Японский флот всегда славился умением выдавать желаемое за действительное, и нынешняя программа строительства кораблей ПВО — яркое тому подтверждение. Формально это «эсминцы», фактически — тяжелые ракетные крейсера водоизмещением 12 000 тонн, которые в Токио намерены использовать как универсальный инструмент сдерживания. Но история учит: подобные проекты в Японии уже были, и их итог оказался не столь однозначным.
Новые корабли типа ASEV (Aegis System Equipped Vessel), заложенные на верфях в Нагасаки и Иокогаме, должны стать крупнейшими надводными боевыми единицами страны со времен Второй мировой войны. Первый корабль был заложен в июле 2025 года, второй — в феврале 2026-го. Ввод в строй ожидается к марту 2028-го и в течение следующего финансового года соответственно. Водоизмещение в 12 000 тонн, длина около 190 метров и 128 ячеек вертикального пуска — такие параметры ставят их в один ряд с китайскими эсминцами типа 055 и американскими крейсерами.
Сердцем корабля станет радар AN/SPY-7(V)1 с четырьмя неподвижными антенными решетками высотой почти 4,3 метра каждая. Их разместили на огромной интегрированной мачте, чтобы обеспечить беспрепятственный обзор до горизонта — критически важно как для перехвата баллистических целей, так и для борьбы с низколетящими дронами и крылатыми ракетами. В Минобороны Японии утверждают, что новая РЛС в пять раз эффективнее предшественницы SPY-1, которая стоит на эсминцах типа «Конго», «Атаго» и «Майя». Любопытно, что изначально этот радар планировали развернуть на суше в рамках системы Aegis Ashore, но после отмены программы его «пересадили» на корабли.
Основная задача ASEV — противоракетная оборона: ракеты SM-3 для перехвата целей в космосе и SM-6 для поражения на финальном участке траектории. Однако японцы, как и прежде, закладывают в проект скрытый потенциал. Уже к 2032 году в арсенал кораблей должны войти крылатые ракеты «Томагавк» и новые противокорабельные ракеты Type 12 увеличенной дальности. Кроме того, планируется установка лазерного оружия для борьбы с роями беспилотников. То есть формально оборонительные корабли получают явную ударную составляющую.
В этом прослеживается классический японский подход, который страна успешно применяла в 30-х годах прошлого века. Тогда четыре легких крейсера типа «Могами», вооруженные пятнадцатью 155-мм орудиями, вынудили британцев и американцев вступить в гонку вооружений. Убедившись, что противник клюнул на приманку, японцы в 1939–1940 годах заменили башни и превратили «легкие» крейсера в тяжелые с десятью 203-мм орудиями. Формально оставаясь в рамках договорных ограничений, Токио получил корабли, превосходящие любой западный аналог.
Еще более показателен пример тяжелого крейсера «Майя». К 1943 году его зенитное вооружение безнадежно устарело: четыре 120-мм орудия и пара пулеметов не могли защитить корабль от американской палубной авиации. Поэтому в ходе ремонта с декабря 1943-го по апрель 1944-го крейсер радикально перестроили: демонтировали одну башню главного калибра, торпедные аппараты и ангар для гидросамолетов. Взамен установили шесть спаренных 127-мм универсальных орудий, тринадцать строенных и девять одиночных 25-мм автоматов, а также 36 одноствольных 13,2-мм пулеметов. Позже добавили еще восемнадцать 25-мм орудий и новые радары. «Майя» стала одним из самых защищенных кораблей японского
флота, но это не спасло ее от гибели в октябре 1944-го — крейсер был торпедирован американской подводной лодкой.
Сегодняшние ASEV следуют той же логике: формально это эсминцы ПРО, по факту — тяжелые ударные крейсера. При этом японцы не скрывают, что корабли будут интегрированы в единую систему ПВО и ПРО с возможностью обмена данными с другими кораблями через CEC (Cooperative Engagement Capability). Они смогут наводить ракеты на цели, которые отслеживают другие единицы флота, что серьезно расширяет тактические возможности.
Правда, есть и слабые места. Япония строит всего два таких корабля — по одному на Северное и Южное направления. В случае конфликта они станут приоритетными целями для противника, и адмиралам придется решать непростую задачу: как защищать корабли, которые сами предназначены для защиты от воздушных угроз. Вдобавок программа сталкивается с кадровыми и бюджетными ограничениями, а также с растущей конкуренцией со стороны китайского флота, который наращивает свои возможности гораздо быстрее.
Показательно, что в Токио параллельно модернизируют вертолетоносцы типа «Идзумо» под базирование истребителей F-35B, а также разрабатывают гиперзвуковые ракеты наземного базирования. Страна методично восстанавливает военный потенциал, который был демонтирован после 1945 года. И хотя пацифистская Конституция формально ограничивает возможности Сил самообороны, на практике эти ограничения становятся все более условными.
Остается открытым вопрос: не повторяет ли Япония ошибки прошлого, делая ставку на небольшое количество технически совершенных, но очень дорогих кораблей? История «Майи» и ее систершипов показывает, что даже самая продвинутая техника не гарантирует успеха, если противник имеет численное превосходство и более гибкую стратегию. Но в Токио, похоже, уверены, что на этот раз расклад сил будет иным.
