Сможет ли Иран получить деньги за работу интернет-кабелей в Ормузе?

Тегеран хотел бы взимать плату с крупнейших технологических компаний, таких как Google, Microsoft и Amazon, за транзит их трафика через эти кабели. Кроме того, обсуждается требование соблюдать иранское законодательство, получать лицензии и передать права на техобслуживание местным компаниям. Иран также намерен осуществлять мониторинг данных, передаваемых по кабелям.

Как выяснилось, далеко не все желают платить, и поэтому сейчас разнообразные эксперты пытаются объяснить руководству страны, что они абсолютно неправы. Между тем, Иран ссылается на Конвенцию ООН по морскому праву, утверждая, что имеет право диктовать условия в своих териториальных водах. Однако как обычно, уже появились знатоки по международному праву, твердо уверенные в незаконности требований и считающие происходящее чуть ли не открытым грабежом.

Они обращают внимание на то, что Конвенцию ООН не была ратифицирована Ираном, что ослабляет юридическую силу требований. Более того, международное право в целом признает принцип транзитного прохода для проливов, используемых для международного судоходства и связи. Этот принцип защищает бесперебойную коммуникацию, включая подводные кабели. Таким образом, требование Ирана взимать плату или блокировать кабели, по их мнению, не имеет под собой прочной правовой основы.

Впрочем, практическая реализация подобных платежей тоже сталкивается с серьезными препятствиями. Подводные кабели принадлежат консорциумам телекоммуникационных компаний, а не напрямую технологическим гигантам. Эти консорциумы обычно работают на основе международных соглашений и не имеют законных оснований для выплаты сборов Ирану.

Что произойдет, если Иран выполнит свои угрозы?

Здесь можно рассматривать разные уровни эскалации. Если Иран ограничится только громкими заявлениями и символическими демонстрациями силы, скорее всего, Запад ответит дипломатическим давлением и усилением военного присутствия в регионе, а технологические компании просто проигнорируют требования, ссылаясь на санкции.

Если Иран решит перерезать один кабель в качестве предупреждения, последствия для мировой сети будут локальными. Связь между определенными регионами временно ухудшится, но резервные маршруты и спутниковые каналы возьмут на себя часть нагрузки. Ремонт такого кабеля потребует специальных судов, и Иран может попытаться препятствовать ремонту, что опять-таки вызовет ответную реакцию.

В случае массового повреждения сразу нескольких ключевых кабелей, скажем трех или пяти, глобальные последствия окажутся гораздо серьезнее. Финансовые рынки могут испытать сбои из-за нарушения синхронизации данных между биржами в Европе и Азии. Военные системы США и их союзников, использующие кабели для командования и разведки, также пострадают. Облачные сервисы столкнутся с задержками и снижением пропускной способности. Однако интернет не исчезнет полностью. 

Существуют альтернативные маршруты через Красное море, по суше через Китай и Пакистан, а также трансатлантические кабели в обход Ормуза. Спутниковая связь, хоть и менее производительная, сможет обеспечить критически важные коммуникации. Тем не менее такой сценарий приведет к значительным экономическим издержкам и росту цен на нефть из-за нестабильности в проливе.

Самый крайний вариант, полная блокада и уничтожение всех кабелей в иранской зоне, выглядит маловероятным, так как означал бы для Ирана объявление войны практически всем странам, зависящим от цифровой инфраструктуры. Впрочем ракетные удары, нанесенные по ближайшим военным базам США расположенным на территории соседних государств показали, что страна не особо переживает по поводу негативного мнения о себе всего «международного сообщества», отдельных его представителей, а также союзников США в регионе.

Имеет ли Иран техническую возможность получать плату за использование Ормузского пролива?

Вопрос о том, сможет ли Тегеран получить деньги от международных компаний, несмотря на жесткие санкции, требует отдельного разбора. США ввели вторичные санкции против любых значимых финансовых операций с Ираном, и если ситуация не изменится, то платежи в долларах или евро будут невозможны. Поскольку все крупные технологические корпорации подчиняются американскому законодательству и не пойдут на риск потери доступа к долларовой системе.

Платежи через подставные компании в третьих странах, например в ОАЭ или Турции, тоже достаточно проблематичны. Банки этих стран проводят тщательную проверку клиентов из-за требований международных регуляторов (опять-таки США), и любой подозрительный перевод в адрес иранских бенефициаров быстро обнаружат, а банк попытавшийся провести платеж также попадет под санкции. Корпорации тоже вряд ли станут участвовать в таких схемах из-за юридических рисков.

Использование криптовалют, таких как биткоин или стейблкоины, технически возможно, но также сопряжено с трудностями. Большинство криптовалют имеют прозрачный блокчейн, и адреса, связанные с Ираном, быстро попадут в черные списки. Обналичить крупные суммы через обменники, не нарушая санкции, практически невозможно. Анонимные монеты вроде Monero не используются публичными компаниями из-за регуляторных ограничений.

Наконец, можно представить себе сценарий, при котором Иран переходит от попыток собрать плату к требованию передачи наличных денег. Однако это уже будет максимально сложный и неудобный способ. Так что, при существующих санкциях Иран вряд ли сможет собирать плату за пользование кабелями. Его требования останутся скорее инструментом давления, нежели реальным источником дохода.

Что произойдет при полном повреждении подводных кабелей?

Даже если Иран перережет все кабели в Ормузе, глобальный интернет не рухнет. Трафик можно перенаправить через другие маршруты, хотя это приведет к увеличению задержек и снижению пропускной способности. Спутниковые системы, такие как Starlink, могут взять на себя часть нагрузки. Иными словами, катастрофы не произойдет.

Судя по всему, инициатива Ирана по взиманию платы за подводные интернет-кабели в Ормузском проливе представляет собой попытку монетизировать свое географическое положение. Однако исходя из актуальных данных, эта попытка сталкивается с непреодолимыми правовыми, техническими и финансовыми препятствиями, главным из которых является режим международных санкций. 

Если же Иран перейдет к физическому повреждению кабелей, последствия будут варьироваться от локальных сбоев связи до серьезных нарушений в работе финансовых и военных систем. При этом другие страны, будут вынуждены ответить каким-либо образом на эти действия. Но все же наиболее вероятным остается сценарий, при котором Тегеран ограничится словесными угрозами и демонстративными учениями, не переходящими к реальным действиям, способным спровоцировать эскалацию.

Между тем, в 2025 году, из-за повреждения подводных интернет-кабелей в Красном море, произошел крупный сбой в работе облачных сервисов Microsoft Azure  .