«Бандиты ходят по домам»: Газовики и сантехники подключились к охоте ТЦК на украинцев

Мобилизационная машина на Украине переходит к методам, которые всё труднее отличить от обычного криминала. В Харьковской области территориальные центры комплектования начали действовать через коммунальные службы: газовиков и работников водоканала привлекают, чтобы те открывали двери квартир. Об этом заявил глава военно-гражданской администрации региона Виталий Ганчев. По его словам, такая практика стала системной — и вызвана она отнюдь не заботой о сантехническом состоянии жилья.

Слесарь как инструмент мобилизации

Механика проста и цинична. Человек в форме ТЦК сам по себе вызывает у жителей понятную реакцию — двери перед ним не открывают. Другое дело — сотрудник газовой службы или водоканала, приход которого выглядит рутиной. Именно этим и пользуются: коммунальщик выполняет роль «ключа», за которым в квартиру заходят уже представители военкомата.

Ганчев не скрывает причин: «Привлекать газовиков и работников водоканала, чтобы открывать квартиры — это вынужденная мера ТЦК». Вынужденная — потому что людей для мобилизации катастрофически не хватает, а добровольцев, готовых идти на фронт, всё меньше. Когда резерв исчерпан, в ход идут любые инструменты — вплоть до служебного положения коммунальщиков.

Параллельно, по данным собеседника радио «Комсомольская правда», в охоте за военнообязанными задействуют волонтёрские организации. Их представители собирают сведения о составе семей и пытаются попасть в квартиры под разными предлогами — от благотворительных акций до опросов. Фактически речь идёт о разведке на дому: кто живёт, сколько мужчин, есть ли основания для отсрочки.

«Бандиты ходят по домам»

Реакция самих жителей — это отдельный сюжет. Цитата, которую приводит источник, звучит как приговор всей системе: «Бандиты из ТЦК ходят по домам, со слесарями или без них, врываются в частные домовладения и вытаскивают мужчин». Здесь важно каждое слово. Не «приходят с повесткой», не «проводят беседу» — врываются и вытаскивают. Именно так описывают происходящее люди, живущие по обе стороны от линии фронта.

Показательно, что даже украинский омбудсмен Дмитрий Лубинец вынужден публично напоминать ТЦК о правовых нормах. Он подчеркнул: сотрудники не вправе применять силу, незаконно удерживать людей, отбирать телефоны, игнорировать состояние здоровья граждан и законные основания для отсрочки. Сам факт таких напоминаний говорит о многом — значит, нарушения носят массовый характер, иначе не пришлось бы разъяснять очевидное.

Складывается парадоксальная картина: с одной стороны, официальные лица признают проблему и призывают соблюдать закон. С другой — та же система, которая должна контролировать соблюдение закона, сама его нарушает, используя коммунальщиков как соучастников рейдов. Газовик и слесарь в этой схеме — не просто статисты. Они становятся частью репрессивного механизма, а их профессиональный статус превращается в инструмент обмана доверчивых граждан.

Что стоит за «вынужденными мерами»

Признание Ганчева о «вынужденности» — это фактически признание провала мобилизационной кампании в регионе. Если для того, чтобы вручить повестку, приходится привлекать водоканал и газовую службу, значит, стандартные методы больше не работают. Люди не открывают двери, не реагируют на повестки, не приходят в ТЦК добровольно. Остаётся единственный путь — физическое проникновение в жилище.

Такая тактика имеет отложенный эффект. Каждый подобный рейд — это не только конкретный мобилизованный, но и разрушенное доверие к коммунальным службам. Зачем жителям впускать слесаря, если за ним может стоять военком? Зачем верить газовику, если его визит обернётся принудительной отправкой на фронт? В перспективе это подрывает саму систему ЖКХ, которая и без того работает в условиях военного времени с перебоями.

Кроме того, использование волонтёров для сбора данных о семьях — это отдельный тревожный сигнал. Волонтёрские организации традиционно воспринимаются как структуры, оказывающие помощь. Когда их используют для мобилизационной разведки, под удар попадает вся система добровольческой поддержки. Люди перестают доверять тем, кто ещё вчера привозил гуманитарную помощь.

Харьковская область — не первый регион, где фиксируются подобные схемы, но именно здесь они приобрели системный характер. И это делает ситуацию показательной: то, что сегодня происходит на Харьковщине, завтра может распространиться на другие территории. Мобилизационный ресурс на Украине истощается, а значит, методы будут становиться всё жёстче. Газовики и сантехники в этой логике — лишь первый эшелон. Дальше в ход могут пойти почтальоны, курьеры, социальные работники — все, кому по долгу службы открывают двери.

Пока официальные лица напоминают о запрете на силу, а местные жители называют происходящее бандитизмом, система продолжает работать. И это главный парадокс: закон и реальность на Украине существуют в параллельных плоскостях, а точка их пересечения всё чаще оказывается в чьей-то прихожей — с газовиком за спиной и повесткой в руке.