«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Ф. Камп. Марш Французских гренадер против британской пехоты
Статью «Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины мы закончили сообщением о том, что 14 декабря 1812 года маршал Мишель Ней одним из последних в Великой армии Наполеона покинул пределы Российской империи. 1 апреля 1813 года Наполеон издал декрет о присвоении Нею титула князя Москворецкого. А потом возобновились боевые действия.
Кампания 1813 года
В 1813 году армия Французской империи восстала, словно феникс из пепла. В ней уже не было такого количества кавалерии и артиллерийских орудий, но поначалу Наполеон снова побеждал – однако уже без привычного блеска. Победы давались с трудом, и неприятельские армии, избежав разгрома, в порядке отходили, чтобы, получив подкрепление, вступать в новые сражения. Наполеон ещё побеждал, но его маршалы уже терпели поражения.
Кампанию 1813 года Ней начал с битвы при Лютцене, где командовал тремя корпусами. Союзные войска России и Пруссии под командованием Витгенштейна в присутствии Александра I и Фридриха Вильгельма атаковали авангард французов, которым командовал Ней. После подхода основных сил во главе с Наполеоном им пришлось отступить. Из-за отсутствия достаточного количества кавалерийских частей, организовать их полноценное преследование французам не удалось.
В этом сражении Ней получил ранение в ногу. Тогда же погиб стоявший рядом с ним маршал Бессьер.
Потом было двухдневное сражение при Бауцене (на глазах у Наполеона тогда получил смертельное ранение гофмаршал Дюрок). Убедительной победы Наполеона здесь также не получилось.
Победить французам удалось и в грандиозном сражении у Дрездена. Пушечное ядро тогда убило поступившего на русскую службу генерала Моро, который, по настоянию Александра, должен был стать главнокомандующим союзными армиями.
Эти три битвы – при Лютцене, Бауцене и Дрездене, закончились в пользу французов, но победы были неубедительными и давались слишком дорогой ценой. К тому же одновременно с победой у Дрездена французы потерпели поражение у реки Кацбах, где корпус Макдональда был разбит русско-прусской армией под командованием Блюхера. А затем поражением для французов закончилось сражение при Кульме, в котором в плен был взят генерал Вандам.
6 сентября 1813 года у Денневица Ней терпит поражение в бою с пруссаками Бюллова и шведами Бернадота. А затем было страшное поражение под Лейпцигом, в котором контуженный Ней всё же сумел отвести свои войска в относительном порядке. Теперь французы вынуждены были оставить Германию.
1814 год
Месонье. Кампания 1814 года во Франции
В 1814 году Ней получает под командование соединения Молодой гвардии. Здесь уже было много юных солдат, которых насмешливо называли «Мари-Луизами» (по имени жены Бонапарта, которая подписывала указы о новых рекрутских наборах). Ней сражался у Бриенна, Ла-Ротьере, в так называемой Шестидневной войне, при Краоне, Лаоне и Арси-сюр-Об. Это была фантастическая кампания: Наполеон побеждал везде и всюду. Сам он говорил потом, что «надел сапоги 1796 года». Однако многие историки считают, что тогда Наполеон превзошёл сам себя. А серия боёв с 29 января по 2 февраля 1814 года, в которых он одержал победы при Шампобере, Монмирае, Шато-Тьери и Вошане, поставив армию Блюхера (в которой находились русские и прусские корпуса) на грань военной катастрофы, многими считается верхом полководческого искусства Бонапарта.
Но судьба Франции была решена в Париже, который был сдан союзникам Мармоном и Мортье. Об этом подробно было рассказано в статье Первое отречение Наполеона, не будем повторяться. Именно Ней и возглавил группу маршалов, которые после капитуляции Парижа потребовали отречения императора. Он же вместе с Коленкуром и Макдональдом передал Александру I акт отречения Наполеона от престола.
Ней стал одним из тех маршалов, что принесли присягу Людовику XVIII. Покорность Бурбонам, кроме него, выказали такие известные военачальники, как Макдональд, Ожеро, Серюрье, Брюнн, Бертье, Монсей, Виктор, Удино и Мармон. За это Ней был награждён орденом Святого Людовика, получил должности командующего военным округом в Безансона, корпусом королевских кирасиров, драгун, егерей и шевольжеров, стал пэром Франции. Титулы герцога Эльхингенского и князя Москворецкого Ней также сохранил. Однако и Бурбоны, и прибывшие с ними аристократы действительно ничего не поняли, и ничему не научились. И уже очень скоро сохранивший имущество и титулы Ней понял, что остался в глазах высокомерных эмигрантов хамом-мужиком. Он уехал из Парижа в своё имение Кудро. Бывшему адъютанту Октаву Левасеру, навестившему его там, он сказал:
«Я не желаю больше видеть, как моя жена возвращается по вечерам вся в слезах от унижений, полученных ей днем.»
