Как менялись авианосцы ВМС США: война в Боснии и учения SURGEX

– выдержка из статьи U. S. moves aircraft carrier closer to Bosnia издания CNN. Выпуск от 29 августа 1995 года.

После окончания холодной войны и доктринального шока, испытанного ВМС в ходе реализации «Бури в пустыне» (подробнее об этом можно прочесть в статье «Как менялись авианосцы ВМС США: уроки «Бури в пустыне»), американский военно-морской флот начал активно реформироваться.

В конечном итоге выбора у него не было – с исчезновением ВМФ СССР уже в 1991 году американские боевые корабли лишились всего нестратегического ядерного оружия. Ценность флота была моментально поставлена под сомнение – особо ярые критики ВМС предлагали сократить его состав с 451 корабля в 2–3 раза.

Впрочем, наступала эпоха локальных войн – а вести экспедиционные кампании без поддержки флота было просто-напросто невозможно. Министерство обороны США отвергло самые ярые предложения о сокращении ВМС.

Состав флотских сил хоть и должен был быть урезан, но согласно концепциям, изложенным в доктринально-ревизионерском документе (...From the Sea) от 1992 года, их должно было хватить для одновременного ведения крупных локальных войн на удаленных театрах военных действий (например, с Северной Кореей и Ираком), а также поддержания военного присутствия в ряде регионов земного шара (например, в Африке и на Карибах).

Сам характер тактических задач, стоящих перед флотом, в корне изменился. Больше не было нужды отражать атаки советских ракетоносцев, вести борьбу с подводными лодками и уничтожать ракетные крейсера. Локальные войны требовали развитой противоминной борьбы, ударов по наземным целям в условиях противодействия ПВО, развитой логистики и отлаженных десантных операций.

К моменту начала операции «Обдуманная сила» ВМС США в значительной степени изменили подход к комплектованию эскадрилий авианосцев и используемых ими типов вооружений.

Например, устаревшие штурмовики А-6 Intruder плохо подходили для реалий 90-х годов и постепенно списывались. Организационно флот перешел на качественно иной уровень, сильно отличавшийся от продемонстрированного в ходе «Бури в пустыне».


«Обдуманная сила» примечательна еще и тем, что участие в ней принимали авианосцы еще трех стран: Британии, Франции (2 АВ) и Италии (хотя непосредственно в боевых вылетах участвовали только американские и французские палубные летчики).


– выдержка из статьи Conflict in the Balkans; U.S. and Allies Send More Planes for Possible Strikes in Bosnia издания The New York Times. Выпуск от 12 февраля 1994 года.

Список авианесущих кораблей, принимавших участие в операции «Обдуманная сила»:

▪️ USS «Теодор Рузвельт», тип «Нимиц» (США),
▪️ USS «Америка», тип «Китти-Хок» (США),
▪ «Фош», тип «Клемансо» (Франция),
▪️ «Клемансо», тип «Клемансо» (Франция),
▪️ HMS «Арк Ройал», тип «Инвинсибл» (Британия),
▪️ «Джузеппе Гарибальди», тип «Кавур» (Италия).

Как таковой старт операции начался именно с действий ВМС США: ракетный крейсер USS Normandy нанес удар по 13 югославским объектам ПВО с использованием новейших «Томагавков» Block-III с GPS-наведением и системой TERCOM. Дальше дело было за авиацией…

В небе над Боснией ударные палубные самолеты были представлены F/A-18 Hornet. За одиннадцать дней операции авиация морского базирования совершила 583 боевых вылета и еще 165 патрульных. Самолеты наземного базирования (ВВС США) совершили 774 боевых вылета и 392 патрульных. Помимо этого, участие приняли также самолеты Корпуса морской пехоты наземного базирования, которые, впрочем, не выполняли боевых задач – только патрульные.

На этот раз авиация военно-морского флота выполнила большую часть ударных задач с использованием высокоточного оружия: в основном оно было представлено бомбами с лазерным наведением GBU-24 и ракетами AGM-65 «Маверик». Если в 1991 году самолеты ВМС использовали всего 2 % высокоточного оружия от общего числа сброшенной бомбовой нагрузки, то в 1995 речь шла уже о 90 % – по крайней мере, именно такие цифры были представлены в докладе Института оборонных исследований США спустя 3 года после проведения «Обдуманной силы».

