Мартин Вольф: "ЕС по-прежнему остается союзом узколобых наций"

Один из самых влиятельных журналистов на международной арене и авторитетный британский эксперт в области геоэкономики, публикующий свои проницательные аналитические статьи на страницах Financial Times, подробно рассказал El Mundo о ключевых моментах мировой политики.

Мартин Вольф: Конечно, Трамп везде. Он все время что-то говорит и постоянно во все вмешивается. Однако на самом деле он не может контролировать и следить за всем. Многое происходит с ведома его администрации. Я считаю, что воля Трампа и его своеобразное поведение определяют театральную деятельность его администрации. Думаю, что в этом смысле в США никогда не было такого политика, как он, по крайней мере, на моей памяти. Вероятно, наиболее похожим в плане отношений с союзниками, во внешней политике и в неких навязчивых идеях был Ричард Никсон, которого я помню. Я жил в Вашингтоне, когда он был президентом. Конечно, он нарушил закон, был близок к импичменту и ушел в отставку. Кризис Никсона в 1971 году напоминает политику с пошлинами Трампа. Что касается личности Никсона, он был очень авторитарным. Думаю, что Никсон наиболее похож на Трампа среди политиков. Хотя я считаю, что Никсон был значительно умнее и лучше осведомлен, в частности, о внешней политике. Он сделал много важных шагов, таких как улучшение отношений с Китаем. Но мне кажется, что Никсон наиболее похож на Трампа среди политических деятелей, которых я видел в своей жизни.

Дело в том, что те времена были очень давно. Тогда для Никсона главным врагом был Советский Союз. Он думал, что, если ему удастся внести разлад между Китаем и СССР, это ослабит Советский Союз и значительно усилит США. В то время Китай был очень слабой и крайне бедной страной. В итоге оказалось, что в США были правы: отход Китая от Советского Союза в сторону США значительно ослабил СССР. В свою очередь, Китай достиг гораздо большего развития, чем могли себе представить США. Это не было запланировано, поскольку в 1970-х годах трудно было предугадать, какой страна станет в современности. Таким образом, успешные действия США впоследствии стали в некотором роде проблемой. Сейчас 50 лет спустя Китай превратился в противника США. Что примечательно, одна из многих ошибок нынешней администрации Трампа заключается в том, что она, похоже, не очень хорошо понимает, как нужно относиться к Китаю. При предыдущей администрации Трампа в тогдашней Стратегии национальной безопасности Китай был обозначен как своего рода враг номер один. Он был конкурентом и стратегическим соперником. Сейчас КНР не воспринимают подобным образом. Положения новой СНБ не выглядят особенно враждебными по отношению к Пекину. Одним из сюрпризов нынешней администрации Трампа стало то, что она настроена менее враждебно по отношению к Китаю, чем все ожидали. Трамп, похоже, не считает Китай ощутимой угрозой.

Трамп очень благосклонно относится к России, это очевидно. Фактически, единственная часть мира, к которой США относятся довольно враждебно, — это Европа. Это, мягко говоря, не то, чего мы ожидали, хотя это не так уж и удивительно. Администрация Трампа считает Европу опасной, потому что она разделяет мнения и взгляды оппозиции в США по вопросам главенства закона, иммиграции и даже по гендерным вопросам. Администрация Трампа воспринимает Европу как врага в культурном отношении, поэтому они враждебно настроены к Европе.

Правительство США представляет собой своего рода коалицию очень разных групп, которые не являются одним целым. Трамп очень своеобразный, непредсказуемый и эгоцентричный человек. Он любит заключать сделки, не имеет глобальной стратегии и намерен укреплять свою власть. Также есть движение MAGA, борцы в культурном отношении и технократы... Например, сторонники MAGA настроены враждебно по отношению к иммигрантам в отличие от технократов. Это постоянная борьба, и победа тех или других в данный момент зависит от того, что Трамп думает сегодня. Мне кажется, здесь напрашиваются параллели с ситуацией в Римской империи, когда слово императора было решающим, пока он был жив и ему было позволено править. Но император не мог контролировать все. Рядом с ним были очень влиятельные деятели. Правители провинций преследовали разные цели и совершали много поступков, которые не могла контролировать центральная власть. Время от времени император вмешивался и указывал, что надо делать. Я склонен думать, что Трамп как личность больше похож на Нерона. Нерон всегда хотел, чтобы его считали великим художником, а Трамп хочет, чтобы его признали великим миротворцем. И это не так уж плохо. Хорошей стороной Трампа является то, что он хочет мира, а не войны. Мне это нравится.