Что же говорить о простых французах?
И эти аристократы почему-то всерьёз рассчитывали на лояльность перманентно оскорбляемых ими Нея и других ветеранов наполеоновских кампаний. И очень удивлялись потом: почему никто не желает защищать их от «Корсиканского чудовища»?
«Полёт орла»
Итак, 1 марта 1815 года Наполеон с горсткой солдат высадился в бухте Жуан и начал свой триумфальный путь к Парижу. Направленный против Бонапарта Мишель Ней перешёл на его сторону.
Обманывал ли Ней Людовика XVIII, когда во время последней аудиенции обещал ему привезти Наполеона в железной клетке? Или он действительно собирался выполнить приказ короля и захватить направлявшегося к Парижу императора?
Следует сказать, что Ней быстро понял: возможности для ареста Наполеона у него минимальные. Не было никаких гарантий повиновения солдат в случае приказа атаковать императора. К тому же на момент встречи Нея с Бонапартом у него (неожиданно) было в два раза меньше солдат, чем у Наполеона. В общем, у самого Нея на тот момент было гораздо больше шансов оказаться в железной клетке. Тому же Левасеру Ней скажет потом:
«Мог ли я остановить движение моря своими двумя руками?»
А полковнику-роялисту Дюбалену он посоветует уехать из армии как можно быстрее, потому что не может обеспечить его безопасность.
Вот таким был итог деятельности всего год назад вернувшихся во Францию эмигрантов.
При этом Ней не бросился в объятия Наполеона. Напротив, при встрече он вручил ему очень жёсткое письмо, в котором излагались условия перехода на его сторону:
«Я присоединяюсь к Вам не из уважения и привязанности к вашей персоне. Вы были тираном моей родины. Вы принесли траур во все семьи и отчаяние во многие. Вы нарушили покой целого мира. Поскольку судьба возвращает вас обратно, поклянитесь мне, что отныне вы посвятите себя тому, чтобы исправить то зло, которое причинили Франции, что вы сделаете людей счастливыми… Я требую от вас набирать армии не более как для защиты наших границ и более не будете выступать с ними для ненужных завоеваний… При этих условиях я не буду препятствовать вашим планам. Я отдаю себя только для того, чтобы спасти мою страну от раскола, который ей угрожает.»
О прежних тёплых и близких отношениях между императором и маршалом не было уже и речи. Дошло до того, что Ней снова уехал в своё имение, и, увидев его в Париже на празднике Майского поля, Наполеон, то ли серьёзно, то ли с издёвкой сказал:
«Я думал, что Вы эмигрировали.»
И лишь в последний момент, уже отправляясь к армии, Наполеон пишет Даву:
«Вызывайте маршала Нея. Скажите ему, что, если он хочет участвовать в первых боях, ему следует прибыть 14 июня в Авен, где будет развернут мой главный штаб.»
Мол, не очень и надо, но если очень хочет – так уж и быть, пусть приезжает, в сторонке постоит.
А кто же из старых соратников находился рядом с Наполеоном в этот момент? Даву, который не проиграл ни одного сражения (и не присягнул Бурбонам после отречения Наполеона), был оставлен в Париже. Массена и Мортье «заболели». Отказался приехать из Баварии пасынок Бонапарта Эжен (Евгений) Богарне. Ожеро сам выражал готовность явиться, но получил приказ отбыть в одно из своих имений, а потом был исключён из списка маршалов (о причинах такого отношения к нему Наполеона будет рассказано в отдельной статье). Изгнанный австрийцами из своего королевства Мюрат предложил Наполеону услуги командующего кавалерией (лучшего из всех возможных) – и не получил ответа. На острове Святой Елены Бонапарт пожалел об этом. Уже достаточно пожилой по тем временам Лефевр (60 лет, как-никак) ограничился поздравлением, но от службы уклонился. Бертье уехал вслед за Бурбонами. Нет оставшихся верными Людовику XVIII Макдональда и Мармона. При Наполеоне находится Сульт: император назначает его начальником штаба. Есть ещё недавно получивший звание маршала Груши – генерал достаточно опытный, исполнительный и бывалый, но не хватавший с неба звёзд, который никогда не командовал армией. В этих условиях Наполеон ещё сомневается, звать ли ему Нея? И Даву в своём письме опускает это оскорбительное «если хочет».
Последняя кампания Наполеона
Французская армия пошла на север, в Бельгию, и началась цепь ошибок и случайностей – вроде бы мелких и незначительных, но имевших большие последствия.
Остаётся в Париже безупречный и ни разу не подводивший Наполеона маршал Даву. И заменить его во время кампании в Бельгии не сможет никто.
