Фальсификация русской истории

Введение

Существовал «Лицевой летописный свод» Иоанна IV Грозного (год издания: 1568-1576), созданный по распоряжению царя Иоанна IV Васильевича Грозного в единственном экземпляре для своих детей. В истории мировой средневековой письменности нет литературного памятника, подобного Лицевому летописному своду, как по широте охвата, так и по объёму. В его состав вошли священная, древнееврейская и древнегреческая истории, повествования о Троянской войне и Александре Македонском, сюжеты истории Римской и Византийской империй, а также летопись, освещающая важнейшие события России более четырёх столетий: с 1114 по 1567 год.



К сожалению, и странно, что в нём недостаточно подробно описана многовековая дохристианская история славян, хотя довольно подробно описана древняя история Европы, в частности, Византии, итальянцев (древний Рим), греков (античность: Троя, Александр Македонский...), которых не называли язычниками, как славян, ветхозаветная история иудеев... Возможно, летописный свод позже подвергался правке в романовские времена.

Над книгами Лицевого свода работали митрополичьи и «государевы» мастеровые: около 15 писцов и 10 художников. Свод состоит из около 10 тыс. листов и свыше 17 тыс. иллюстраций, причём изобразительный материал занимает около 2/3 всего объёма памятника. Лицевой (то есть иллюстрированный, с изображением «в лицах») летописный свод является не только памятником русской рукописной книги и шедевром древнерусской книжности. Это литературный, исторический, художественный памятник мирового значения. Неслучайно он неофициально называется «Царь-книга». В современное время издательством «Актеон» Лицевой Свод в 23 книгах был напечатан в репринтном издании и в цифровом виде распространен в интернете.

К сожалению, почти вся история нашей страны охватывает в основном период от зарождения христианства на Руси. При этом дохристианское население будущей России в нашей современной истории, как и в РПЦ, принято называть язычниками, с уничижительным подтекстом. Складывается впечатление, что на историю дохристианской Руси был наложен негласный запрет, в частности, РПЦ и романовской династией.

В то же время почти все ведущие страны мира не стыдятся своей древней истории. Можно вспомнить античные времена (по аналогии можно также называть это периодом язычества) — древние Греция и Рим, которыми гордится вся западная цивилизация, считая античность образцом как в искусстве, архитектуре, так и в юриспруденции. Египет, Иран (бывшие персы), Индия, Китай, Япония, Израиль, да и страны Южной Америки чтут и помнят свою древнюю историю. Для самоидентификации пора пересмотреть официальный подход к нашей древней истории, не стесняясь так называемого периода «древнего язычества». Русская пословица «Иван, не помнящий родства» обозначает человека, не уважающего свою историю, культуру, предков, человека без собственных убеждений и традиций, неблагодарного и безразличного к своим предшественникам. Население страны, преимущественно с такими «Иванами», не имеет будущего.


Во времена Сергия Радонежского (1314(22)-1392), благословившего князя Дмитрия Донского на Куликовскую битву, и великих государей Московских, на основе древней русской ведической веры, имеющей много общего с древнеиндийской историей (русского, так называемого западом, язычества, имеющего многотысячелетние корни), и христианства складывалась Русская Православная Вера, сначала называемая правоверная. Название сложилось от древнеславянских понятий: «Правь» — мир светлых богов, божественный закон, и «Славь» — прославление, любовь к Богу. В XIV–XVI веках оформился цивилизационный проект «Святая (Светлая) Русь».

После победы 18 апреля 1242 года князя Александра Ярославича (Невского) (1221-1263) за православную веру на Чудском озере над немецкими рыцарями-крестоносцами Ливонского ордена (орден просуществовал с 1238 до 1561 года), были очередные войны Руси с Западом. Это войны (1558-1583) против Ливонского ордена (одного из 3-х в то время подразделений Тевтонского ордена (1190-1810, 1834 — н.в.), против Швеции, Польши и Великого княжества Литовского (с 1569 — Речи Посполитой (пол. «Rzeczpospolita» — перевод с лат. «res publica» (дословно — «дело общее» или «вещь общая») — объединённого государства: Королевство Польское и Великое княжество Литовское (кратко: Корона и Литва). Русь устояла, уничтожила Ливонский орден, но не получила выход к Балтийскому морю, который позже обеспечил Пётр I. Запад пытался остановить поступательное развитие Руси.

Созданная Иоанном Грозным «горизонталь власти» – земства, спасли державу. Пока цари, самозванцы, бояре и интервенты делили власть и «шкуру русского медведя», народ самоорганизовался, выставил свои отряды и рати. Русские земские ополчения спасали и воссоздавали именно державу, государственность. Фактически Иоанн IV Васильевич (Грозный) был последним из Рюриковичей, правивших Русью более семи веков.

Официально последним царём (1587-1598) был его сын Фёдор Иоаннович, последний представитель московской ветви династии Рюриковичей, но он был царём лишь номинально, так как был слаб телом, а правил от его имени опекун, боярин, приближённый Иоанна Грозного, Борис Годунов (1585-1598). После смерти Фёдора Иоанновича без потомства и смерти единоличного правителя после него, как преемника престола (1598-1605), Бориса Годунова, добившегося учреждения на Руси патриаршества, независимого от Константинополя, и убийства его сына Фёдора Борисовича, самозванец Лжедмитрий I занял престол.

В России развернулась борьба за власть, сначала захваченную князем Василием Шуйским в 1606 году, позже свергнутого олигархическим боярским временным правительством из 7-ми бояр во главе с Фёдором Мстиславским (так называемая «семибоярщина»), окончившаяся появлением следующего самозванца Лжедмитрия II (Тушинский вор), восстанием Ивана Болотникова, нашествием поляков-католиков и захватом Москвы (1605–1613) — «Смутное время» (фактически до 1618 года).

Династия Романовых и искажение истории русского народа

После изгнания поляков 2-м народным ополчением Минина и Пожарского, освободитель Москвы в октябре 1612 года, князь Дмитрий Пожарский из Рюриковичей Суздальской земли, возможно, был бы лучшим государем, чем Романовы. Но партия бояр-предателей смогла возвести на престол удобного для них, тогда ещё малолетнего, отрока Михаила Романова, ставшего первым царём (1613-1645) из династии Романовых. Из-за того, что Романовы вместе с частью бояр во время нашествия поляков в 1610 году заочно присягнули польскому, тогда ещё королевичу Владиславу (будущему польскому королю Владиславу IV), война полыхала до 1618 года, польские и казацкие формирования разоряли южные области Руси, а шведские наёмники до 1617 года захватили новгородские земли.

Династия Романовых на первых порах была вынуждена считаться с народом. Земские Соборы регулярно собирались. Дальше Романовы последовательно добились независимости от народа, русского общества, святорусской традиции, особенно при Петре I, устранившем Патриаршество в 1721 году, заменив его на административный орган — Синод (синодальный период), восстановленное только в 1917 (1943) году.

После прихода к власти 21 февраля (3 марта) 1613 года Михаила Федоровича Романова, его окружением началось переписывание древней истории Руси. С 1616 года на Руси начали по указу царя повсеместно собирать монастырские документы, представлявшие историческую важность – это были записи, содержащие летописные сведения. Тогда же изымались книгохранилища, библиотеки, архивы… При этом некоторые документы просто уничтожали.

При императрице Анне Иоанновне (1730-1740), правление которой получило название «бироновщина», по имени её фаворита курляндского герцога Эрнста Бирона (из остзейских немецких дворян), в России во всех сферах начали господствовать иностранцы. С их подачи довольно быстро возобладала теория, что изначально «диких» русских цивилизовали иноземцы – якобы в короткие сроки норманны превратили «темную Русь» в могучее государство, чтобы доказать изначальную неполноценность Российского государства и людей, его населяющих. Тогда же началось внедрение в сознание народа идеи, что до и во время якобы «татаро-монгольского ига» русский народ был никчемной, рабской нацией, не игравшей в мировой общественно-политической жизни никакой существенной роли.

В противовес «норманнской теории» западноевропейских историков, развитой немцем Августом Шлёцером, русский историк Василий Татищев (1686-1750) со «Славянской гипотезой» и учёный Михаил Ломоносов (1711-1765) пытались отстоять русскую историю, считая, что государственность восточных славян зародилась ещё задолго до появления на их территории варягов (норманнов), находившихся на ступени ниже политического и экономического развития, в отличие от славян.