Статистика попаданий, впрочем, сложилась в пользу ВВС, а не флота. Наземная авиация нанесла 618 ударов высокоточным оружием, добившись 374 попаданий (66,6 % от общего числа пораженных целей), ВМС – 98 (26,2 %). Несмотря на изменение состава эскадрилий, палубная авиация так и не смогла добиться 4 самолето-вылетов на один самолет в день – лишь 1,5. В среднем F/A-18 совершали 53 боевых вылета в сутки, что, естественно, совершенно не устраивало командование флота.


Воздушная операция в Боснии вновь подтвердила правильность выводов, сделанных после «Бури в пустыне»: при всех своих преимуществах авианосцы не могут соревноваться в количестве самолето-вылетов с авиацией наземного базирования. Но флот, впрочем, был с ними не согласен, как и с необходимостью внедрения новых типов самолетов, выполненных с применением технологии «стелс»…


– вице-адмирал ВМС США Деннис В. Макгинн.

В начале 1997 года флот запланировал масштабную демонстрацию возможностей авианосцев, связанную с увеличением числа самолето-вылетов – ВМС хотели доказать, что палубная авиация может быть не менее эффективной, чем наземная.

20 июля 1997 года флот начал учения под названием SURGEX (или Revolution in Strike Warfare). За 98 часов авианосец USS Nimitz в лице его авиакрыла (CVW-9) совершил 975 самолето-вылетов. Из этого внушительного количества вылетов 771 (79 %) был ударным (использовались неуправляемые BDU-45), в результате чего на учебные цели было сброшено 1 336 бомб. При этом были использованы исключительно истребители F/A-18. Результаты их работы были просто феноменальными – 4,2 вылета на самолет в день!

Остальные вылеты (21 %) пришлись на самолеты радиоэлектронной борьбы EA-6B Prowler и противолодочные S-3 Viking (которые, впрочем, выполняли роль заправщиков).

ВМС немедленно заявили о невероятном успехе – а еще о том, что такой темп вылетов реально поддерживать в боевых операциях, и вообще он может стать стандартной нормой работы палубной авиации. Естественно, подобные реляции имели мало отношения к реальности – SURGEX проходили в чрезвычайно специфических условиях, которые было бы практически невозможно обеспечить непосредственно на войне.

Во-первых, флот тщательно готовился к учениям, желая показать именно такой впечатляющий результат – уже за 16 часов до старта SURGEX персонал и самолеты были полностью готовы к вылетам. USS Nimitz взял на борт 25 дополнительных летчиков для F/A-18 – со штатным числом пилотов столь интенсивная работа представлялась абсолютно невозможной.

Что особенно важно, основной объем дозаправок в воздухе выполнили летающие танкеры KC-135 и KC-130 Корпуса морской пехоты и ВВС США – на долю «Викингов» и топливных хранилищ самого авианосца пришлась лишь четверть от общего объема заправок.

Логистика стала самым больным местом учений: запасы бомб и топлива были исчерпаны менее чем за сутки, и их пришлось пополнять с корабля снабжения. Палубные команды едва выдерживали напряжение, связанное с чрезмерно высоким темпом вылетов – в среднем на полный цикл обслуживания одного F/A-18 нужно было затратить меньше 1 часа 20 минут.

Но что было особенно важно: ни один боевой вылет за эти 98 часов не превышал радиуса 320 км! По опыту ударных операций в Персидском заливе такая дистанция выглядела практически пистолетной и не имела никакого отношения к реальным боевым действиям.

SURGEX наглядно продемонстрировали, что обеспечить 4 самолето-вылета в день на 1 истребитель, конечно, можно – но бессмысленно. Логистика авианосца не подходила для столь перегруженной боевой работы – требовалось не количество, а высокая эффективность.

Флот демонстрировал очевидные изменения, как в своей тактике, так и стратегии, он трансформировался под новые условия войны на море, однако делал это недостаточно быстро и эффективно.

Требовались новые качественные изменения – но о них мы поговорим следующий раз.