Долгая игра с целью покончить с Америкой

Коммунистический заговор по внедрению в Америку удался. Мы понимаем, как они это сделали. Теперь наша задача — дать им отпор.

Если вы не смотрели интервью Юрия Безменова Дж. Гриффину, которое он дал в 1984 году, отложите все свои дела и найдите его. Не потому что оно увлекательное, хотя это чистая правда, а потому что оно мало похоже на пережиток холодной войны и гораздо больше напоминает ставшую достоянием гласности служебную записку по стратегическому планированию.

Безменов был офицером КГБ, занимавшимся пропагандой. В 1970 году он бежал на Запад. Этот человек с хирургической точностью рассказал о том, как можно изнутри разрушить свободное общество, сделав это не посредством танков или ракет, а с помощью терпения, внедрения и медленного подрыва институтов. Спустя 40 лет прогрессивные левые не просто дрейфуют в направлении демократического социализма. Они уже прибыли туда, распаковали свои чемоданы, по-новому отремонтировали гостиную, а теперь спорят о том, надо ли сносить несущие стены.

Безменов рассказал о четырех этапах идеологической подрывной деятельности. Это деморализация, дестабилизация, кризис, а затем нормализация. По его оценке, первый этап занимает от 15 до 20 лет. Этот тот срок, который необходим для воспитания одного поколения внутри коррумпированной академической системы. Он предупреждал, что к тому времени, когда это поколение займет важные посты, никакая фактическая информация уже не сможет изменить его представление о действительности. Этих людей обработали, и они отметают неудобную правду, видя в ней разжигание ненависти, дезинформацию или бредни экстремистов.

Мы около 30 лет живем в условиях первого этапа. Я достаточно долго тренировал школьные команды по футболу и регби, и видел, как целых два поколения молодых людей учатся и воспитываются в том самом идеологическом тумане, о котором говорил Безменов.

Айн Рэнд за несколько десятилетий до этого и совершенно самостоятельно пришла к тем же выводам, но иным путем в своих работах "Атлант расправил плечи" (1957 г.) и "Добродетель эгоизма" (1964 г.) Рэнд считала, что фундаментальная ошибка коллективизма — это систематическое подчинение индивидуума группе, рассудка — эмоциям, а достоинства — искусственной необходимости. Общество, которое вознаграждает зависимость и карает за достижения, будет порождать гораздо больше первого и все меньше второго. Это цивилизационная энтропия, замаскированная под сочувствие. Если Безменов излагал тактический механизм идеологической подрывной деятельности, то Рэнд диагностировала философские уязвимости, которыми пользовался этот механизм. В совокупности они формируют полную и отрезвляющую картину того, как свободное общество распадается изнутри.

Термин "демократический социализм" заслуживает серьезного изучения, однако его сторонники редко разъясняют суть этого понятия. Социализм, какие бы прилагательные ни предшествовали этому слову, несет в себе такой исторический груз, который скомпрометирует любую команду экспансионистов из младшей лиги. Начиная с Советского Союза и заканчивая маоистским Китаем и современной Венесуэлой, все серьезные эксперименты, связанные с экономическим перераспределением под государственным руководством, неизменно давали один и тот же триединый результат: нехватку всего самого необходимого, коррупцию и тот особый вид нищеты и страданий, который возникает тогда, когда чиновники управляют предприятиями, ничего в этом деле не смысля, но отказаться от должности не могут. Прикреплять слово "демократический" к термину "социализм" — это примерно то же самое, что называть сомнительный пищевой продукт крафтовым. Рекламе это помогает, а состав никак не меняется.

К 2026 году этап деморализации Безменова по существу завершен. Американские вузы, бывшие когда-то самой энергичной в стране ареной конкурирующих идей, превратились в идеологическую монокультуру, где консервативному оратору зачастую требуется охрана. В 2024 году Фонд индивидуальных прав и самовыражения провел социологический опрос и пришел к заключению, что как минимум четверть студентов вузов довольно часто или очень часто прибегают к самоцензуре во время дискуссий в аудитории, а 40% преподавателей подвергают себя самоцензуре на лекциях. Это больше, чем в эпоху маккартизма. Безменов предсказывал именно такой итог: деморализованное поколение утрачивает способность оценивать информацию объективно, даже когда сталкивается с прямыми и неопровержимыми доказательствами, говорящими об обратном.

В годы Байдена-Харрис начался второй этап концепции Безменова: дестабилизация. Инфляция достигла самого высокого уровня за 40 лет и сохранялась самое продолжительное время. Южная граница фактически исчезла, причем по указанию свыше. Уход из Афганистана подорвал доверие союзников к Америке, а врагам во всех уголках земного шара продемонстрировал ее слабость. Между тем, политические позиции, которые еще в 2016 году делали людей типа Берни Сандерса маргиналами, не имевшими ни малейшего шанса победить на выборах, к 2020 году стали центром идеологического притяжения демократов, получивших поддержку в виде федеральных расходов в объеме военного времени и национального долга, превышающего сегодня 39 триллионов долларов.