Ломоносов выступал с яростной критикой диссертации Миллера «О происхождении имени и народа российского», не стеснялся в выражениях по отношению к Байеру и Шлецеру, выступал против включения последнего в ряды академиков. Но из-за засилия этих немецких историков (Готлиб Зигфрид Байер, Герард Фридрих Миллер, Август Людвиг Шлецер и другие) в Российской Академии Наук того времени, это было малоуспешно. В Российской Академии наук, начиная от её основания в 1724 году, до 1841 года, из тридцати четырех академиков-историков было всего лишь три русских академика. Все остальные — тридцать один академик — были иностранцами, в основном немцами.

Во время Никоновской церковной реформы 1650-1680-х годов при Алексее Михайловиче Романове, а позже и при Петре I, под видом исправления (уничтожения) старых богослужебных книг и установления единообразия ритуалов шла борьба с памятью о древнерусской дохристианской цивилизации.


Цифровые названия русских царей появились только в 1740 году. Первым, к кому было применено числовое обозначение, был объявленный 17 октября 1740 года императором Иоанн Антонович (родители — Анна Леопольдовна, внучатая племянница Петра I, и Антон Ульрих Брауншвейгский), родившийся за 2 месяца до смерти Анны Иоанновны, и который, будучи ещё младенцем, манифестом Анны Иоанновны был провозглашен императором. Он стал именоваться Иоанном III Антоновичем.

Соответствующие цифровые титулы получили и другие цари, носившие одинаковые имена. Когда маленький Иоанн Антонович «взошёл на престол», были отчеканены монеты, на которых новоиспечённый император обозначен как Иоанн III. Так произошло по решению Священного Синода и Правительственного Сената Российской Империи, посчитавшим, что первым «значимым» Иоанном был Иоанн Васильевич (который Грозный). Следовательно, прадед Иоанна Антоновича и брат Петра I, царь Иоанн Алексеевич, это Иоанн II, а сам Иоанн Антонович — Иоанн III.

Осенью 1741 года Иоанн Антонович был свергнут, и в результате переворота на престол взошла Елизавета Петровна, дочь Петра I. Она издала указ о запрете его имени. Монеты с его изображением сначала обменивались, а затем были запрещены. За их хранение отправляли в тюрьму. Сегодня эти монеты стали нумизматической редкостью.


Современная нумерация русских правителей появилась после того, как в своей 12-томной «Истории государства Российского» (первое издание печаталось в 1816-1817 годах) историк Николай Карамзин предложил новое наименование правителей Москвы и Руси с именем Иоанн:

• Князь Московский Иоанн Данилович Калита (1288-1340) — стал Иоанн I (правление 1522(25)-1340).
• Князь Московский Иоанн Иоаннович Красный (1326-1359) — стал Иоанн II (правление 1353-1359).
• Государь и Великий князь всея Руси Иоанн Васильевич Великий (1440-1505) — стал Иоанн III (правление 1462-1505).
• Государь, Царь и Великий Князь всея Руси Иоанн I Васильевич Грозный (1530-1584) — стал Иоанн IV (правление 1547-1584).
• Государь, Царь и Великий Князь всея Руси Иоанн II Алексеевич Романов (1666-1696) — стал Иоанн V (соправитель (1682-1696) года своего брата Петра I (1672-1725).
В итоге Император Иоанн III Антонович Романов (1740-1764) теперь в современной историографии называется: Иоанн VI (правление 1740-1741).

Справка. Иоанн III Антонович (сейчас Иоанн VI) родился 12 (23) августа 1740 в Санкт-Петербурге. Формально царствовал с двухмесячного возраста, 1 год (император-младенец) — с 17 октября 1740 по 25 ноября 1741 года при регентстве Бирона, позже его матери Анны Леопольдовны, племянницы императрицы Анны Иоанновны. Судьба несчастного Иоанна Антоновича была предрешена, ведь Иоанн Антонович, внучатый правнук Петра I, был главной помехой для Елизаветы Петровны и источником новой смуты. Согласно легенде, она взяла его на руки и сказала: «Бедное дитя, ты невинно, но виновны твои родители».

Являясь законным наследником Иоанна V Алексеевича, брата и соправителя Петра I, Иоанн Антонович стал угрозой императрице Елизавете Петровне (правление 1741-1762), дочери Петра I, пришедшей к власти после дворцового переворота, а позже и Екатерине II, также пришедшей к власти после переворота (правление 1762-1796), для их царствования.

С декабря 1742 года Иоанн Антонович с матерью стал узником крепости Дюнамюнде (ныне Даугавгривская крепость) в Риге, потом был в заключении под Рязанью, затем — тайным узником в Холмогорах (возможно, Соловецкого монастыря), позже — Шлиссельбургской крепости около Санкт-Петербурга, где и был убит в возрасте 23 лет охранниками по ранее изданному тайному указу императора Петра III, подтверждённого Екатериной II, при попытке его освобождения подпоручиком Василием Мировичем, несшим там караульную службу, в июле 1764 года.

Страх Романовых перед Иоанном Антоновичем был столь велик, что они вычеркнули его имя из истории. Даже на обелиске к 300-летию дома Романовых, установленного в Александровском саду в 1914 году, не было его упоминания. Одна из самых трагичных фигур российской истории, император Иоанн VI Антонович, как его называют, «железная маска русской истории».

После дворцового переворота в России XVIII века, в результате которого был свергнут и убит император Пётр III (внук Петра I, сын его дочери Анны Петровны и Карла Фридриха Гольштейн-Готторпского из Пруссии), на престол взошла его супруга Екатерина II (урождённая София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская из Пруссии). Россией с тех пор 155 лет, с 1762 года по 1917 год, по факту стала править Гольштейн-Готторпская династия, представители которой по-прежнему продолжали именовать себя Романовыми.

По заказу династии «Романовых» (при Александре I, любимом внуке Екатерины II), придворный историк и писатель-масон Николай Карамзин (1766-1826) создал искажённую «Историю государства Российского», освещавшую период с IX до начала XVII века на основе «норманской теории», утверждавшей, что славяне были неспособны самостоятельно образовать государственность, и которая оказала огромное влияние на историческую науку в России. «Память прошедшего, идея настоящего, предсказание будущего» — писал Карамзин в своей «Истории государства Российского», замечая, что «начало Российской истории представляет нам удивительный и едва ли не беспримерный в летописях случай: славяне добровольно уничтожают свое древнее народное правление и требуют государей от варягов, которые были их неприятелями».

Эта точка отсчета была нужна Карамзину, вероятно, для того, чтобы согласовать начало монархической династии Рюриковичей, а затем и Романовых, с началом русской истории.


С легкой руки придворных историков династии Романовых, Иоанн Васильевич (Иоанн IV) стал «Грозным», или, как его называют в англоязычной среде, «Terrible» (страшный, ужасный), что совершенно не соответствует истинному значению этого названия.

Первый русский царь Иоанн IV Васильевич (правление 1547–1584), получивший при крещении имя Тит-Смарагд-Иоанн Васильевич Рюрик, и при коронации на царство получивший первоначальный титул «Государь и Великий князь всея Руси». Он был сыном великого князя Московского Василия III и его второй жены Елены Глинской, дочери литовского князя Василия Глинского. Примечательно то, что Иоанн IV Васильевич стал первым русским царем, про которого народ начал слагать сказки. Сам, без всякого на то принуждения государственной власти. До этого про царей писали только летописцы, которые, как известно, были людьми далеко не независимыми. Можно привести только две сказки о Грозном — «Иоанн Благочестивый» и «Иоанн Певчий». Убийство, приписываемое Иоанну Васильевичу, своего наследника сына Иоанна — весьма спорный факт. В 1963 году в Архангельском соборе Московского Кремля были вскрыты гробницы Иоанна Грозного и его сына.

Исследования позволили утверждать, что царевич Иоанн был отравлен (предположительно ртутью), как позже и сам царь Иоанн Васильевич. К сожалению, знаменитая картина известного русского художника Ильи Репина (ошибочно её называют «Иван Грозный убивает своего сына»), написанная в 1883-1885 годах, которая на самом деле официально называется «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года», на которой изображён царь, якобы убивший своего сына, явно искажает историю и является клеветой (фэйком), возможно, в угоду существующей в то время власти.

Масонская историография делит царствование Иоанна Грозного на два периода. Первый — до Ливонской войны, когда царь был добрым и ничего не предпринимал без совета умных вельмож, а второй — «ужасный». Вместо того чтобы по совету своего окольничего, воеводы Адашева и «Избранной Рады» (термин, введённый князем Андреем Курбским, ставшим диссидентом, позже сбежавшим в Польшу, для обозначения бояр, составлявших неформальное оппозиционное правительство при Иване Грозном в 1549-1560 годы), идти войной на крымского хана, поддерживаемого турками, с которыми не могла справиться вся Европа, царь начал выводить измену в собственном государстве и возвращать державе Русской её исконные земли и города.