В битве при Линьи (16 июня 1815 г.) Наполеон разбил пруссаков: потери противника убитыми и ранеными достигали 20 тысяч, упавший с лошади Блюхер едва не был затоптан конями французских кирасиров. И потерявший его из виду Гнейзенау поменял направление отхода армии: вместо Намюра она пошла к Вавру. Пруссаки оказались гораздо ближе к английской армии Веллингтона, чем предполагалось.
Ней в тот же день наносит поражение англичанам и их союзникам у Карт-Бра. Подчинённый ему генерал Друэ дЭрлон должен был зайти в тыл армии Веллингтона, однако Наполеон разворачивает его и приказывает идти к Линьи. В результате отряд дЭрлона не выполняет задачу, поставленную ему Неем, но не успевает и зайти в тыл уже отошедшей прусской армии. Поэтому, несмотря на большие потери, обе неприятельские армии отступают в полном порядке.
Наполеон разделяет армию: с Неем он идёт против Веллингтона, а Груши поручает преследовать прусские войска Блюхера. И эту ошибку уже не исправить.
Сражение при Ватерлоо
18 июня, в день сражения при Ватерлоо, счёт идёт на часы, но атака французов откладывается из-за прошедшего накануне дождя: по мокрой земле невозможно передвигать тяжёлые артиллерийские орудия. Лишь около 11:30 залпы французских пушек возвестили о начале одного из самых значимых сражений мировой истории.
Замысел Наполеона заключался в прорыве центра английских позиций, но, чтобы заставить Веллингтона ослабить свои позиции там, Наполеон приказывает атаковать хорошо укреплённую ферму Угумон на правом фланге англичан – и снова теряет и силы, и время.
Похожая на замок ферма Угумон. В некоторых источниках утверждается, что она принадлежала семье Виктора Гюго
До 14 тысяч французов на протяжении всего дня яростно штурмовали Угумон, который защищал сводный отряд из 12 тысяч человек – и так и не смогли взять его. В битве за эту ферму был ранен Жером Бонапарт.
Бой за ферму Угумон
Груши слышит канонаду, находясь всего в 18 км от поля боя – гораздо ближе, чем Блюхер. Генералы Жерар и Вандам умоляют его спешить на помощь императору, но Груши педантично исполняет ранее полученный приказ – идёт к Вавру, где находятся лишь арьергардные части прусской армии.
Наполеон приказывает Сульту найти Груши – и тот, вместо 10 или 15 гонцов, которые отправились бы на поиски разными дорогами, отправляет одного адъютанта.
Нею поручено командование атаками на центр и правый фланг армии Веллингтона. Наступление на английские позиции на первом этапе битвы возглавил генерал дЭрлон. Французская пехота, чтобы уменьшить потери от ружейного огня противника, наступала не колоннами, а линиями – и не смогла быстро перестроиться в каре под ударом английской кавалерии. На помощь своим пехотинцам пришла французская кавалерия, завязалась ожесточённая рубка, прорвать позиции англичан и их союзников не удалось. На горизонте в это время показались какие-то войска – и это были пруссаки.
Опытнейший Ней вдруг бросил против английских пехотных каре три кавалерийские дивизии. Но он не «сошёл с ума», как говорил потом Наполеон. Веллингтон, чтобы уменьшить потери от огня пристрелявшейся французской артиллерии, приказал отвести войска на 100 шагов назад. Это движение было принято за отступление. И потому было решено довершить разгром ударом кавалерийских частей. Более того, для третьей по счёту атаки сам Наполеон выделил Нею две резервные кавалерийские дивизии.
Жан Ож. Французская кавалерия при Ватерлоо
Наблюдавший за первой атакой англичанин Шоу-Кеннеди вспоминал:
«Выполненное с прекрасным построением, наступление этой величественной и высоко дисциплинированной кавалерии было чрезвычайно эффектным зрелищем... Начало их атаки было необыкновенно красивым и волнующим.»
Атака следует за атакой, некоторые каре англичан разбиты, но, поскольку французских кавалеристов не поддерживает пехота, они тут же смыкаются.
Джузеппе Рава. Каре английской пехоты при Ватерлоо
Удары английской артиллерии просто убийственны. Под Неем за два часа убиты три лошади (а за день – 5).