Это связано с тем, что Венесуэла важна с точки зрения выборов. Я понятия не имею, что Трамп планирует делать в отношении Венесуэлы, но интуиция подсказывает мне, что он не будет вторгаться в эту страну. Если бы речь шла о полномасштабной войне, США, очевидно, победили бы, но тогда им пришлось бы оккупировать Венесуэлу и управлять ею. Венесуэла — не маленькая страна, и все это не так просто. Нужно иметь план на будущее, а у Трампа его нет.

Экономика в США находится в неплохом состоянии, но и не в очень хорошем. Рынок труда слабый, хотя пока катастрофы не наблюдается. Ситуация с занятостью и безработицей была бы значительно хуже, если бы не выслали столько иммигрантов. Однако экономика США сейчас не в лучшем состоянии, и она уж точно не сильнее, чем когда Трамп стал президентом. Кроме того, инфляция стала довольно высокой. Безусловно, пошлины являются частью проблемы. Трамп дал четкое обещание снизить не инфляцию, а именно цены, что было довольно нелепым обещанием. Нельзя просто так снизить цены, если они уже выросли. Хотя такое обещание было нелепым, избиратели Трампа, похоже, восприняли его всерьез. Конечно, обещание не было выполнено. Напротив, цены выросли, поэтому люди недовольны.

Трамп утверждает, что в США сейчас самая сильная экономика за всю историю страны, но все понимают, что это не так, поэтому его популярность упала. Это может повлиять на шансы республиканцев на промежуточных выборах, что вызывает их опасения. Республиканцы теряют доверие к Трампу. Его контроль над Конгрессом ослабевает. Это заметно по некоторым поступкам президента США. Будет интересно следить за его дальнейшими действиями. Трамп может сделать что-то из ряда вон выходящее внутри страны или за рубежом, чтобы люди подумали, что он снова контролирует ситуацию. Я думаю, что его решимость достичь мирного соглашения на Украине отчасти объясняется всей этой ситуацией. Трампу нужно доказать, что он может добиться важных результатов.

Есть много открытых вопросов. Первый — достигнут ли Трамп и Путин соглашения, которое США сочтут приемлемым и которое, по их мнению, они смогут навязать Украине и Европе. Это ключевой момент. Если такое соглашение будет достигнуто, возникает вопрос: как поступит Европа? Нынешняя ситуация является вызовом. Европа не сталкивалась с подобным, по сути, враждебным отношением со стороны Соединенных Штатов с их более пророссийским, а не проевропейским настроем. Это беспрецедентный случай.

Кроме того, Европа демонстрирует свою слабость на саммитах наподобие того, что был в четверг, когда европейские лидеры не смогли добиться соглашения с МЕРКОСУР и использования российских активов для предоставления кредита Украине?

Это были два больших разочарования, которые показали, что ЕС по-прежнему представляет собой союз узколобых и эгоцентричных наций, неспособных выйти за рамки своих частных интересов и взглянуть на ситуацию шире. ЕС и сама идея свободной Европы подвергаются нападкам. Евросоюз должен продемонстрировать способность заводить новых друзей (соглашение с МЕРКОСУР) и защищаться от старых врагов (использование российских активов для помощи сильно пострадавшей Украине). Неудачи ЕС показывают, что, к сожалению, он не отвечает современным задачам.

Европа, как обычно, сталкивается с проблемой коллективного лидерства. Разрозненное состояние Европы — это большая проблема. Должен признаться, что лично меня очень расстроил Brexit. Я бы хотел, чтобы Великобритания осталась в составе ЕС, и продолжаю писать в поддержку этого. Я считаю, что в современном мире Европа одинока, и, если внутри нее произойдет раскол, то великие державы мира раздавят ее. Я надеюсь, что европейские страны смогут сотрудничать между собой и поймут, что в некоторых вопросах одна страна не может добиться своих целей. Необходимо сотрудничество — не скажу "единство", но действительно активное сотрудничество — между европейскими государствами. Важно помнить, что на мировой арене все европейские страны — это маленькие страны. Через 20–25 лет в мире будет три великие державы: США, Китай и Индия. Если европейские государства не будут сотрудничать между собой, они не будут играть никакой роли. Такова реальность. Я хочу, чтобы Европа играла важную роль на мировой арене. Европейские страны должны объединяться, так как иначе они станут совершенно не важны.