В это время царь стал бороться с боярской оппозицией при помощи созданной им вертикали власти — опричнины (часть Московского государства, выделенная в 1565-1572 гг. царём Иоанном IV Грозным в особый, находившийся в его непосредственном управлении удел, с особым административным аппаратом и особым войском (до 6000 человек), и служившая ему опорой в противостоянии с боярско-княжеской оппозицией) для укрепления своей власти и в борьбе с так называемой «жидовской ересью». Это настроило против него весь масонский западный мир, пытавшийся установить католическое влияние на Русь и распространявший клевету против России и Иоанна Васильевича. Роль и последствия опричнины, как отрицательные, так и положительные, до сих пор оцениваются в современной России и во всём мире неоднозначно. В настоящее время необходимо серьёзное, беспристрастное исследование всей истории жизни и правления Иоанна IV Васильевича Грозного.

Факты

За время правления первого русского царя Иоанна IV Васильевича Грозного территория России увеличилась почти в два раза (с 2,8 млн. кв. км до 5,4 млн. кв. км), к России были присоединены Казанское, Астраханское и Сибирские царства, а также земли ногайцев и часть северного Кавказа. К завершению его царствования Русское государство впервые стало размером больше всей остальной Европы, став мощной мировой державой.

• Было построено более 300 крепостей и новых городов, население России выросло более чем в полтора раза. Было возведено более 40 каменных церквей, основано свыше 60 монастырей.

• С 1-го марта 1564 года на Руси основано книгопечатание, когда было выпущено первое печатное издание на русском языке: «Апостол». Были изданы Степенная книга, Лицевой летописный свод, Судебник, Стоглав, Домострой, были созваны Церковные Соборы в 1547, 1549, 1551, 1553, 1562, 1580 годах. На них были положены основы Церковного и Державного строительства Святой Руси как Третьего Рима и Второго Иерусалима.

• В 1550 году принят новый судебник, то есть свод законов, по которому фактически Россия жила до времен Николая I.

• Впервые в русской истории по указу Иоанна Грозного было положено начало созданию регулярной армии, вооружённой огнестрельным оружием и артиллерией. 1 октября 1550 года было сформировано стрелецкое войско. В честь этого 1 октября в современной России отмечается профессиональный праздник — День сухопутных войск. Английский посол Джайлс Флетчер (англ. Giles Fletcher) в 1588 году писал: «Полагаю, что ни один из христианских государей не имеет такой хорошей артиллерии и такого запаса снарядов, как русский царь...»

• В 2016 году в России, в городе Орёл, который был заложен в 1566 году при Иоанне Грозном как крепость, защищающая южные границы государства, на народные пожертвования к 450-летней годовщине основания города установили первый в России памятник Иоанну Васильевичу Грозному. В городе Александров Владимирской области (бывшая Александровская слобода, где царь уединялся после Москвы) ему был установлен памятник в 2019 году.


Историческая справка.

Святой благоверный Царь-великомученик Иоанн Грозный в 1584 году перед смертью принял великую схиму с именем Иона. В царствование Императора Александра III в лето 1882 от Рождества Христова был прославлен Русской Православной Церковью как местночтимый святой Московской епархии, и это сохранилось в церковных летописях.
Ссылка: Камертон Великой и Святой Руси: святой Царь Иоанн Грозный.

За время своего правления всех казненных Иоанн Васильевич записывал в свой поминальник (синодик), и всего набралось около 4 тыс. человек.

Всего различными историками число погибших оценивается от 4–5 тысяч человек до 15–20 тысяч человек. Советский историк профессор Р. Г. Скрынников писал: «Традиционные представления о масштабах опричного террора нуждаются в пересмотре. Данные о гибели десятков тысяч людей крайне преувеличены. По синодику опальных, отразившему подлинные опричные документы, в годы массового террора было уничтожено около 3000–4000 человек. Из них на долю дворянства (бояр) приходилось не менее 600–700 человек, не считая членов их семей».

При Алексее Михайловиче Романове (1629–1676) «Тишайшем», при котором произошел церковный (т.н. Никоновский) раскол, начатый в 1653–1655 годах в Русской православной церкви. По самым скромным подсчетам, было казнено как минимум около 20 тыс. человек старообрядцев, придерживавшихся традиционных православных обрядов. Монахи Соловецкого монастыря с 1668 по 1676 год, не подчинившись церковным реформам патриарха Никона, держали осаду. Почти все они погибли или были казнены при захвате монастыря царским войском (около 10 тысяч стрельцов). Этот раскол был выгоден Ватикану. Даже Екатерина II высказывалась против патриарха Никона, считала, что он пытался стать Папой Римским от православия и подчинить себе царя. «Триперстие навязано нам греками при помощи проклятий, истязаний и смертельных казней», — говорила она.

*Примечание. При Генрихе VIII Английском Тюдоре (правление 1509–1547), основавшего англиканскую протестантскую церковь, чтобы жениться повторно, были казнены десятки тысяч «еретиков»-католиков. Это не считая более 70 000 человек, повешенных по «закону о бродяжничестве» (в результате политики так называемого «огораживания» — «овцы съели людей», по выражению Томаса Мора, — власть насильственно согнала тысячи крестьян, которые становились «бродягами», со своих земель для пастбищ овец, получая с них шерсть для промышленного производства сукна).
*Примечание. При правлении современницы Иоанна IV Грозного, английской королевы Елизаветы I (правление 1558–1603), последней из династии Тюдор (дочери казнённой Анны Болейн, второй жены Генриха VIII, из-за которой королём была основана англиканская протестантская церковь, независимая от Папы Римского, не дававшего королю развода), было казнено более 89 000 человек, в основном за бродяжничество.

Пуритане (английские протестанты) считали смыслом жизни материальное обогащение, наживу. «Богоизбранностью» оправдывалось богатство одних для материального обогащения и эксплуатации других, бедных. Именно поэтому принятые в Англии законы о бедных, о бродягах поражают своей жестокостью.

* Примечание. В одну Варфоломеевскую ночь (24 августа 1572 года, в канун дня святого Варфоломея), современники Иоанна IV, католики во Франции при короле Карле IX Валуа, убили более 3000 человек, а за 2 недели — более 30 000 гугенотов (протестантов). Результат (опрос CSA, на 2003 год) во Франции: католиков — 62%, протестантов — 2%, мусульман — 6%, индифферентных (безразличных) — 26%.

Один из самых оклеветанных монархов русской истории

Трудно найти в истории масштабную фальсификацию, подобную той, которой подверглась фигура русского государя из династии Романовых, Павла I (1754-1801), правление 4 года и 4 месяца (ноябрь 1796 — март 1801), отца двух российских императоров: Александра I и Николая I. Это ставит его в ряд таких исторических личностей, как Иван Грозный, которые вызывают больше всего ненависти у хозяев западной цивилизации.

Объективную оценку деятельности (1796-1801) императора Павла I дал русский историк В. О. Ключевский. Историк отмечал:


Ключевский писал, что Павел Петрович был первым «противодворянским царем» этой эпохи, а «господство дворянства и господство, основанное на несправедливости, было больным местом русского общежития во вторую половину века». Руководящими побуждениями деятельности Павла было чувство порядка, дисциплины и равенства. Это был своего рода «рыцарь на троне», который пытался восстановить в империи порядок и социальную справедливость.

По сути, император Павел I был первым царём, который пытался сойти с ложного, прозападного пути, который проложили для России Пётр I, «прорубив окно в Европу», и просвещённая Екатерина II. Он планировал вернуть Россию к самобытным политическим структурам. В 1797 году Павел ввёл закон о престолонаследии, который определял принцип первородства, то есть принцип наследования престола старшим сыном, что восстанавливало традиционную в Русском государстве практику, изменённую императором Петром I в 1722 году. За время своего царствования Павел I издал более двух тысяч указов.

1 октября 1754 г. новорожденного Павла отняли у матери, будущей Екатерины II. Его воспитывала императрица Елизавета. Наставником юного наследника был граф Н. И. Панин. После смерти Елизаветы и убийства Петра III, отца Павла, положение впечатлительного и талантливого ребенка мало изменилось. Он по-прежнему жил отдельно от матери. Екатерина не проявляла к нему внимания. Видимо, не любила ребёнка от ненавистного мужа. Когда у Павла родился сын — будущий Александр I, отношения ещё больше ухудшились. Екатерина II отняла у Павла сына и начала воспитывать его сама. Возникло ощущение, что она хочет передать власть внуку, а не сыну. Отрицательное отношение к Екатерине основывалось не только на личных переживаниях и трагедии гибели отца, но на образе действий, поведении матери-императрицы. По мнению Павла, Екатерина была только «дворянской царицей» и полностью зависела от дворянства. Это привело к искажению политической системы Российского государства.

