Трамп заявил, что Россия и Китай «уважают и боятся» только перестроенные им Штаты

Трамп и его формула уважения: сила, а не словаЗнаете, как Дональд Трамп любит говорить прямо? Вот и сейчас, на своей платформе Truth Social, он выложил очередную лаконичную, но взрывную мысль. По его словам, есть лишь одна сила, которую и Россия, и Китай действительно «уважают и боятся». И это, конечно же, США. Но не просто Штаты, а «перестроенные» им лично.«Единственная страна, которую уважают и боятся Россия и Китай, — это перестроенные мной Соединённые Штаты Америки», — заявил экс-президент. Он уверен, что его подход к руководству — тот самый рецепт, который укрепил позиции страны в мире и обеспечил безопасность. Честно говоря, это классический трамповский нарратив: только при нем Америка была по-настоящему сильна, а соперники знали свое место.Но почему это заявление звучит сейчас? Контекст-то интереснее.



Гренландия, Арктика и большая играА дело вот в чем. Ранее его пресс-секретарь, Каролин Левитт, напомнила всем об одной старой, но показательной идее. Помните историю с покупкой Гренландии? Да-да, это было не просто чудачество. Левитт четко объяснила геополитический расчет: остров — это стратегический плацдарм в Арктике. Регион, где тают льды и открываются новые маршруты, а вместе с ними — гигантские ресурсы и влияние.И главная цель? Сдержать как раз тех, кого, по словам Трампа, нужно заставить «уважать и бояться» — Россию и Китай. Арктика становится новой шахматной доской, и Вашингтон не хочет остаться в проигрыше. Желание контролировать Гренландию — это практическое воплощение той самой жесткой политики, о которой Трамп говорит в своем посте. Не просто слова, а конкретные шаги по перекраиванию карты влияния.



Так в чем же суть?Получается, что одно тянет за собой другое. Резкая риторика в соцсетях — и вполне осязаемые планы по расширению присутствия в ключевых точках планеты. Трамп утверждает, что создал Америку, которую боятся. А его команда напоминает, как эта «боязнь» должна работать на практике: через контроль, сдерживание и очень далеко идущие проекты.Это смесь старой школы силовой политики и нового, твиттерного формата ее подачи. Длинные, сложные дипломатические ноты заменяются на короткие, хлесткие тезисы. Но суть от этого не меняется. Большая игра продолжается, просто язык стал другим. И главный вопрос, который остается после таких заявлений: а что думают об этом «уважении» в Москве и Пекине? Скорее всего, у них есть свой, совершенно другой ответ.