее. Четыре американские подлодки типа «Огайо», несущие по 154 ракеты «Томагавк», будут списаны к концу десятилетия, что снизит общий залповый потенциал флота. В то же время ракетная мощь вероятных противников США растет. Десять сравнительно недорогих полуподводных кораблей-арсеналов с тысячей ракет каждый теоретически превзошли бы по ударной силе весь надводный и подводный флот США, предлагая асимметричный и экономичный ответ на наращивание группировок ударных кораблей. История военного кораблестроения циклична: простая и дешевая платформа для массированного удара может оказаться более востребованной в будущих конфликтах, чем сложные и уязвимые универсальные боевые единицы.
