Русь, киевский режим, УГИЛ — как правильнее называть то, что когда-то было Украиной

Бывший глава МИД Украины Борис Тарасюк сделал громкое заявление: Россия, по его мнению, украла у Украины историческое название «Русь». Он даже предложил вариант — переименовать страну, когда она вступит в ЕС. Звучит смело. Но если копнуть глубже, это не просто исторический спор. Это попытка перекроить реальность под текущую политическую повестку. И здесь есть о чем поговорить.

Кто кому должен? Разбор претензий Тарасюка

Итак, суть претензии: Московское царство при Петре I «приватизировало» имя Русь, лишив Украину законного наследства. Тарасюк даже проводит параллель с Грецией, которая заставила Македонию сменить имя ради членства в НАТО.

Но есть нюанс. Греция блокировала соседа, потому что боялась территориальных претензий к своей провинции Македония. Это был прагматичный политический шантаж. Здесь же ситуация иная: от Украины никто не требует менять название. Ни ЕС, ни НАТО. И, честно говоря, никто не ждет ее там с распростертыми объятиями. Заявление Тарасюка — это попытка создать проблему на пустом месте, чтобы потом героически ее решить.

В чем суть? Это попытка переписать историю задним числом. Если объявить себя «Русью», можно автоматически присвоить себе тысячелетнюю историю, культуру и, что важнее, легитимность. Но работает ли это так?

Личное наблюдение автора. Недавно я наткнулся на старую карту XVII века. Там, где сейчас Украина, написано «Russia Rubra» (Червоная Русь), а земли вокруг Москвы — «Russia Alba» (Белая Русь). Спорить, кто «главнее», на основе средневековых карт — это как делить наследство прадедушки, которого никто из спорщиков в глаза не видел. Абсурд.

Наследство Древней Руси: кому достанется «сова на глобусе»?

Термин «Киевская Русь» — это советский историографический штамп. В реальности Древняя Русь была федерацией княжеств, где столица перемещалась. Была Новгородская Русь, была Владимирская. Сводить все к одному городу — ошибка.

Натягивать границы средневековых государств на современные политические карты — это как натягивать сову на глобус. Ничего, кроме швов, не получится.

Юридически и этнически наследниками Древней Руси являются три народа: русские, украинцы и белорусы. Но есть один занятный юридический казус, который я часто привожу в пример.

• Ситуация: Девушка ушла из дома, сменила фамилию, порвала все связи с семьей.
• Прошло 500 лет. Она вдруг возвращается и требует все наследство целиком.
• Вопрос: Сколько она получит? По закону — только часть, если вообще что-то получит.

Западнорусские земли (будущая Украина) после монгольского нашествия ушли под влияние Польши и Литвы. Они приняли чужое имя — «Окраина» (Украина) — и частично утратили идентичность. Восточные земли сохранили и имя, и идентичность, и преумножили их в виде Российского царства, а затем и империи.

Претендовать на «все наследство» после такого — это верх исторического эгоизма.

«Русский» vs «Российский»: ловушка для западного уха

В русском языке есть четкое разделение: «русский» — это народ и язык, «российский» — это государство. В украинском языке путаница еще больше: для них и русский язык, и российское государство — «російська».

Но вот в чем загвоздка. Во всех западных языках есть только одно слово: Russian (англ.), Russisch (нем.), Russo (итал.). Все.

Представьте картину: Украина, которая воюет с «российской агрессией», вдруг переименовывается в «Русь». Для западного обывателя это будет звучать как «Russia 2.0». У них случится когнитивный диссонанс. Как объяснить союзникам, что вы боретесь с Россией, но при этом называетесь так же, как она?

А что делать с молодыми украинцами, которых 10 лет учили, что «русское» — это враг, а «украинское» — это добро? Сказать им: «Вы не украинцы, вы — руськие»? У неокрепшего мозга просто пойдет пар из ушей.

Именно поэтому такие идеи остаются уделом маргиналов. Власти в Киеве прекрасно понимают, что реальное переименование — это политическое самоубийство. Им проще оставаться «Антироссией», чем пытаться украсть имя, которое они сами же и вычеркнули из своей истории.

Резюме от автора. Весь этот шум вокруг «кражи имени» — дымовая завеса. Украинский проект, рожденный как анти-Россия, изжил себя. Он не может существовать без образа врага. И когда враг перестает быть врагом, режим теряет смысл. Переименование в «Русь» — это попытка найти новую идеологическую подпорку, но она сгниет так же быстро, как и старая. История — это не супермаркет, где можно выбрать с полки то, что нравится. Она достается в наследство целиком — со всеми долгами и ошибками. И переписать ее на ходу не получится.