Враги Павла I ещё при его жизни, а после его смерти особенно (стараясь прикрыть своё участие в заговоре и убийстве законного правителя России группой прозападных дворян при полной поддержке Британии), распускали слухи, что он сошёл с ума. Каждый поступок императора дополняли такими подробностями, подтасовками, чтобы представить его больным. В результате дурная слава быстро разошлась по дворянским салонам России, а в Европе её с удовольствием подхватили. На Западе всегда с особенной радостью воспринимали любые дурные известия из России, перевирали факты (это не изменилось и в настоящее время). Так сложилась ситуация, что даже сейчас для большинства обывателей император Павел — это «дурачок на троне», царственный сумасброд или «сумрачный и подозрительный тиран», душивший любые проявления свободы.

При императоре Павле I мирным путём в состав России вошли восточная Грузия, Аляска и Алеутские острова. Павел I собирался «противиться всевозможными мерами неистовой французской республике, угрожающей всей Европе совершенным истреблением закона, прав и благонравия».

После захвата Наполеоном Мальты, которой Павел покровительствовал, став магистром Мальтийского ордена, и которую он был намерен объявить российской губернией и устроить там военно-морскую базу (осуществить эту затею он не успел), Павел позволил втянуть себя в ненужную войну с Францией.

Нередко Павла Петровича критикуют за крутой поворот во внешней политике, вызванный предательством союзников-австрийцев (которые буквально «выставили» Суворова из Италии, фактически направив его армию в Альпийскую ловушку, предварительно выведя из Швейцарии свои войска), заставившем его заключить союз с Наполеоном. А особенно за планы совместного российско-французского похода России в Индию, имевшим целью нанести удар по Британии.

«Индийский поход» Государя некоторые современники и историки характеризуют как «безумие», однако искушенный в военных делах Наполеон был совершенно иного мнения. Убийство Императора Павла I привело в ярость Наполеона, который, небезосновательно видя в этом преступлении «английский след», позже констатировал: «Смерть Императора Павла I спасла Англию». «…В поступках его было что-то рыцарское, откровенное…»; «Русский Дон-Кихот» — писал о Павле I Наполеон.

Поэтому стоит с большой осторожностью относиться к оценкам личности Павла. Очевидно, что Павел I не был сумасшедшим, хотя некоторые симптомы невроза у него проглядывались. До того, как тяжелая жизнь подорвала его душевные силы и стала вызывать частые периоды раздражения, это был благородный человек.

В сфере религии Павел I проявил себя терпимым и добрым человеком. Он прекратил преследования христиан-старообрядцев, которые, несмотря на тяжелые репрессии, сохраняли самобытность русского пути. Павел стал возвращать церкви отобранное имущество, имения. Частично им вернули права и привилегии. В первую очередь это касалось монастырей.

Большое значение имел тот факт, что Павел Петрович собирался быть народным царем. Ещё до восшествия на престол, в 1776 году, он писал:


Закон один для всех и все равны перед ним», Павел I.

Павел был радетелем за общее, правое дело. Жалованная грамота Екатерины II дворянству от 1784 года, которая создавала привилегированное положение дворян не только в личных правах, но и в местном управлении, была Павлом существенно ограничена. Павел I хотел провести в России реформы, чтобы дворяне владели землей, но за это служили государству, а не кутили в кабаках. Павел I ввёл серебряный стандарт российского рубля, уменьшил в десять раз расходы на содержание императорского двора. Павел пытался сокрушить сословные привилегии, восстановить правду и законность в Российском государстве. Понятно, что узкая группа высшей аристократии, привыкшая паразитировать на народе, этого простить государю не могла. Он стал её врагом.

Павел I с большим уважением относился к крестьянству, понимая его значение для России. В своём «Наставлении к детям» он отмечал, что крестьянство содержит своими трудами все прочие части державы, поэтому оно «особого уважения достойно». В 1797 году император Павел запретил продажу дворовых людей и крепостных без земли, провозгласил Указ об ограничении барщины. Он запретил заставлять крестьян работать по праздникам. Казенные крестьяне получили самоуправление, по 15 десятин земли, им простили 7 млн. недоимок. Он понял весь негатив от крепостного рабовладения в масштабах государства. «Человек, — писал Павел, — первое сокровище государства», «сбережение государства — сбережение людей» («Рассуждение о государстве»); «крестьянство содержит собою все прочие части общества и трудами своими особого уважения достойно и утверждения состояния, не подверженного нынешним его переменам» («Наказ»).

Таким образом, Павел Петрович был сторонником ограничения крепостного права и ликвидации злоупотреблений, и сам подал пример рачительного отношения к основному сословию страны, разрешил крестьянам жаловаться на помещиков, отменив запрет на жалобы и прошения к верховной власти, введённый в 1767 году Екатериной II. Павел I озаботился устройством медицинских учреждений, которыми все нуждающиеся в помощи могли пользоваться бесплатно, став пионером оказания бесплатной медицинской помощи населению России. Одновременно Павел пытался ликвидировать «распущенность», «разврат по службе» и непорядки дворянства. То есть ликвидировать катастрофическую социальную несправедливость, которая появилась в XVIII столетии между дворянством и крестьянством (фактически были сформированы два «народа»: «европейцы»-дворяне и крестьянская масса).

Была введена строевая подготовка по прусскому образцу в армии, но в Пруссии в то время действительно были хорошие солдаты, а в армии дисциплина нужна. Так называемый «прусский шаг» (распространенный в Пруссии после 1740 года) был введен императорским указом Павла I. Строевой (печатный) шаг, которым и по сей день марширует наша армия, Китай с Северной Кореей от нас переняли, а Украина в 2021 году от него отказалась. На наших парадах чеканят шаг, а на параде во многих армиях идут прогулочным маршем, на параде англичан с их семенящим шагом кажется, что солдаты вышли на легкую прогулку. Павловская форма для всех родов войск и флота, кроме гусар и кавалергардов, приобрела темно-зеленый защитный цвет.

Были введены шинели, которые сменили в 1797 году прежние простые плащи-епанчи и спасли множество русских солдат в последующих войнах, когда русская армия смогла вести успешные боевые действия в холодное время года, долго не уходя на зимние квартиры. Павел I провёл реорганизацию артиллерии русской армии, превратив её в бога войны, которая сыграла решающую роль после его смерти, в войне 1812 года. Много он сделал для улучшения условий службы нижних чинов, впервые ввёл для них награды, одновременно ужесточив квалификационные требования к офицерам русской армии. В течение своего царствования им было отправлено в отставку 7 фельдмаршалов, 333 генерала (из 500), 2261 штаб-офицеров и обер-офицеров. Павел I — основатель фельдъегерской службы в России, то есть воинского формирования связи. Он изменил отношение к полковым знамёнам, сделав их святынями с особым ритуалом присяги знамени, а не просто табельным имуществом, как было раньше.


Как концентрированная история, величественный памятник «Тысячелетие России» был воздвигнут в Новгороде в 1862 году в честь тысячелетнего юбилея летописного призвания варягов в 862 году (прибытие Рюрика в Великий Новгород). Общая высота памятника составляет 15,7 метров. Первый верхний ярус состоит из двух фигур. Ангел с крестом в руке символизирует православие, а коленопреклоненная женщина – олицетворение России. Эти фигуры находятся на шаре-державе, которая украшена орнаментом из крестов и опоясана надписью «Свершившемуся тысячелетию государства Российского в благополучное царствование Императора Александра II лета 1862». Многие персонажи, которые во время Александра II были им утверждены и были сочтены достойными увековечения, сегодня вызывают яростные споры. Строительство памятника обошлось в 500 000 рублей того времени.

Примечательно, что на памятнике нет фигуры одного из основных создателей русского государства — Иоанна IV Васильевича (Грозного), хотя на памятнике есть Анастасия, первая жена царя Иоанна Грозного, и государственные деятели периода его правления.

Кроме того, там отсутствуют его отец — великий князь Московский Василий III (правление 1505–1533), Государь всея Руси, который положил конец системе удельных княжеств, и при котором к Москве были присоединены Псков (1510), Волоцкий удел (1513), Рязанское (1521) и Новгород-Северское (1522) княжества, и сын — царь Фёдор Иоаннович со своим соправителем, приближённым Иоанна Грозного — боярином Борисом Годуновым. Также отсутствуют: императоры Иоанн VI Антонович, оболганный Романовыми Павел I, императрицы Анна Иоанновна и Елизавета Петровна. Нет адмирала Ушакова, князя Меньшикова, первопроходцев Дежнёва, Хабарова и так далее.