Т. М. Чармс. Ней возглавляет кавалерийскую атаку против каре британской пехоты на склонах возвышенности Moн Сен-Жан
Кавалерийские дивизии французов потеряли половину личного состава, но и армия Веллингтона несёт тяжёлые потери, много убитых и раненых. Некоторые части и вовсе бегут с поля боя, кое-кто из этих беглецов добирается до Брюсселя и сообщает о поражении Веллингтона. Первый из корпусов прусской армии (под командованием Бюлова) в это время подходит к деревне Планшенуа, на которую опирается правый фланг французов. Он не может сразу вступить в бой: солдатам требуется отдых, да и для того, чтобы выстроить части в боевом порядке, тоже нужно время. Наконец, около 16:30, он атакует французские позиции у деревни Планшенуа, но Молодая Гвардия отбивает эту атаку. А Ней, наконец, после 18:00, захватил расположенную в центре английских позиций ферму Ла-Э-Сент, и французы подтянули сюда свои артиллерийские части. Кажется, что ферма Угумон на правом фланге англичан тоже вот-вот падёт. Наполеон отправляет в Париж гонцов с известием о победе.
Веллингтон произносит знаменитые фразы: вначале – «Кажется, мы проигрываем сражение», а потом просит «ночь или Блюхера».
Самое интересное, что в 13 км от него – в районе Тюбиза и Халле, в это время находился 17-тысячный корпус принца Фридриха Нидерландского. Веллингтон сам поставил его там – и забыл о нём.
У Вавра Груши сейчас успешно сражается с прусским арьергардом.
А французская гвардия с трудом удерживает Планшенуа.
А. Хортен. Штурм Планшенуа прусской пехотой
Времени у Наполеона не остаётся, и он отправляет в бой Старую Гвардию – два гренадерских и два егерских полка, которые поддерживает Средняя гвардия. Со своими гвардейцами Наполеон идёт до Ла-Э-Сент и передаёт их под командование Нею. Велингтон собирает последние резервы, все части, что у него ещё есть. Это британская гвардейская бригада Мейтланда, пехотные бригады Адамса, Колина Хэллкета, нидерландская бригада Шассе, брауншвейгские части Дитмерса, кавалеристы Вивиана и Ванделёра, три артиллерийские батареи.
Первая колонна гвардейцев опрокидывает 30-й и 73-й британские полки, но её продвижение останавливает бригада Шассе.
Вторая колонна под артиллерийским огнём всходит на плато Мон-Сен-Жан и захватывает батареи.
Жан Ож. Атака Старой гвардии на плато Мон-Сен-Жан
Но в поле нескошенной пшеницы лежат пехотинцы генерала Перегрина Мейтлэнда. Теперь они поднимаются: четыре линии вражеских солдат словно вырастают перед изумлёнными французами. Их залп разом убивает около 300 человек, последовавшая затем штыковая атака обращает егерей в бегство.
Третья колонна французских гвардейцев не выдерживает огня и атаки бригады Адамса и 52-го полка Колборна.
Вид бегущих гвардейцев произвёл тяжелейшее впечатление на французскую армию. Справа в это время нанесли удар подошедшие пруссаки, и, увидев их атаку, Наполеон сказал:
«Как жаль, что я не сжёг Берлин.»
Джузеппе Рава. Прусские «гусары смерти»
Молодая гвардия и два батальона Старой гвардии некоторое время пытались сдерживать наступление пруссаков у Планшенуа, но вскоре вынуждены были отступить. Французские войска охватила паника. Ней встаёт в одно каре, потом – в другое, но остановить отступление не может. Утверждают, что тогда и воскликнул он:
«Неужели не будет мне ни пули, ни ядра?»
А Наполеон в это время находился в каре Старой Гвардии, собранном Камбронном. Он даже попытался встать в строй с мушкетом, но адъютанты при первой возможности посадили его на коня и отправили подальше в тыл. А потом для императора была найдена карета, на которой он уехал в Париж. Каре, в котором он недавно стоял, было расстреляно англичанами – после того, как французы отказались сдаться.
Джузеппе Рава. Последнее каре французской императорской гвардии при Ватерлоо
Роберт Александр Хилингфорд. Генерал Хилл обращается к последнему каре Старой гвардии при Ватерлоо
Согласно красивой легенде, его командир – Камбронн, крикнул тогда:
«Гвардия умирает, но не сдается!»
Однако сам чудом оставшийся живым Камбронн утверждал потом, что сказал всего лишь одно неприличное слово – первое, что пришло ему в голову.
Шарль Эдуард Арман-Дюмареск. Генерал Камбронн при Ватерлоо
В Париже Наполеон сказал встречавшему его Коленкуру, что «армия творила чудеса», но потом войска «охватила паника». И обвинил в поражении Нея, который «вёл себя как сумасшедший» и погубил кавалерию (напомним, что Наполеон фактически одобрил действия Нея, выделив ему для третьей атаки вражеских каре две резервные кавалерийские дивизии).
Ней, для которого так и не нашлось «ни ядра, ни пули», и которому, несмотря на все старания, не удалось показать, «как умирает маршал Франции», покинул поле боя в общей толпе отступающих. Долгое время шёл пешком, потом раздобыл коня и тоже направился в Париж.
В следующей статье мы закончим рассказ о маршале Нее.
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
