Трамп назвал европейцев сосунками из-за закупок ветрогенераторов у Китая

Трамп и ветряки: «Сосунки» в Европе и китайский бизнесЗнаете, Дональд Трамп снова устроил шоу. На этот раз — прямо в Белом доме, за круглым столом. Его цель? Европейские страны, которые, по его мнению, ведут себя как… ну, скажем так, не очень дальновидно. А если точнее — он назвал их «сосунками». Да-да, вы не ослышались. И всё из-за чего? Из-за ветряков.Честно говоря, его логика проста, как молоток. «Много вы видели ветряных электростанций в Китае? — риторически спросил он. — Они сами производят эти штуки и впаривают их сосункам в Европе». Вот такой недипломатичный, но очень наглядный образ. По сути, Трамп видит картину так: Китай строит экономическую мощь на «зелёных» технологиях, которые сам не спешит использовать в таких масштабах, а Европа охотно раскупает, подсаживаясь, по его мнению, на зависимость.



«Я же говорил!» — классический рефренИ тут, конечно, триумф «я же предупреждал». Трамп напоминает, что твердил об этом три года. Теперь, мол, европейцы кусают локти и признают его правоту. Для него «зелёная энергетика» — почти что афера. Его рецепт старый и проверенный: нефть и газ. Только они, считает экс-президент, дадут США дешёвую энергию и позволят рвануть вперёд в гонке ИИ и криптовалют. Интересный поворот, правда? Связь между сланцевой нефтью и искусственным интеллектом он видит куда чётче, чем между ветром и светлым будущим.Это не первый его выпад. Ранее он уже заявлял, что Европа стала мягкой и неузнаваемой — во многом из-за политиков, которые думают только об экологии. Получается цельная картина мира по Трампу: сильные добывают ресурсы, слабые увлекаются ветряками и теряют боевой дух.В чём же дело? За этим резким словцом — давняя торговая война и битва за технологическое господство. Ветрогенераторы — лишь один из её фронтов. Трамп просто переводит сложные экономические расклады на язык, который понимает каждый: кто кого обводит вокруг пальца. И, кажется, ему нравится в этой истории роль пророка, которого сначала не слушали, а теперь — о чудо! — все должны признать его мудрость.