На среднем ярусе монумента содержится 17 фигур высотой около 3 метров, начиная с князя Рюрика в остроконечном шлеме с остроконечным щитом с надписью «ЛЕТА STO» (в древнеславянском (византийском) исчислении или «Лета 6370» в цифровом летоисчислении), с которым традиционно связывается начало русской государственности. Из них 6 основных фигур символизируют шесть эпох истории Русского государства, согласно официальной историографии того времени.

Князь Владимир с крестом смотрит на юго-запад, в сторону Византии: оттуда он принес на Русь христианство. Царь Пётр I — на север, на основанный им Петербург. Михаил Фёдорович Романов в композиции «Венчание на царство» с Дмитрием Пожарским и Козьмой Мининым смотрит на запад: туда русское народное ополчение в 1613 году прогнало польских и шведских интервентов. Князь Дмитрий Донской — на юго-восток, на Орду: туда ушли побеждённые монголы. Царь Иван III — на северо-восток, на Москву, прежнюю столицу. Князь Рюрик должен был бы смотреть на Новгород, куда его призвали княжить, но в Новгороде он уже на памятнике, поэтому его взгляд устремлён на юг, на второй по значению древнерусский город — Киев.

В нижней части монумента расположен фриз, на котором помещены горельефы 109 исторических деятелей, воплощая идею опоры самодержавной власти на общество «в лице его славнейших представителей», состоящих из четырёх групп.


Государственные люди

1. Ярослав Мудрый. 2. Владимир Мономах. 3. Гедимин, великий князь Литовский. 4. Ольгерд, великий князь Литовский. 5. Витовт, великий князь Литовский. 6. Иван III, великий князь Московский. 7. Протопоп Сильвестр, политический деятель времен Иоанна Грозного. 8. Анастасия Романовна Захарьина-Юрьева, первая жена царя Иоанна Грозного. 9. Окольничий Алексей Адашев, политический деятель времен Иоанна Грозного. 10. Патриарх Гермоген. 11. Отрок Михаил Романов. 12. Патриарх Филарет. 13. Царь Алексей Михайлович. 14. Дипломат Ордын-Нащокин. 15. Боярин Артамон Матвеев. 16. Петр I Великий. 17. Князь Яков Долгорукий. 18. Тайный советник Иван Бецкой. 19. Екатерина II. 20. Государственный канцлер Безбородко. 21. Князь Григорий Потемкин. 22. Князь Кочубей. 23. Александр I. 24. Граф Сперанский. 25. Генерал-фельдмаршал Воронцов. 26. Николай I, император Российский.

Военные деятели и герои

1. Святослав Игоревич. 2. Мстислав Удалой. 3. Даниил Галицкий. 4. Довмонт, псковский князь. 5. Александр Невский. 6. Князь Кейстут. 7. Дмитрий Донской. 8. Михаил Тверской, князь. 9. Даниил Холмский, воевода. 10. Михаил Воротынский, князь, полководец времен Ивана Грозного. 11. Даниил Щеня, князь, воевода. 12. Марфа (Посадница) Борецкая. 13. Ермак Тимофеевич, казачий атаман. 14. Михаил Скопин-Шуйский, князь, государственный и военный деятель. 15. Дмитрий Пожарский, князь. 16. Авраамий Палицын, келарь Троице-Сергиевой лавры. 17. Богдан Хмельницкий. 18. Кузьма Минин. 19. Иван Сусанин. 20. Борис Шереметев, фельдмаршал. 21. Михаил Голицын, генерал-фельдмаршал. 22. Петр Салтыков, генерал-фельдмаршал. 23. Граф Бурхард Миних. 24. Алексей Орлов. 25. Петр Румянцев. 26. Александр Суворов. 27. Михаил Барклай-де-Толли. 28. Михаил Кутузов. 29. Адмирал Сенявин. 30. Матвей Платов, войсковой атаман. 31. Пётр Багратион, князь. 32. Дибич-Забалканский И. И., генерал-фельдмаршал. 33. Лазарев М. П., адмирал. 34. Паскевич И. Ф., генерал-фельдмаршал. 35. Корнилов В. А., вице-адмирал. 36. Нахимов П. С., флотоводец, адмирал.

Просветители

1. Святой Кирилл. 2. Святой Мефодий. 3. Княгиня Ольга. 4. Князь Владимир. 5. Святой Авраамий. 6. Антоний Печерский, основатель Киево-Печерской лавры. 7. Феодосий Печерский, основатель Киево-Печерской лавры. 8. Святой Кукша, иеромонах Киево-Печерской Лавры. 9. Нестор-летописец. 10. Кирилл Белозерский, основатель монастыря. 11. Стефан Пермский, епископ. 12. Алексий, митрополит Московский. 13. Сергий Радонежский, игумен. 14. Петр Могила, митрополит Киевский. 15. Иона, митрополит Киевский. 16. Макарий (1482-1563), митрополит Московский. 17. Св. Варсонофий, архиепископ Тверской. 18. Святой Савватий Соловецкий. 19. Зосима Соловецкий. 20. Максим Грек, писатель, богослов. 21. Гурий, архиепископ Казанский. 22. Константин Острожский, князь, полководец. 23. Патриарх Никон. 24. Федор Ртищев, боярин. 25. Дмитрий, митрополит Ростовский. 26. Св. Тихон Задонский, епископ Ладожский, Воронежский. 27. Св. Митрофаний Воронежский, первый епископ Воронежский. 28. Григорий Конисский, архиепископ Белорусский. 29. Феофан Прокопович, архиепископ Новгородский. 30. Платон, митрополит Московский. 31. Иннокентий, архиепископ Херсонский и Таврический.

Писатели, художники и композиторы

1. Михаил Ломоносов. 2. Денис Фонвизин. 3. Александр Кокоринов, архитектор, ректор Академии художеств. 4. Гаврила Державин. 5. Федор Волков, создатель первого русского театра. 6. Николай Карамзин. 7. Иван Крылов. 8. Василий Жуковский. 9. Николай Гнедич, поэт, переводчик Гомера. 10. Александр Грибоедов. 11. Михаил Лермонтов. 12. Александр Пушкин. 13. Николай Гоголь. 14. Михаил Глинка, композитор. 15. Карл Брюллов, художник. 16. Дмитрий Бортнянский, композитор.

Примечание.

На Руси вплоть до петровских времен для написания чисел использовалась церковнославянская (или византийская (греческая)) система, когда каждому числу назначалась определенная буква алфавита. STO — это не слово, а число. Для того чтобы читающий не путался, где букву нужно читать как число, а где нет, «цифровые буквы» стали обозначать титлом — горизонтальной волнистой или зигзагообразной черточкой над буквой. Такое титло могло помещаться как над каждой буковкой, так и быть общим для группы букв. Для обозначения сотен и десятков использовались буквы славянской азбуки кириллицы, отличные от тех, что обозначали единицы:

первый знак «S» (зело) — 6 (а вместе со значком — 6 000);
второй знак «Т» (твердо) — 300;
третий знак «О» (он) — 70.

Итого, надпись STO означает - 6370 год от основания мира, согласно «Повести временных лет», то есть в нашем нынешнем понимании - 862 год от рождества Христова. Пётр I "зачистил" историю Руси, вычеркнув из неё 5508 лет. С 1 января 1700 года было изменено древнеславянское летоисчисление от Сотворения Мира в Звёздном Храме (С.М.З.Х.) на западноевропейское, от Рождества Христова (от Р. Х.). 7208 год по российскому церковнославянскому исчислению, стал 1700 годом от Рождества Христова (как иногда говорят: «нашей эры» или н.в. («настоящее время»).

Своеобразную оценку русской истории создал историк-украинофил Николай Костомаров (1817–1885), один из сподвижников Кирилло-Мефодиевского братства. Это была тайная политическая антикрепостническая организация в Российской империи, созданная в Киеве Н. И. Гулаком, Н. И. Костомаровым и В. М. Белозерским в январе 1846 года. Целью организации было создание славянских демократических республик и образование их союза (федерации), центром которого должен был стать Киев. Участники общества были арестованы весной 1847 года, обвинены в государственном преступлении и подвергнуты различным наказаниям.

Костомаров, просидев год в Петропавловской крепости, был «переведён на службу» в Саратов и отдан под надзор местной полиции. Тяготевшее ещё над Костомаровым запрещение педагогической деятельности было снято по ходатайству министра народного просвещения Е. П. Ковалевского, и в ноябре 1859 года он был приглашён Петербургским университетом занять кафедру русской истории на освободившуюся должность. «С другими европейскими народами можно достигать цели человеколюбивыми способами, а с русскими не так: если б я не употреблял строгости, то бы уже давно не владел русским государством и никогда не сделал бы его таковым, каково оно теперь. Я имею дело не с людьми, а с животными, которых хочу переделать в людей». Это спорное изречение Николай Костомаров, член Кирилло-Мефодиевского братства антимонархической направленности, приписывает Петру I.