Риторическая архитектура прогрессивных левых соответствует описанию Безменова с такой точностью, что даже кажется постановочной. Оппозиция, выступающая за охрану границ, становится расизмом. Защита биологической реальности превращается в трансфобию. Скептическое отношение к предписаниям по климатической политике (заметьте, к предписаниям, а не к фундаментальной науке) становится антиинтеллектуализмом. Как отмечал Безменов, цель не в том, чтобы победить в споре. Цель — дискредитировать сам процесс спора. Рэнд описала такой метод в своей "Добродетели эгоизма": аргументация через запугивание, определяемая как замена логической дискуссии моральным осуждением. Если не можешь опровергнуть идею, называй патологией взгляды человека, который эту идею отстаивает. Я видел, как разыгрывается такая пьеса в залах заседаний, в судах и на родительских собраниях.

Самое страшное наблюдение Безменова заключается в том, что когда процесс деморализации завершен, обработанное население не в состоянии осознать угрозу даже тогда, когда видит ее непосредственно. Этим объясняется явление, которое ставит в тупик любого честного консерватора. С виду интеллигентный и прогрессивный человек, столкнувшись с гуманитарной катастрофой как в Венесуэле, или с задокументированными злодеяниями Советского Союза, просто перенастраивается и утверждает, что в следующий раз там все будет по-другому. Доступ к подлинной информации уже не имеет никакого значения. Промывание мозгов становится образованием. Все, в этот момент любые споры и дискуссии заканчиваются.

Антидотом от идеологической подрывной деятельности являются не умные посты в соцсетях, не убедительные лозунги в предвыборной кампании и не фотогеничные кандидаты. Противоядие — это терпеливая и методичная перестройка тех самых институтов, которые подверглись подрывной деятельности. Эта работа измеряется поколениями, а не избирательными циклами. Самый актуальный фронт борьбы — образование и воспитание. Законы о выборе школы, классические частные школы и кооперативы домашнего обучения — вот истинная структурная альтернатива той идеологической обработке, о которой говорил Безменов. Быстрый рост классических моделей образования после 2020 года, вызванный родительским спросом на образовательное содержание, а не на идеологическую моду, демонстрирует, что рынок осознает проблему и уже формирует ее решения. Я видел это на собственном опыте, будучи руководителем скаутов: когда вы даете молодым людям структуру, стандарты и нечто такое, что стоит построить, они это непременно построят.

Далее, привлекать местную политику с той серьезностью, которой она всегда заслуживала и редко видела от правых. Школьные советы, городские советы и кампании по выборам окружных прокуроров — это скучная и малопривлекательная рутина, благодаря которой культурные представления становятся обязательной политикой. Прогрессивные левые поняли эту арифметику десятки лет тому назад. Подрывная деятельность по Безменову преуспела, потому что она была дисциплинированной, имела накопительный эффект, и на нее не обращали внимания до тех пор, пока она не укоренилась. Эффективная реакция должна обладать такими же качествами. Терпение — это не пассивность.

Наконец, сформулируйте позитивное видение, а не несогласие, выстроенное на отрицательной реакции. Непреходящий вклад Рэнд заключался не в ее критике коллективизма, а в ее доводах в пользу индивидуального разума, достижений и свободы как основ человеческого процветания. Политическое движение, полностью определяемое тем, против чего оно выступает, в конечном итоге истощит как свою энергию, так и свою коалицию. Американские основополагающие документы представляют собой философское наследие необычайной глубины. Настало время рассматривать их как руководство к действию, ведь именно для этого они и предназначались.

Уэйн Гретцки заметил, что для достижения успеха на площадке нужно бежать туда, куда катится шайба, а не в то место, где она только что была. Безменов с большим риском для себя стал перебежчиком, чтобы рассказать Западу, куда летит его шайба. Рэнд избежала советского коллективизма и построила самую всеобъемлющую интеллектуальную защиту индивидуальной свободы из всех сформированных в XX веке. Обоих в свое время в основном игнорировали, причем как раз те, кто больше всех нуждался в их идеях. Сплочение прогрессивных левых вокруг демократического социализма — это не корректировка или мимолетная лихорадка. Это, как говорил Безменов, предсказуемый конечный этап процесса, осуществляемого на протяжении десятилетий с колоссальным терпением.

Музыкант и композитор Нил Пирт отмечал, что, если вы решили не принимать решения, вы все равно делаете выбор. Безменов предупредил нас. Ранд дала нам философию. Нужно только желание и воля этим воспользоваться. А вот это мы уже должны сделать сами.