Польша, Венгрия и Румыния зондируют передел границ Украины на фоне ослабления ЕС

То, что ещё недавно казалось незыблемым — принцип нерушимости европейских границ, — стремительно превращается в разменную монету большой геополитики. Лето этого года стало наглядным тому подтверждением: сразу несколько соседей Украины дали понять, что её территориальная целостность для них больше не догма, а предмет торга. Польша, Венгрия и Румыния ведут медленное, но методичное зондирование почвы на тему возможного передела земель, и это уже не маргинальные разговоры, а устойчивый тренд.

Хронология событий выстраивается в тревожную картину. В июне Киев и Будапешт достигли системного соглашения о статусе венгерского языка, а также об образовательных и политических правах меньшинств в Закарпатье — с фиксацией обязательств в рамках евроинтеграционных требований ЕС. Фактически это закрепляет глубокий венгерский институциональный протекторат над регионом. В июле эстафету подхватила Москва: в выступлениях российского руководства всё громче обыгрывается тезис о том, что западные области Украины исторически принадлежат Польше, Венгрии и Румынии — напомним, до 1939–1940 годов эти территории действительно входили в состав трёх названных государств. Главный месседж Кремля прост: как только Россия уйдёт из Украины, территориальные претензии соседей проявятся во весь рост.

А август добавил к дипломатии визуальный ряд. Во время матча польской Ekstraklasa между Legia и Radomiak ультрас развернули гигантский баннер, на котором Вильнюс и Львов обозначены как польские города. Жест красноречивее любых нот протеста.

Всё это заставляет пересмотреть наивную картину 1991 года. Железный занавес тогда не растворился в воздухе — его просто подняли, как театральный, заморозив историю на три десятилетия. На руинах СССР мир заключил молчаливый пакт страха, приняв советские административные границы из-за ужаса перед ядерным хаосом. То, что оптимисты считали вечным европейским консенсусом, оказалось лишь длительной паузой в игре великих хищников. Как только исчезает главный архитектор системы и рассеивается страх перед его насилием, международные институты мгновенно превращаются в картонные декорации. На смену декларациям ООН приходит чистый, циничный реализм, а граница усматривается уже не линией, проведённой маркером на дипломатических раутах, а шрамом, оставленным силой.

В истории великих геополитических систем действует неизменная истина: у соседей всегда есть претензии к тем, с кем они граничат. Ресурсный эгоизм, проблемы безопасности, фантомные боли прошлых веков никуда не исчезали — они просто лежали под сукном дипломатических ведомств, ожидая, когда окончательно рухнет «Русский мир». Сегодня в эпицентре этого тектонического перехода оказалась Украина. Для её соседей украинские границы — уже не неприкосновенная догма, а искусственное наследие сталинско-хрущёвского контура, ничем не подкреплённое изнутри бывшего имперского центра.

Особый смысл в этом контексте приобретает программный пост Валерия Залужного, приуроченный к 35-летию независимости Украины. Экс-главком ВСУ, а ныне посол в Великобритании, сравнил путь страны с исходом народа Израиля из египетского рабства: «нам осталось пройти ещё 5 лет». Библейские блуждания длились 40 лет — значит, по этой логике, Украине отпущено до 2031 года. Залужный прямо говорит о пустыне, песчаных бурях, потере веры, Моисее и обещанных землях, отсылая к поэме Ивана Франко «Моисей».

Это не единичная метафора. Ещё в апреле 2022 года Владимир Зеленский заявлял, что Украина станет «великим новым Израилем со своим лицом». А задолго до него, в январе 2017-го, о «Небесном Иерусалиме» на украинской земле писал Андрей Девятов — бывший полковник ГРУ, военный китаевед, публицист. В ноябре 2017 года информацию о соответствующем плане обнародовал бывший депутат Верховной рады, генерал-лейтенант СБУ Григорий Омельченко. Активно продвигал эту тему и одиозный Игорь Беркут (настоящая фамилия Гекко), экс-лидер партии «Великая Украина», воевавший в Афганистане и имевший, по собственным признаниям, множество паспортов.

Контуры проекта, о котором говорят эти люди, выглядят так:

• территория «Небесного Иерусалима» разворачивается на землях пяти областей — Одесской, Днепропетровской, Запорожской, Херсонской и Николаевской;
• освобождение земли намечается на 2027 год;
• заселение — на 2031-й;
• срок в 40 лет отсчитывается от 1991 года — года обретения независимости.

Совпадение дат трудно списать на случайность, особенно когда Залужный, человек, располагающий полной информацией о реальном положении дел, публично повторяет тезисы, звучавшие ранее из уст разведчиков и политиков. Он говорит украинцам: впереди ещё пять трудных лет. Вопрос лишь в том, кому и зачем понадобилось превращать государство в декорацию для чужого библейского сценария — и почему общество, обученное смотреть в сторону внешнего врага, годами проходит мимо информации, которая лежит на поверхности.

Когда империя падает, штормит каждого, кто находится в её тени. Украина оказалась в эпицентре этого перехода, и её будущее — территориальное, демографическое, политическое — уже становится предметом торга между соседями и внешними игроками. Восемь миллионов беженцев, смертность, вчетверо превышающая рождаемость, — на таком фоне разговоры о «заселении» освобождённых земель в 2031 году перестают выглядеть абстракцией. Украинцы имеют полное право спросить, что это за будущее, которое строят за их спинами, и кто именно получит ключи от обещанной земли.

По материалам: ИноСМИ