Главным трудом его жизни была «Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей», настоящий «канон» русофобских интерпретаций нашей древней русской истории, к которым те или иные публицисты прибегают по сей день. Эта книга Костомарова, красиво изданная, в частности, издательствами «Око» и «Эксмо» (2009 год), была чрезвычайно популярна в качестве подарков за хорошую учебу, призов на олимпиадах, сюрпризов умным детям на дни рождения. Между тем, еще при жизни Николая Ивановича его умение давать пристрастные, неприязненные, порой клеветнические характеристики русским героям вошло в предания.

Его постоянный оппонент – историк Михаил Петрович Погодин (1800-1875), выпустил книгу «Борьба не на живот, а на смерть с новыми историческими ересями», где собрал и опроверг характеристики, даваемые Костомаровым русским историческим деятелям. Там он приводит, в частности, целый каталог оскорблений, которыми припечатал Костомаров героев русской истории. Его деятельность была подчинена пропаганде главной идеи его жизни – украинофильства, противопоставляя южных славян всем российским. К сожалению, у него нашлись последователи "украинства" такие, как Грушевский Михаил Сергеевич (1866-1934), украинский историк, общественный и политический деятель, нанёсший много вреда России со своей десятитомной «Историей Украины-Руси» (I том издан во Львове в 1898 году).

«Истинная любовь историка к своему Отечеству может проявляться только в строгом уважении к правде», — написал Костомаров уже в зрелом возрасте. По понятным причинам у Костомарова не было возможности рассмотреть весь «иконостас» современных поборников «украинской Украины» — Мазепа, Бандера, Шухевич, однако один из названных «столпов» был историком подробно рассмотрен. Тяжело больной, 60-летний учёный с трудом дописал свою работу о гетмане-изменнике, и будь Костомаров тем «украинским националистом», каковым представляют его иные почитатели, под его пером возник бы принципиально иной облик Мазепы. В итоге он осознал, что «оказывается, что русская народность не едина; их две, а кто знает, может быть, их откроется и более, и тем не менее они — русские… Очень может быть, что я во многом ошибся, представляя такия понятия о различии двух русских народностей, составившияся из наблюдений над историей и настоящей их жизнию».


Положительно относились к норманской теории российской истории в соответствии с государственной политикой династии Романовых того времени некоторые известные дореволюционные русские историки, в том числе:

Соловьев Сергей Михайлович (1820-1879), с фундаментальным трудом в 29 томах — «История России с древнейших времен», один из крупнейших представителей московской исторической школы середины XIX века, основоположник (наряду с современником Константином Кавелиным) отдельного направления в российской историографии — так называемой «государственной школы».

Ключевский Василий Осипович (1841–1911), написавший «Курс русской истории» из 86 лекций, профессор Московского университета, академик Императорской Санкт-Петербургской академии наук (по истории и древностям русским) (1900), председатель Императорского Общества истории и древностей российских при Московском университете. Его изречение: «История не учительница, а надзирательница (magistra vitae — наставница жизни): она ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков».

Погодин Михаил Петрович (1800-1875), историк, публицист, писатель, общественный деятель, академик (с 1841), хотя и метавшийся между норманской и славянской теориями российской истории, но был близок к славянофилам, и другие.


Династия Романовых. На фото слева направо: Михаил Фёдорович (1613-1645), Алексей Михайлович (Тишайший) (1645-1676), Пётр II (1727-1730), Екатерина I (1725-1727), Анна Иоанновна (1730-1740), Екатерина II (Великая) (1762-1796), Александр I (1801-1825), Александр II (1855-1881), Николай II (1894-1917), Александр III (1881-1894), Николай I (1825-1855), Павел I (1796-1801), Пётр III (1762-1762), Елизавета Петровна (1741-1762), Пётр I (Великий) (1682-1725), Иоанн V Алексеевич (формальный соправитель Петра I) (1682-1696), Фёдор III Алексеевич (1676-1682). В этом перечне нет Иоанна VI Антоновича (1740-1741) — «Железная маска русской истории».

Мифы о безграмотности русских до крещения Руси

Известно, как боролся Ломоносов с немецкими учёными-историками в Российской Академии наук, приглашённых ещё Петром I, переписывавшими русскую историю на немецкий лад. «Историю Российскую» Василия Татищева, даже с поправками, так и не дали напечатать при его жизни.

Что теперь говорить о правдивом, бережном сохранении отечественной истории, когда Патриарх Кирилл (Гундяев) в интервью телеканалу «Россия» 21 сентября 2010 года по итогам визита на Дальний Восток неосторожно заявил о славянах, не задумываясь о том, что, вырывая его слова из контекста, будут цитировать наши недруги:


И это говорил патриарх русской православной церкви, ответственный представитель нашей славянской цивилизации, хотя ему, наверное, было известно о найденных археологами в Великом Новгороде и других русских городах берестяных древнерусских частных, бытовых писем (грамот) IX–XIV веков на старославянском языке, что рассеивает популярный миф о Древней Руси — миф о тотальной безграмотности простого люда.

Ссылка: Видеофрагмент интервью Патриарха Кирилла от 21.09.2010

Можно привести некоторые доказательства грамотности славян до прихода Кирилла и Мефодия. Исторический факт: Пётр I вводит указом с 1 января 1700 года новое летоисчисление — от Рождества Христова — в цифровом обозначении. При этом он отменил существовавший на Руси издревле славянский календарь, по которому на момент указа шло «Лъто 7208 от сотворения мiра» (в Звёздном Храме (от С.М.З.Х.). Причём русские люди писали количество лет не цифрами, а буквами, что доказывает существование у славян письменности, по меньшей мере, на протяжении 7208 лет. Другое историческое свидетельство даёт Екатерина II в своей книге «Записки касательно русской истории». Просвещённая Екатерина II, например, в отличие от академика-филолога Дмитрия Лихачёва (1906-1999) и Владимира Гундяева (патриарх Кирилл), не сомневалась, «...что они [славяне] древнее Нестора письменность имели, да оные утрачены или ещё не отысканы и потому до нас не дошли. Славяне задолго до Рождества Христова письмо имели» («Записки касательно русской истории»).

Считается, что славянская письменность была создана в 9 веке, в 863 году, Кириллом и Мефодием. Азбука получила название «кириллица» в честь Кирилла и стала основой церковно-славянского языка, на который они перевели Священное Писание. Но иногда утверждается о существовании славянской письменности до Кирилла и Мефодия, с опорой на отрывок из жития Кирилла, в котором говорится про книги, написанные «русскими письменами»:
«И нашёл Философ здесь Евангелие и Псалтырь, написанные русскими письменами, и человека нашёл, говорящего той речью. И беседовал с ним и понял смысл языка, соотнося отличия гласных и согласных букв со своим языком. И вознося молитву к Богу, вскоре начал читать и говорить. И многие изумлялись тому, славя Бога».

В славянской азбуке-кириллице было 43 буквы. Лишь при Петре I изменилось количество букв, их стало 36. Позже в азбуку внесли новые буквы (их не было в старославянском языке) – Ё и Й. Причём букву Ё привнесла в русский алфавит 29 ноября 1783 года высокообразованная княгиня Дашкова Екатерина Романовна (1743-1810) (урождённая Воронцова), племянница Михаила Илларионовича Воронцова, канцлера Российской империи (1758-1765), соратница императрицы Екатерины II, председатель Императорской Российской академии (1783-1796).

Буква «Й» появилась в русском алфавите в 1918 году, когда была проведена орфографическая реформа русского языка под руководством филолога, историка Алексея Шахматова – алфавит упростили: в нем оставили 33 буквы, которыми мы все пользуемся и по сей день. Тогда же в русский язык вместо «БЕЗ» ввели приставку «БЕС»... (что меняет смысл: бесплатно – бес платит).

Примечательно, что архиепископ Новгородский Геннадий в конце XV века ратовал за просвещение русского духовенства, сетуя: «...Только-то бредет по книге, а церковного настатия ничего не знает...».

При этом из отзыва архиепископа ясно, что речь идет о грамотных русских людях, представленных Геннадию для экзамена на предмет пригодности к церковному богослужению, но не знающих при этом церковно-славянского языка. Гражданской русской письменностью владели гораздо больше людей, чем церковно-славянской. Большинство русских людей до начала XVII века и прихода к власти Романовых были грамотными — в частности, почти всё казачество. А затем «тишайший» царь Алексей Михайлович Романов почти истребил поголовно грамотных староверов. При нем же и его сыне Федоре уничтожены разрядные книги и почти все подлинные документы, касавшиеся истории доромановской Руси.

