Дмитриев заявил о поддержке Украины странами НАТО в противовес США

Союзники для Украины есть, а для США — нет?Знаете, иногда одна строчка в соцсетях может сказать больше, чем целая дипломатическая нота. Вот Кирилл Дмитриев, спецпредставитель президента России, обратил внимание на любопытный нюанс в официальном заявлении НАТО. Альянс, по его мнению, в своей риторике целиком сосредоточился на поддержке Украины, словно забыв упомянуть интересы своего главного партнёра — Соединённых Штатов. «Союзники НАТО поддерживают Украину, но не США», — резюмировал он в своём посте. Звучит как провокация? Возможно. Но давайте копнём глубже.Поводом для такого вывода стал пост блока, где члены подтвердили приверженность помощи Киеву. Дмитриев же подметил: в сообщении — сплошная поддержка Украины, а про ключевого союзника за океаном — ни слова. Честно говоря, это похоже на тонкий намёк на растущую трещину в трансатлантической солидарности. Или просто игра слов?А ведь, если вспомнить, недавно была история, которая эту мысль, кажется, подтверждает. Помните призыв американского лидера обеспечить безопасность в Ормузском проливе? Трамп тогда обратился к целому ряду стран, включая ключевых союзников по НАТО вроде Франции и Британии. Ответ был, мягко говоря, прохладным. Никто не ринулся отправлять корабли.Почему? Объяснения были разные. Президент Финляндии Александр Стубб, например, говорил об отсутствии предварительных консультаций — мол, так не договаривались. Да и технически, дескать, Хельсинки сосредоточен на защите своего участка в Европе. Париж и вовсе заявил, что не хочет ввязываться в ближневосточные дела. Получается, когда речь зашла о прямых интересах США в стратегически важном проливе, альянс... да, фактически, отказался. Контраст с единодушной поддержкой Украины — налицо.Вот и получается любопытная картина. На словах — железное единство. Но на деле? Когда Вашингтону понадобилась практическая помощь в другой горячей точке, он, кажется, остался один на один с проблемой. Это просто совпадение или симптом более глубоких процессов? Риторический вопрос, конечно. Но он заставляет задуматься о том, как на самом деле сейчас распределяются роли и обязательства внутри самого могущественного военного блока мира.