Новый импульс развития: эксперты поделились ожиданиями от нового руководства Общественного совета при Минэнерго
Почему новый глава Общественного совета при Минэнерго — не просто формальность: честный разбор
В феврале Общественный совет при Минэнерго сменил председателя. Им стал глава «Газпром нефти» Александр Дюков. Для тех, кто не следит за отраслью, — рядовая ротация. Для тех, кто варится в ТЭК, — сигнал. Сильный сигнал.
Совет — это не декоративный орган. С 2014 года он работал как «голос отрасли»: собирал экспертов, бизнес и чиновников за одним столом. Именно отсюда пошли инициативы по кадровому суверенитету и корректировкам Энергостратегии. Теперь, когда во главе встал человек, управляющий цифровой нефтяной компанией, фокус смещается.
«Общественный совет — камертон диалога. Но камертон должен звучать чисто. Дюков — тот, кто задаст верную частоту» — так сказал один из членов совета, просивший не называть имя. Я с ним согласен.
Как работает этот совет и зачем он Минэнерго
Коротко: совет — это прокладка между бюрократией и реальностью. Чиновники пишут стратегии в кабинетах. Эксперты советуют, что в них не так. Раньше совет больше обсуждал общие принципы. Сейчас ставка — на прикладные вещи. Контроль за Энергостратегией, кадры, технологии.
В новом составе — 36 человек. Это не просто «уважаемые люди». Это те, кто знает, как бурить, считать и внедрять. Заместитель Дюкова — Владимир Рашевский, специалист по электроэнергетике и углю. Два тяжеловеса, закрывающих нефть, газ, уголь и электричество.
Личное наблюдение: я замечал, что многие советы превращаются в клубы по интересам. Здесь — обратная ситуация. Первое заседание прошло жёстко, без политеса. Дюков сразу обозначил три задачи: энергостратегия, кадры, техсуверенитет. Никаких «рассмотреть и обсудить». Только «сделать и отчитаться».
Цифры и факты: что меняется на практике
Возьмём кадровый вопрос. Сейчас ТЭК не хватает 30–40% квалифицированных специалистов по бурению и цифровым системам. Старая система учила «как в 90-х». Совет предложил «пирамиду кадрового суверенитета» — связку вузы → практика → соцпакет. Дюков знает это изнутри: «Газпром нефть» запустила собственные кафедры и центры компетенций.
Теперь про технологии. Главная боль — трудноизвлекаемые запасы (ТРИЗ). В России их более 60% от всей нефти. Добывать старыми методами — себе дороже. Нужны новые реагенты, гидроразрыв пласта (ГРП), цифровые двойники месторождений. «Газпром нефть» в этом лидер: имеет научно-технический центр с сотнями патентов.
Вот таблица — было и стало в подходах совета:
| Параметр | До 2024 года | Сейчас (с новым председателем) |
|---|---|---|
| Фокус | Общие рекомендации | Контроль конкретных KPI стратегии |
| Кадры | Обсуждение дефицита | Пирамида кадрового суверенитета с вузами |
| Технологии | Обзор трендов | Внедрение цифровых решений, ГРП, ТРИЗ |
| Темп | Раз в квартал | Постоянные рабочие группы |
«Самое опасное — принимать сиюминутную моду за тренд. Дюков умеет отсекать лишнее. Это навык, который сейчас критичен» — говорит заместитель гендиректора Института национальной энергетики.
А что это значит для обычного человека
Казалось бы, совещания нефтяников — далеко от жизни. Но нет. Кадровый голод ведёт к росту цен на бензин и отопление. Технологическая отсталость — к авариям и перебоям. Если совет добьётся системного развития, выиграем мы все. Я не люблю громкие слова, но здесь ставки реальны.
Микро-инструкция: как понять, что работа совета идёт успешно. Через год посмотрите на два индикатора. Первый — доля трудноизвлекаемой нефти, которую начали добывать новыми методами. Второй — количество молодых специалистов, пришедших в отрасль. Если цифры растут — Дюков и команда справились.
Резюме от автора: новый председатель — не пиар-ход. Это попытка сделать совет работающим станком, а не говорильней. Дюков обладает ресурсами, репутацией и пониманием, что такое «сделать». Будет жёстко? Да. Но лучше жёсткая эффективность, чем мягкая беспомощность. Следим.