Именно Алексей Михайлович окончательно закрепостил большинство населения, чем и сделал его неграмотным к началу XVIII в., так что Петру I пришлось приглашать иноземных учителей. После смерти Петра во времена «бироновщины» при императрице Анне Иоанновне Миллеры-Байеры-Шлецеры и начали переписывать древнерусскую историю на западноевропейский лад.

Отстаивание независимой славянской гипотезы истории России

Основоположниками «славянской гипотезы» русской истории считаются Василий Татищев (1686-1750), автор первого капитального труда по русской истории — «Истории Российской», и Михаил Ломоносов (1711-1765), активно боровшиеся с прозападной «норманнской» гипотезой.

По некоторым данным, Михаил Васильевич написал как минимум 3 тома «Древняя российская история от начала российскаго народа до кончины великаго князя Ярослава Перваго или до 1054 года», однако опубликован был лишь один, 146 страниц, в котором около половины текста посвящено дорюриковским временам, — уже в 1766 после его смерти и, очевидно, с существенными правками. Правками руководил Миллер или Шлёцер, автор предисловия «К читателю» (А. Л. Шлёцер (пер. с нем. С. С. Башилов)). Кстати, та же судьба впоследствии постигла и труды другого видного русского историка-патриота В. Н. Татищева — изданы они были тем же Миллером после его смерти по «неким черновикам», которые впоследствии никто никогда не видел.

Ссылка: Мавро Орбини. Историография народа славянского
Ссылка: Орбини Мавро (Рагузинский-Владиславич Савва Лукич)

Болтин Иван Никитич (1735-1792), историк, государственный деятель, генерал-майор. Много ездил по России и путём непосредственного наблюдения хорошо ознакомился с различными сторонами народного быта. Его служебное положение (директор таможни в Малороссии, прокурор военной коллегии) давало возможность обращаться к материалам военного архива, которыми он пользовался не для одних практических целей, но извлекая оттуда исторические и статистические данные. Был хорошо знаком с князем Григорием Потёмкиным, с которым вместе ранее служили. «Подробная летопись от начала России до Полтавской баталии». ч. 1-4 (1798-1799) Болтина является ценным историческим исследованием.

В своих «Примечаниях на историю древней и нынешней России г. Леклерка» Болтин изобличал французского автора в невежественном и недобросовестном освещении русской истории, в книге которого он увидел «нелепую смесь несправедливых охулений России и лжи».

«Примечания» на историю Леклерка и задуманы были не без участия императрицы Екатерины II, действовавшей через Потёмкина, и были изданы на её средства. Болтин вёл полемику с князем М. М. Щербатовым: «Ответ генерал-майора Болтина на письмо Щербатова, сочинителя Российской истории» (1789), «Критические примечания на Историю князя Щербатова» (2 тома, 1793—1794).

В русской истории его руководителем остался Татищев. Екатерина II высоко ставила труд Татищева, ценя его государственный ум, ученость и знания. Болтин вполне разделял это мнение. В деятельности Российской академии Болтин принимал деятельное участие и один из первых был удостоен ею золотой медали. По поручению Екатерины II ему были переданы топографические описания России для составления исторического, географического и статистического описания Российской империи, но Болтин не успел выполнить этот труд.

Болтин строго разграничивает летопись от истории: «Не всё то пристойно для истории, что прилично для летописи, и не всё то нужно ведать в настоящем веке, о чём Нестор уведомляет своих современников». Труды Болтина не представляют цельного, систематического изложения. Это замечания любителя на отдельные вопросы и положения, поставленные его противниками, на которые он даёт ответы и возражения на основании давно собранных материалов или недавних справок. Они представляют живые следы первых свежих впечатлений, которые он не думал приводить в порядок, чтобы обратить в ряд критических статей или отдельные монографии.

С особенной настойчивостью возражает он против француза Леклерка, что будто бы русский народ в эпоху Олега был кочевым. «Если ж и был он некогда таковым, то не прежде как за несколько сот лет до завоевания Олегом Киева», – говорит Болтин. Для достижения состояния городских жителей потребны были многие века, замечает Болтин. По его мнению, русские жили уже в обществе, имели правление, промыслы, торговлю; а новгородцы, следуя древним летописям, многие века до Рюрика управлялись сами собою, и под ведением их были все поморские страны (от Лифляндии (сегодня это территория Латвии и частично Эстонии) и Курляндии (современная Латвия) до Двины).

В подтверждение древней гражданственности руссов, Болтин указывает на юридические понятия, находящиеся в договорах их с греками, и на Русскую Правду, которую он, вслед за Татищевым, относит к более раннему времени, полагая, что она была дополнена Ярославом и его сыновьями. По словам Болтина, как прежде до Рюрика, так и после него, до нашествия татар, русский народ был вольный. Власть великих и удельных князей была умеряема или дополняема властью вельмож и народа. Таких мест (ряд примеров) в летописях находится много, которые неоспоримо доказывают, что великие князья власть имели не деспотическую, что народ имел участие в правлении и мог многое определять на своих сеймах (вечах), что определения народа были важны и сильны и что в народных собраниях всякий гражданин имел право подавать свой голос и тому подобное. Успех христианства он объясняет тем, что оно распространилось еще ранее «по тесному общению с греками через торговлю и близость их городов, а другие из них часто приезжали в Киев и безвыездно тут жили».

Не представлялось ему и распространение христианства столь мирным, как об этом писал князь Щербатов. Напротив, он указывает на принуждение со стороны власти и опасения казни. «Явственно, – прибавляет он, – что страх сильнее воздействовал над сердцами черни, нежели проповеди греческих священников, коих руссы не разумели». Точно так же Болтин не представляет себе возможным быстрого перехода, по принятии христианства, от варварства к просвещению, как потому, что руссы и в язычестве не были такими дикарями, какими представляет их князь Щербатов, так равно и потому, что по принятии христианства никто столь чувствительной перемены в них не приметил.

Болтин считал, что восточная церковь вернее сохранила древние обряды и учение, а католичество допустило много нововведений и более удалилось от своего источника, прибавляя при этом, что укоряющий восточную церковь излишеством и бесполезностью «аллегорий», тем самым не меньше или даже более порицает западную церковь. В особенности же Болтин порицает власть папы, которого он сравнивает с Далай-ламой. Впрочем, он не был безусловным поклонником византизма. «Все обряды без изъятия и даже все суеверия, – утверждает он, – мы переняли у греков»; но «папист, укоряющий суеверием последователей других исповеданий, подвергает себя участи тех, которые, открывая чужие слабости, не хотят признавать собственных».

При этом, на основании своих личных наблюдений, он замечает, что во всех провинциях, бывших некогда под властью Польши, удержалось гораздо более суеверия и ханжества, нежели в тех, которые оставались под властью России. По мнению Болтина, вкус и нравы народа изображаются в летописях, законах, договорах, грамотах, духовных и политических сочинениях и тому подобных письменных остатках, а не в старинных песнях, каковы об Илье Муромце, о пирах князя Владимира и прочих, которые изображают вкус не народа, а черни, людей безграмотных, быть может, бродяг, которые кормились этим ремеслом, слагая песни для испрошения милостыни, как теперь делают нищие, а еще чаще слепые, которые поют их по торгам.

Татарское иго, по его мнению, не имело особенного значения. Оставив по городам баскаков (представителей хана, собиравший дань и следивший за исполнением ханских повелений на завоёванных землях) и войско, татары правили Россией издали, а русские управлялись своими законами. Ссылаясь на историю других стран, Болтин утверждает, что народы, напротив, по мере просвещения делались постепенно малодушнее, будучи при невежестве и суеверии мужественными и неустрашимыми. По его мнению, «разделение на уделы и взаимная вражда князей и населения – главнейшая и едва ли не единственная причина завоевания России. Царь Иван Васильевич (IV) всех их владения разрушил и уничтожил».

Болтину отводят видное место в истории русской исторической мысли. По мнению современников, от Болтина нельзя вести никакой школы, никакого исторического направления; его историческая деятельность не создала никакого переворота в ходе русской историографии; но самое драгоценное свойство, давшее основной тон его ученой работе, — черты реальности, широкое понимание явлений общественной и политической жизни, живая связь с исторической традицией и внесение опыта государственной деятельности в изучение прошлого, словом, всё то, что расширяло исследовательский кругозор наших историков-любителей прошлого века, но что вскоре после Болтина должно было надолго исчезнуть из ученого оборота нашей историографии. В его замечаниях признают критический такт и верность взглядов, удачное определение отношения древней Руси к новой, цельность взгляда на всю русскую историю, и в этом отношении видят в нем предшественника славянофилов (академик, историк К.Н. Бестужев-Рюмин).

