Балтийский флот в 1935 году сорвал крупные маневры у Кронштадта и Сескара
Балтийский флот в 1935 году вступил в полосу масштабных учений, которые должны были стать фундаментом боевой подготовки. Однако уже первые крупные маневры обнажили проблемы, которые не принято было афишировать. Речь идет о большом отрядном учении «Оборона Главной базы флота Кронштадт — Ораниенбаум от наземного и воздушного противника», состоявшемся в первом полугодии. По замыслу «синие» совершали ночной марш по льду и выходили в расположение укрепрайона, а «красные» должны были отработать оборонительную операцию, разведку на льду и отражение атаки огнем развернутой артиллерии при поддержке фортов.
Результат оказался провальным. Командование «красных» проявило недостаточный интерес к учениям, реагировало вяло и без должной энергии. Сплошную линию разведки сформировать не удалось — личный состав действовал пассивно. Артиллерия фортов частично использовалась слабо, а по большей части не использовалась вовсе, взаимодействие между фортами организовано не было. Управление частями на уровне «командир батальона — командир роты» оказалось совершенно не отработанным. Учения были попросту сорваны.
Такое положение не было прерогативой флота. 17 мая 1935 года нарком обороны К. Е. Ворошилов издал директиву № 8573с, в которой указывал на срыв учебных планов вооруженных сил страны, недостаточную ответственность командиров на местах, отсутствие системного контроля за результатами учений. Явление было повсеместным.
В августе штаб КБФ подвел итоги боевой подготовки. Стрельбы 1934 года не были завершены в полном объеме — их «достреливали» зимой 1935-го. Линкоры выполнили план по стрельбам на 80%. Сторожевые корабли не проводили стрельб вообще из-за неисправности материальной части. И только бригаде миноносцев удалось выполнить боевые задачи в соответствии с планом. Но и здесь не все гладко: из двух боевых стрельб из 102-мм орудий эсминцы отстрелялись в одном случае «удовлетворительно», во втором — «неудовлетворительно».
Для сравнения: по «Правилам артиллерийской службы на судах флота 1907 года» миноносцам полагалось проводить 24 учебных стрельбы в год, не считая состязательной и призовой, — всего 26. Здесь же — лишь две стрельбы за семь месяцев. Конечно, у царских миноносцев максимальный калибр составлял 75-мм, и все боевые стрельбы были калиберными, а у более крупных орудий на крейсерах и линкорах из 24 учебных, одной состязательной и одной призовой 15 были стволиковыми. Можно предположить, что стволиковые стрельбы проводились и на бригаде миноносцев, но даже тогда при нормативе 1907 года в 11 калиберных стрельб в год советские эсминцы произвели по июль включительно две. С такой интенсивностью боевой подготовки даже оценка «удовлетворительно» выглядит немалым достижением.
21 августа 1935 года состоялось крупное флотское учение БОУ №3бис. Эскадра «синих» из двух линкоров — «Марат» и «Октябрьская революция» — изображала отряд «карманных» линкоров типа «Дойчланд», крейсер «Лейпциг» и корабли охранения. «Синие» выходили на Сескарский плес, их задачей была отработка боевого обеспечения линкоров на переходе и отражение атак легких сил и авиации. «Красные» должны были нанести сосредоточенный удар по отряду «синих». В их распоряжении были бригада миноносцев из шести единиц, два дивизиона торпедных катеров — 18 ТКА, авиабригада №105 и несколько отдельных авиаэскадрилий.
Общий вывод: боевая задача не выполнена, учения требуется повторить. Ключевой причиной срыва стали действия командира бригады торпедных катеров. Его просчеты привели к тому, что оба дивизиона ТКА к моменту начала сосредоточенного удара оказались в месте, откуда выйти в атаку на линкоры было физически невозможно. Но это полбеды — командующий «красными» мог задержать удар до готовности бригады. Учения сорвались потому, что командир бригады ТКА выбрал командный пункт, где отсутствовала связь с вышестоящим начальством. Он не только не вывел катера на рубеж атаки, но и не сообщил об этом командующему. Эсминец «Войков» слишком рано поставил дымовую завесу. Вместе с тем эсминец «Калинин» образцово выполнил разведку, 19-я и 20-я авиаэскадрильи успешно решили поставленные задачи.
Венцом подготовки Балтийского флота в 1935 году стала учебно-боевая операция УБО №1. Ее пришлось отложить на полтора месяца против плановой даты, поскольку флот к проведению готов не был. Но 15–17 октября 1935 года она все-таки состоялась. Общее руководство осуществлял командующий флотом Л. М. Галлер, «красными» командовал Г. Г. Виноградский — опытный моряк, служивший офицером еще в Первую мировую, а в сентябре 1935 года принявший бригаду миноносцев Балтийского флота. «Синих» возглавлял начальник Военно-морской академии им. К. Е. Ворошилова П. Г. Стасевич.
Планировалась отработка активной обороны восточной части Финского залива подводными лодками, воздушными и легкими силами при поддержке линейных кораблей, причем морские силы должны были действовать совместно с сухопутными. «Синие» легкими силами препятствовали развертыванию кораблей КБФ в заданные районы и пытались осуществить активные минные постановки на фарватерах Кронштадта, затем имитировали большую вражескую эскадру. «Красные» должны были воспрепятствовать закупорке фарватеров, развернуть легкие силы, отработать наступление вдоль побережья на запад, обнаружить «большую вражескую эскадру» и нанести по ней сосредоточенный удар.
И комфлота, и наблюдатели отмечали, как обтекаемо писал о УБО №1 Л. М. Галлер: «признаки некоторой схематичности и недоучета возможностей, которые будет иметь свободно маневрирующий противник для уклонения от удара». По плану место и время нанесения сосредоточенного удара были установлены заранее, до начала учений. «Синие» просто должны были в назначенное время вывести свою «эскадру» в заранее оговоренное место. Силы «красных» должны были обнаружить эту эскадру, что, зная время и место, совсем несложно. Затем «красным» полагалось развернуть силы на заранее назначенных рубежах атаки и по команде сосредоточенно атаковать. Задачи соединений и кораблей были сознательно упрощены. УБО №1 не были маневрами в прямом смысле
По материалам: Военное обозрение