Аксаков Константин Сергеевич (1817–1860) – русский публицист, поэт, литературный критик, историк и лингвист, глава русских славянофилов и идеолог славянофильства. Его отцом был Аксаков Сергей Тимофеевич, написавший известную сказку «Аленький цветочек», литературное изложение с русским колоритом истории о Красавице и Чудовище (фр. La Belle et la Bête) – европейской сказки, известной в нескольких вариантах; традиционно публикуемой в приложениях к сказкам Шарля Перро. Константин Аксаков решительно противопоставляет государственное (государево) общественному (земскому), под последним понимая духовно-нравственную деятельность, тогда как государство «по преимуществу дело военное», смысл которого в «защите и охранении жизни народа». Русское государство по сути есть монархия, ибо строжайшая дисциплина и единоначалие в военном деле уравновешиваются независимостью совести и мысли в деле общественном; народ и власть сосуществовали как «отдельные, но дружественные союзные силы».

Заключение

К началу 20-го века многие историки почти не отрицали «норманскую» теорию. Книга «Древнейшие судьбы русского племени» филолога, историка Алексея Шахматова (1864-1920), имевшего многих своих последователей, была написана в пользу норманнской теории. Лидер советской историографии её первого периода Михаил Покровский (1862-1932) видел в отрицании норманнов «великодержавный шовинизм». Литературную версию русофобских взглядов Покровского дал Джек Алтаузен (Яков Моисеевич Алтаузен) (1907-1942), советский писатель, поэт и журналист, военный корреспондент, который, по его собственному признанию в 1920-е годы, «для того чтоб ненавидеть их, надо знать, как жили они», он «историю злую» России разучил только для того, чтобы подпитывать свою местечковую ненависть к русскому народу, написав такие слова:


Однако позже в историю вмешалась политика. С одной стороны, Иосиф Сталин осудил «школу Покровского» и придал советскому патриотизму второй половины 1930-х годов оттенок славянофильства. Гитлер же заявлял, что славяне не способны создавать государства. Он считал, что после того, как большевики уничтожили «германскую» правящую элиту Российской империи, Россия будет легко завоёвана. Ложное заявление, ведь сами немцы сумели только в 1871 году объединиться, создав вокруг королевства Пруссия федеративное государство Германская империя из нескольких десятков независимых государств (земель) с немецким населением.

Полноценное Русское государство сложилось в результате объединения северо-восточных русских княжеств ещё в конце XV века, в эпоху правления великого князя московского Иоанна III, и укрепилось при его сыне, Иоанне IV Васильевиче (Грозном), а в 1800-е годы было самой могущественной империей в Европе.

Иностранец, аббат-доминиканец Мавро Орбини в 1601 году издал книгу «Книга историография початия имени, славы и разширения народа славянского», «которая была собрана из многих книг исторических через господина Мауроурбина, архимандрита Рагужского», в которой автор убедительно, на основе исторических документов, доказывает: славяне в стародавние времена, по сути, владели всем цивилизованным миром. По указу Петра I книга была «переведена с итальянского на российский язык и напечатана... в Санкт-Петербургской типографии 1722-го августа в 20-й день».

Ссылка: Мавро Орбини. Историография народа славянского
Ссылка: Орбини Мавро (Рагузинский-Владиславич Савва Лукич)

Советский историк, академик Борис Рыбаков (1908–2001) являлся авторитетным сторонником антинорманистской теории. Его труд «Киевская Русь» с 1960-х по 1980-е во многих советских вузах считался базовым в вопросах доказательства славянского происхождения основателей государства.

Отстаивал славянскую теорию и авторитетный русский историк Андрей Сахаров (1930-2019). В 1970-е благодаря историкам Аполлону Кузьмину и Вячеславу Фомину антинорманизм возродился.

Они вернулись к позиции времён Ломоносова и считали варягов балтийскими славянами. В настоящее время не утихает старый спор славянистов и норманистов в борьбе за русскую историю.

Антинорманистами, изучавшими альтернативную историю, занимающиеся арийской тематикой, были: А. Абрашкин, А. Асов, А. Буровский, С. Галлямов, Г. Гриневич, Л. Гумилев, В. Чудинов, Н.В. Левашов и другие. Даже Михаил Задорнов (1948-2017), современный русский писатель, драматург, юморист, режиссёр и сценарист, последние годы жизни активно посвятил изучению древнерусской истории, сняв документально-исторические фильмы: «Рюрик. Потерянная быль» (2013) и «Вещий Олег. Обретенная быль» (2015). Сценарист документального фильма «Аркаим — стоящий у солнца» (2008, режиссер Станислав Егерев).

К сожалению, в академических исторических кругах и архивах России работали и до сих пор «работают» много прозападных либералов, которые препятствуют объективному, патриотическому освещению и пропаганде отечественной истории, такие как Юрий Пивоваров, академик РАН, профессор МГУ, МГИМО и РГГУ, директор (1998–2015) Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН РАН), являвшегося партнером Информационного бюро НАТО в Москве, уволенный после пожара в фундаментальной библиотеке института, уничтожившего 20% библиотечных фондов с уникальными историческими документами. В 2018 году уехал из РФ. А сколько подобных русофобов ещё занимают влиятельные посты в нашей стране, в том числе в политике, образовании и науке.

Примечание

ИЗ 6-ти ШИРОКО ИЗВЕСТНЫХ ПРИОРИТЕТОВ СРЕДСТВ УПРАВЛЕНИЯ ОБЩЕСТВОМ, ЗНАЧЕНИЕ ЗНАНИЯ И СОХРАНЕНИЯ ИСТОРИИ СВОЕЙ СТРАНЫ СТОИТ НА 2-М МЕСТЕ ПО ВАЖНОСТИ.

Поэтому сотни лет, вдолгую, нашими непримиримыми противниками (в основном «Западом») ведётся гибридная война с нашим государством, в которой важнейшим оружием является борьба с историей России, создавая угрозу существования государства, выражаясь наукообразно, создаётся экзистенциальная угроза для России.

• Первый приоритет — мировоззренческий (миропонимание, философия, культура мышления, методология). «Хочешь победить врага — воспитай его детей» (восточная мудрость) — самый медленный, но и самый эффективный приоритет управления.

• Второй приоритет — хронологический (переписывание истории, причина-следствие). «Кто контролирует прошлое, контролирует будущее, а кто контролирует настоящее, тот всевластен над прошлым» (Джордж Оруэлл).

• Третий приоритет — идеологический или фактологический (вероучения, идеология, гедонизм (система развлечений, удовольствий), когнитивная подмена понятий и образов (окна Овертона). «Факты не существуют — есть только интерпретации» (Фридрих Ницше).

• Четвёртый приоритет — экономический (финансы, логистика, природные и энергетические ресурсы, производство и потребление). «Дайте мне управлять деньгами страны, и мне нет дела, кто будет устанавливать там законы» (Майкл Ротшильд).

• Пятый приоритет — генетическое оружие, управление здоровьем (экология, наркотики, медицина, генная инженерия). «Для славян никакой гигиены, только водка и табак!» (Адольф Гитлер).

• Шестой приоритет — военный, силовой (физическое уничтожение врагов или соперников и объектов их цивилизации, война).

«Война есть продолжение политики иными средствами» (Карл фон Клаузевиц) — самый быстрый, но и наименее долговременный приоритет управления.

А вероятнее всего, над всеми этими приоритетами главенствуют некие эзотерически-оккультные методы управления человеческим обществом.

Применение всех этих приоритетов управления внутри одного государства или системы является средством управления населением, а по отношению к врагам или соперникам — служит оружием против них. Понимая это, каждый человек может сам контролировать воздействие на него извне по всем приоритетам и принимать самостоятельное и осознанное решение, кем стать и с кем быть.

Итоги

К сожалению, до сих пор не изданы в достаточном количестве учебники истории России без русофобского уклона, объективные, по аналогии с Лицевым летописным сводом Ивана IV Грозного, подкреплённые независимыми и авторитетными археологическими исследованиями, для изучения истории во всех учебных заведениях, в том числе в вузах, включая негуманитарные, и для школьного образования. В настоящее время ведутся работы по созданию современных учебников истории, в частности Институтом Русской Политической Культуры (ИнРПК), но этого пока недостаточно.

«Прошлое, как и будущее, изменить нельзя. Но в отличие от будущего, его можно переписать». (Из афоризмов Шебаршина Леонида Владимировича (1935-2012), последнего начальника внешней разведки СССР).

Ссылка: 200 избранных афоризмов Шебаршина Леонида Владимировича, начальника внешней разведки (ПГУ КГБ) СССР